НА ЭТУ ТЕМУ
Рашид Рахимов покинул пост главного тренера «Амкара» и объяснил, почему он решил так поступить, а также опроверг все страшные слухи о себе и признался, что совершенно не боится остаться вечным безработным.
Уйти было лучшим решением
— Про ваш уход сказали странно: отставка главного тренера «Амкара» пойдет команде на пользу. Как понимать формулировку?
— Это слишком узкое определение, все-таки были и другие фразы. Но вообще действительно мне лучше было уйти.
— Почему?
— Да у меня просто начали исчезать эмоции. Знаете, в сложившейся
ситуации возможности подняться в первую восьмерку уже не было. Всегда
смотришь, что еще можно было бы сделать для того, чтобы улучшить
результат. А сейчас... Да что говорить! Опять повторение прошлогодней
ситуации, когда надо бороться за выживание.
— Тоже задача.
— Но ведь одно и то же третий год подряд. В такой ситуации нужна
максимальная мотивация, а ее я перестал чувствовать. В нынешнем сезоне
принято разделение на восьмерки, и на заключительную часть турнира у
тебя будет один план – оторваться от 15-го места. А изменения должны
дать всплеск игрокам. Понимаете, все это уже в моей жизни было. Взять
прошлый сезон, когда мы шли по труднейшему календарю в концовке, но
сумели сохранить место в премьер-лиге.
— А чего вы ждали от этого сезона, кроме борьбы за выживание? Ведь
зимой не было не единого основания думать, что пермский клуб сможет
бороться за первую восьмерку. Команда-то едва выжила...
— Вот зимой еще был вызов. Просто все вокруг говорили: пермяки будут на
16-м месте. У нас были финансовые проблемы, были трудности с
комплектованием. И подобные сложности мотивировали: хотелось
опровергнуть прогнозы. Да и настраивать команду было легче. Я понял, что
мы не станем последними, еще зимой. И мы с ребятами доказали это. Но
мы-то рассчитывали, что все-таки летом укрепимся, появится конкуренция
за место в составе. Однако финансовые возможности не позволили этого
сделать.
Фон не тот
— А вам, значит, обещали подкрепление?
— Да. Зимой-то, понятное дело, на это рассчитывать не приходилось.
Президент клуба Геннадий Шилов сразу сказал, что надо потерпеть, –
просто еще долги висели, надо было с ними рассчитаться. Так что я был
спокоен. Смотрел за другими клубами и четко осознавал, что если мы
обойдемся без травм, то как минимум будем в середине таблицы.
Рассчитывал, что, как и в 2007 году, сможем какое-то время обойтись
12–13 футболистами в составе. И, признаться, даже думал о первой
восьмерке.
— Ого.
— А что такого? Везения бы нам... Если сейчас разбирать результаты,
станет видно, что кое-где нам не хватало совсем немного. Удачи не
хватало, может быть. Один мяч, один момент – и у нас бы было больше
очков. Но нельзя долго участвовать в гонке на менее качественной машине,
если кругом «Мерседесы».
— А вот у меня «Киа». И я знаю, что если буду хорошо ухаживать за
машиной и ровно ехать по трассе, то до финиша доберусь впереди многих.
Последним точно не буду.
— Вот именно. И я понимал, что мы последними точно не будем. Да, вы все
верно говорите, но если ваши соперники тоже будут следить за своими
автомобилями и ехать грамотно, то в равной ситуации вы им уступите. Так
и у нас. Когда была возможность, мы брали очки. Но прыгнуть выше
определенного уровня не могли. А когда стало понятно, что первой
восьмерки нам не видать, то и я стал терять интерес к гонке.
— Но вы ведь любите сложные задачи. А они были: надо не просто
сохранить место в премьер-лиге, но и не попасть в стыковые матчи с
клубами первого дивизиона...
— Если ты не стал 15-м или 16-м, то есть не вылетел напрямую, то шансов
остаться гораздо больше. Стыковые игры, конечно, – штука неприятная, но к
ним команду можно подготовить. Тем более что соперник все равно
уступает в классе. Там вообще главное – взять под контроль мотивацию
соперника. Но речь о другом. В начале сезона мысли ведь были об иного
плана и смысла задачах.
— Ну и что? Задача – всегда задача, пусть и такая.
— В моей карьере были и более сложные. В свое время я принял «Адмиру» в
Австрии, которая после 12 туров имела одну ничью и 11 поражений. И мы не
просто сумели сохранить прописку в высшей лиге, но и на следующий год
стали одной из самых зубастых команд в стране.
Первый становится третьим
— Вот еще про что хотелось спросить. Целый год мы слышали от вас:
«Надо купить игроков, нет денег на усиление»... Все вам деньги подавай. А
тренер-то тогда зачем? Тренируйте то, что есть.
— Вот сразу видно, что вы никогда не тренировали. Жизненно необходимо,
чтобы в твоей команде была конкуренция. Нельзя брать ребят только на
перспективу. Точнее, такие люди нужны, но они должны расти рядом с
футболистами, которые могут их чему-нибудь научить. Вот взять опять же
мой клуб в Австрии. Нам удалось привлечь тогда очень серьезных людей.
У меня был игрок сборной Польши Тамаш Иван, поигравший в «Эйндховене».
Я взял 35-летнего Владимира Юговича, который к тому времени был
двукратным победителем Лиги чемпионов. При них и заиграла молодежь. Там
же все это сразу видно было. Выходит Югович, берет мяч – и делает с ним
то, чего из рядом бегущих никто делать не умеет. Через два-три дня
смотришь, молодые стараются повторять трюки. Так же и во время игры
было.
— В «Амкаре» же тоже были люди, которые могли повести за собой: Алексей Попов, Дмитрий Белоруков.
— И они своим примером показывали, как надо работать. Но мы-то говорим о
другом – об общекомандном уровне. Команде были нужны исполнители.
Ничего же придумывать не надо! Все понимают, что отличает команды
топ-класса от клубов среднего уровня. Есть три вещи: техническое
мастерство, командный дух, тактическая обученность. Но в топ-клубах на
первое место ставится исполнительское мастерство, далее идут дух и
тактика, тогда как в средних первый пункт меняется с третьим. Надо
усиленно работать над командным духом.
— И, в конце концов, утром встаешь – и понимаешь, что не хочешь никуда идти...
— Нет-нет, свою работу я очень люблю. Но вечером, изучая видео,
анализируя пройденное, ты понимаешь, что все упирается в одно: ты не
можешь поменять третий и первый пункты.
Одна ошибка
— Аргументы у вас понятные. Для электрика. В том смысле, что
электрику надоело в ЖЭУ, он пошел в ТСЖ и получил работу. И все это в
течение дня. Но вы же тренер. А конкуренция в борьбе за работу
в премьер-лиге просто огромная. Некоторые ничего не могут найти годами,
а потом хватаются за какие-то подозрительные возможности.
— Я уверен, что работу найду.
— Ну не знаю... За последние три года тренеру Рахимову удавалось далеко не все.
— А что было за три года? Два спасения в «Амкаре» и седьмое место
с «Локомотивом». Но я не считаю, что в московском клубе у меня не
получилось. Просто так преподнесено было, будто я провалился. Но это
совсем не так.
— Провалились.
— А какое место в турнирной таблице мы занимали, когда я ушел?
— Низкое.
— После шестого тура мы были на 11-м месте. После шестого тура! Одна
победа – поднимались, вторая – еще выше. Но я согласен, что в
«Локомотиве» были допущены серьезные ошибки.
— Какие?
— Серьезная – одна. До сих пор корю себя за то, что начал строить
команду с атаки. Надо было как обычно, как все делают, – сначала
наладить оборону. А я решил по-другому. Амбиции и эмоции перехлестнули –
ведь никто никогда этого не делал! С другой стороны, в атаке многое
получалось, мы за несколько матчей создали 20 с лишним голевых моментов.
Но вот не забили. А «Химки» подали угловой – гол, надо догонять. Сидим у
ворот «Ростова», вот-вот забьем, но допускаем грубую ошибку в обороне –
и снова приходится отыгрываться.
— Почему же тогда вы так ошиблись?
— Мой путь тоже правильный, просто он длиннее, чем тот, при котором
сначала строится игра от обороны. Но руководству не хватило терпения.
— Это все очень хорошо обсуждать проблемы с формированием игры. А мне
кажется, что вы не потянули в «Локомотиве» из-за мелочей. Однажды
пресс-атташе клуба сказал, что для интервью с игроком надо сначала
звонить вам. Да не дело это главного тренера.
— Объясню. Едем мы на сбор, и все журналисты хотят говорить с Питером
Одемвингие. Я выхожу днем в холл, Питер разговаривает с журналистами.
Выхожу после обеда – снова говорит. Через пару дней – точно такая же
картина. А ведь ему два раза в день тренироваться! Он же не отдыхает, а
только с прессой общается. Я и сказал пресс-службе, что так нельзя.
Интервью не запрещаются, но должна быть какая-то норма. И неправильно,
чтобы только один человек говорил. И потом, вы помните, сколько было
негатива!
— Еще бы!
— Вот-вот. Да и потом эти интервью... Какой скандал возник после одной
беседы с Питером! Это же все на команду влияло и обстановку внутри
коллектива совсем не улучшало. Представляете, я на сборе ни разу не
видел, чтобы ребята сидели вместе в холле. Тренировка закончилась – по
номерам. Ни посидеть ни с кем, ни посмеяться. Но самое главное, что
такие вещи на поле переносятся: двое разговаривают, а с остальными –
никакого общения. Все это надо было прекращать.
— Со стороны выглядело так: вы пришли в большой клуб, стали наводить пермские порядки – и не рассчитали силы.
— Да какие порядки! Я был таким же наемным работником. Но определенные
моменты надо было исправлять. В частности, меня совершенно не устраивало
настроение, которое создавала пресса. Получается, у нас в команде одна
звезда, а остальные – никто. Это неправильно. Но в итоге все бы
наладилось, игроки бы поняли мое требование, и я бы в дела пресс-службы
больше не лез.
Системы в Перми нет
— В Валерии Чупракове разочаровались? Все-таки бывший президент клуба едва не похоронил команду...
— Неправильное определение. У него были свои мотивы, чтобы отказаться от
финансирования клуба. Я его решение не поддержал и в личном разговоре
все высказал. Но в человеке не разочаровался. Все-таки он многое сделал и
для футбольного клуба, и для меня.
— При Шилове все зарплаты были сокращены. Пострадали секретари, которые и раньше-то богатыми не были.
— А что делать? Тогда была такая ситуация. Другой вопрос: куда идет
«Амкар»? Роста нет, и пермяки могут повторить судьбу других клубов,
которые сначала сокращали бюджет и старались выжить. Что же будет через
несколько лет? Ничего.
— Системы в Перми никогда и не было.
— Сегодня стало лучше, чем в 2006 году. Но все равно этого очень и очень
мало. За пять лет пермяки сделали очень маленький шаг. База, детская
школа – все на низком уровне, хотя и улучшения видны. Я же часто
наблюдал за тренировками детских команд и видел, что тренерам надо
расти. Их нужно отправлять на стажировки, проводить семинары. При этом
они должны быть уверены в своем будущем. Если зарплаты будут на
приличном уровне, люди не станут думать, чем кормить семьи, – они начнут
больше времени отдавать работе. Это азбучные истины, но без них никуда.
А ничего подобного в Перми нет.
— Вы можете вернуться в Пермь третий раз?
— Зарекаться не буду. Но вообще все же случайно получается. Я и второй раз не должен был оказаться в «Амкаре».
— Да ладно. Как только под вами стало качаться кресло в «Локомотиве»,
вас сразу начали отправлять в «Амкар». И Чупраков не отрицал.
— Вот все эти слухи в футбольном мире... Чаще всего они берутся
ниоткуда, а процент правдивых крайне невелик. Никаких разговоров с
«Амкаром» по поводу меня не было. Более того, я даже не знал, что они
Димитрова убрали: после увольнения из «Локомотива» я уехал в Европу. Да
и вообще у меня были вполне определенные планы, хотел поработать над
собой, побывать в разных европейских командах, чтобы посмотреть, как кто
работает. Так вот, вернулся в Москву, включил телефон – посыпались
сообщения, что кто-то звонил. И тут же новый звонок, от Чупракова.
Помню, я у него сразу спросил, как с Нальчиком сыграли, так как не
в курсе был. Тогда и получил приглашение.
Я никогда не «пилил»
— Достали вас разные слухи, да? Вот мы недавно узнали, что у вас
выгодный контракт с «Амкаром». Вы, правда, потом все опровергли.
— Ну да, привез свой контракт и показал. Это не проблема. Гораздо хуже, когда тебя обвиняют непонятно в чем.
— Или вот в «Терек» вас сватали. Было такое?
— Знаете, какое предложение настоящее? Когда тебе предлагают подписать
контракт. А простой интерес... Да мало ли кто может позвонить на тему «А
не хотел бы ты возглавить команду?». Это не разговор.
— Вот еще один слух. Все ваши приобретения в «Амкаре» подозрительны.
Не один раз говорили, что вы «пилите» трансферы. Скажите честно:
«пилите»?
— Полная глупость. Вы вообще про какие трансферы говорите?
— Говорят, вы игроку Блажичу платили сумасшедшие деньги, учитывая,
что секретари клуба получали копейки. А те же секретари сыграли бы не
хуже легионера.
— Блажич стоил несколько десятков тысяч долларов. И его зарплата была
одной из самых низких в «Амкаре». При этом парень в свое время пробился в
состав «Црвены Звезды». Да и потом, как вы вообще себе все это
представляете?
— Вот так: вы договариваетесь с агентом, рекомендуете игрока руководству, клуб покупает, вы делите с агентом проценты.
— Ох, ничего себе! Я сразу скажу, что подобная схема невозможна. Хотя бы
потому, что в любой сделке задействовано слишком много народа. И если
ты будешь мухлевать, про это быстро узнают. Все это глупости, которым
верят те, кто ничего не понимает.
