Владимир Антипов. Пентакампион

Нападающий челябинского «Трактора» Владимир Антипов – не только один из самых титулованных хоккеистов России (в его коллекции пять золотых медалей). Он и среди самых авторитетных: капитанство в топ-клубах, постоянные приглашения в сборную. Играл под руководством известных и востребованных специалистов. Ему всего 33, но он прошел все этапы развития нашего хоккея после распада Союза и в какой-то степени олицетворяет собой эпоху. Владимир выиграл первый крупный турнир – юниорский чемпионат Европы – в тот же год, когда я стал ведущим хоккейной передачи «Щелчок» на НТВ. Поэтому в интервью нам было что вспомнить в дружеской обстановке.

Математика фарта

— Ты веришь в то, что есть от природы удачливые и неудачливые люди? Более того, есть люди, которые свою удачливость передают другим?
— Да, наверное, есть такие, кому фартит, и природа наделила их чем-то особенным. Но, с другой стороны, жизнь всегда уравновешивает, баланс существует. И человек может этого не замечать, не ценить. Или не умеет правильно воспользоваться. А что касается того, чтобы передавать везение другим… Думаю, нет. У каждого своя судьба.

— Я к тому этот вопрос задал, что ты пять раз играл в финалах чемпионата России, и твои команды всегда побеждали. Выходит, ты тот человек, который приносит успех.
— Нет, наоборот, это мне посчастливилось быть в таких командах, которые выигрывали, а не им. Это я оказался в нужное время в нужном месте.

— Но ведь если твоя команда в финале, это гарантия победы. Факты говорят именно об этом.
— Не всегда. Сборная проиграла словакам чемпионат мира в 2002 году. Молодежка – финнам в 1998-м.

— Поправка принимается. Но! Ведь ты не просто выходишь на лед – ты забиваешь нужные, решающие шайбы.
— У меня партнеры всегда хорошие были. В чем-то везло мне в карьере. А в чем-то и не везло.

— А в чем не везло-то, ты же пять финалов выиграл?
— Если участвовал в пятнадцати чемпионатах и выиграл только пять, значит, остальные провалил.

— Интересная математика! Почему это провалил?
— Ну, еще бронза была.

— Причем четырежды!
— Все равно не выиграл.

— Спортсмены, когда их спрашивают о секретах успеха, обычно довольно банально говорят о трудолюбии. А вот Зинедин Зидