Нападающий СКА Евгений Артюхин: «В НХЛ предлагали более выгодные условия»

С нападающим питерского СКА Евгением Артюхиным корреспондент «Спорта» побеседовала на сборах в Чехии. Проходящие мимо местные аборигены мне от души завидовали. Ведь они почитают русского богатыря едва ли не больше, чем Александра Овечкина. Занятно, что в процессе интервью Евгений был вынужден согнуться в три погибели. Почти как вопросительный знак, ведь иначе расстояние между ним — сидящим за столом — и диктофоном становилось космическим.

Стекла разбивал и раньше

— Удивило повышенное внимание к вашей персоне со стороны жителей Пршерова?
— Если честно, удивило. Казалось бы, после чемпионата мира они должны меня недолюбливать, а в этом городе все наоборот. Люди подходят, фотографируются, просят автограф.

— Как думаете, вы стали таким популярным благодаря разбитому стеклу на чемпионате мира в Словакии?
— Скорее всего, вы правы. События последнего мирового первенства сделали свое дело.

— Кстати, а почему вы тогда не «припечатали» обидчика в ответ, а просто отряхнулись и как ни в чем не бывало отправились к своим?
— На мой взгляд, в этом эпизоде ничего особенного не было. Я того парня (Карела Рахунека. — «Спорт») и так достаточно крепко «приложил». Так что мне было даже жаль трогать его еще раз.

— Вы впервые так смачно заградительное стекло разбиваете?
— Не впервые. И до этого случалось. Еще когда играл в НХЛ и «фарме», частенько разбивал стекла, когда кого-то «бортовал».

— Значит, работникам стадиона надо стеклами запасаться к вашему приезду…
— (Улыбается.) Возможно.

— Испытываете чувство разочарования от прошедшего чемпионата мира?
— Конечно, чувство разочарования есть. Ведь это был мой первый чемпионат мира. Хотелось привезти из Словакии какую-нибудь медальку, но, к сожалению, не получилось. Что ж, буду надеяться, не последний раз поехал и еще помогу сборной завоевать для страны медали.

— Есть ощущение, что подвели тренеров? Ведь Быков и Захаркин в итоге остались без работы...
— Да, можно сказать — подвели.

— Что думаете о новом наставнике сборной России Зинэтуле Билялетдинове?
— Мне не доводилось с ним общаться, работать под его руководством. Но за него говорят дела. То, что он не единожды приводил казанский «Ак Барс» к чемпионству, говорит о многом. У него большой опыт работы, в том числе в НХЛ. В общем, думаю, это хороший специалист.

— В межсезонье вам предлагали принять участие в турнире ICEBOX в Риге, где на ринге сошлись профессиональные хоккеисты. Но в итоге вы отказались драться. Почему?
— У меня не было времени подготовиться. Плюс надо было кое-какие болячки залечить. Отпуск-то короткий. Так что думал прежде всего о том, как к сезону подготовиться, а не к этому турниру.

— А как думаете, не опасно в таких турнирах участие принимать? Ведь можно получить травму накануне сезона.
— Доля правды в ваших словах есть. Перед тем как соглашаться, надо как следует все взвесить. Понять, нужно тебе это или нет. Хотя для зрителей, думаю, такое шоу небезынтересно.

За океаном нас не жалеют

— В НХЛ вы играли в «Атланте» вместе с Максимом Афиногеновым. Тогда по­знакомились?
— И раньше пересекались, но близко общаться стали именно в «Атланте». Русские за океаном стараются держаться вместе. Ведь на чужбине, когда приезжаешь в команду и никого не знаешь, без поддержки непросто. Еще застал в «Атланте» Славу Козлова. Очень хороший человек. Мы сдружились и сейчас продолжаем контактировать.

— Многие ребята возвращаются из НХЛ на родину с нехорошим осадком на душе. Правда, русских в заокеанской лиге притесняют?
— Конечно. Когда мы туда приезжаем — нас не жалеют. В КХЛ к иностранным игрокам относятся иначе: дают поблажки. А нам в НХЛ никто не помогал. Как хочешь, так и выкручивайся. Если выбор стоял между двумя игроками — один из которых русский, а другой североамериканец, — предпочитали брать своего.

— А у нас если ты иностранец, значит — крутой игрок?
— Ну да. Какая-то непонятная психология.

— Вы не сразу подписали контракт со СКА. Думали?
— Нет, процесс немного затянулся из-за того, что возникла неопределенность с главным тренером. Было непонятно, к кому идти. В конце сезона сразу сказал, мол, отдаю предпочтение Питеру и не буду вести переговоры ни с одним клубом: пока в СКА не скажут, нужен команде или нет. У меня даже из НХЛ было предложение и с более выгодными условиями. Но я уже по­обещал остаться в армейской команде и отказался от него.

— Вы поступили порядочно!
— А как иначе? У меня хорошие отношения с руководством клуба, и сам город нравится. Когда пришло время подписывать контракт, мы поговорили с Милошем и он сказал, что хотел бы видеть меня в команде. Этот разговор стал решающим. Когда тренер так говорит, значит, скорее всего, знает меня и рассчитывает.

— Летом вы принимали участие в передаче, посвященной бою Роя Джонса и Дениса Лебедева. Там же присутствовали представители других единоборств и, в частности Костя Цзю. Кто из них вызывает у вас наибольшее уважение?
— К тому же Цзю отношусь с огромным уважением: и как к спортсмену, и как к человеку. Он доказал, что отличный боксер, добился больших высот в своем деле. Показал, к чему надо стремиться.

— Судя по всему, вы следите не только за хоккеем. Расстраивает, что сейчас тот же Федор Емельяненко начал проигрывать бои?
— Трудно рассуждать о другом виде спорта. Следил за боями Емельяненко, болел за него. Обидно было, что он проиграл, но что поделаешь. Возможно, его время уже вышло.

— А на битве Лебедева и Роя Джонса присутствовали?
— Да. Мне всегда нравился Рой Джонс — как боксер. Он человек-легенда. Так что в большей степени пришел посмотреть на него. Хотя, конечно, болел за Россию.