— И все-таки давайте о Блажиче. Вот сколько матчей ни видел – все
время возникало чувство недоумения. Лучше уж в раздевалке ремонт
сделать, например...
— Бросьте вы, не все так плохо. Нормальный футболист. И потом, я же
говорю, мы могли приобретать игроков, исходя из собственных
возможностей. А цены... Однажды мы интересовались футболистом из второй
лиги. Думали, у нас вырастет. Знаете, сколько попросили?
— Сколько?
— Триста пятьдесят тысяч долларов. Мы его не купили. И он до сих пор
играет в своем заштатном клубе второй лиги. Лимит на иностранцев так
цены поднял, что за голову хватаешься. Мы имели возможность взять только
бесплатных игроков.
— Типа Артура Валикаева, который вообще непонятно что в премьер-лиге делает.
— Если он в премьер-лиге – значит, заслуживает. Но у нас была такая
ситуация, что людей совсем не оказалось. Да, Валикаев бесплатный, но с
условием, что снова может вернуться в «Спартак». И клубу он обходился
совсем в незначительную сумму. Или вот мы хотели взять игрока сборной
Эстонии Константина Васильева. Очень сильно хотели. Он же с нами на
сборах был, мы уже почти обо всем договорились. Но за него просили
миллион!
— За игрока сборной Эстонии?
— Да. Мы сразу отказались. Но потом сумели его приобрести, значительно снизив трансферную сумму.
— Скажите, вы в «Амкаре» сделали все, что могли?
— Да. Я не скажу, что зря потратил время в клубе. Мы сделали многое,
пережили трудные моменты. Но надо двигаться дальше. Начну ездить по
сильнейшим европейским клубам, следить за тем, как проходит
тренировочный процесс, учиться, искать что-то новое. А работа придет.
Точно могу сказать, что работать готов не с 9 до 18, а все время,
которое потребуется. Но сейчас надо отдохнуть.
1977
В душанбинских «Трудовых резервах» объявился непослушный мальчишка Рашид Рахимов, решивший закончить с боксом, борьбой и прочим хулиганством, став настоящим футболистом. Тренер Сергей Насыров это желание одобрил, взявшись лепить из ничего хоть что-то.
1983
Сборная Таджикистана сенсационно выиграла крупнейший всесоюзный юношеский турнир «Переправа», обыграв всех фаворитов и пропустив в пяти матчах всего лишь один гол. Примерно к этому времени сформировалось и прозвище одного из лидеров той команды, ставшей впоследствии основой для «Памира», – Садди Сикандари. Что в очень приблизительном смысле означает «Барьер для Александра Македонского». Вот так, не больше и не меньше.
1991
Почти три сотни официальных матчей (и 24 забитых в них гола) за родной «Памир», который прописался в элите советского футбола (в том числе и в высшей лиге поиграл), стали для его лучшего, безусловно, защитника пропуском в московский «Спартак». В команду, за которую он, как выяснилось в момент перехода, мечтал играть с детства.
1992
В «Спартаке» у провинциала не особо получилось (всего 11 матчей за полный сезон). Зато получилось уехать в Испанию, в «Вальядолид». А уж оттуда-то, из большой футбольной Европы, в Россию можно было через год-другой возвращаться уже не мальчиком, но мужем.
1995
«Спартак» и «Локомотив» стали для зрелого мастера трамплином для прыжка в сторону Альп. Именно в Австрии двукратный чемпион России (1992 и 1994 годы) оформился в качестве «гражданина мира», сыграв за восемь сезонов полторы сотни матчей за «Аустрию», «Адмиру» и «Рид», получив австрийское гражданство и европейскую тренерскую лицензию.
2006
Три года неспешной тренерской деятельности в «Адмире» («Футбол в Австрии чахнет. Там неинтересно», – считает наш герой) прошли под знаком неизбежного потенциального возвращения в Россию – туда, где интересно, где всегда бурлит. «Амкар» стал пиком карьеры молодого тренера – восьмое место, подаренное Перми в сезоне-2007, послужило поводом задуматься о Москве.
2009
В богатом и амбициозном «Локомотиве» у него откровенно не получилось: вместо претензий на лидерство и титулы команда полтора сезона выцарапывала победы, боролась за ничьи и мирилась с поражениями. Закончив с Москвой в апреле, в сентябре он вернулся в ставший родным и близким «Амкар».
2011
Два года и 25 дней – столько продлилась его повторная командировка в Пермский край. 27 сентября тренера из «Амкара» вежливо попросили. Не зря, видать, придумали древние греки поговорку про то, что не стоит входить в одну реку дважды.
Опубликовано в еженедельнике «Спорт день за днем» №40 (19-25 октября 2011 года).
Использование материалов еженедельника без разрешения редакции запрещено.
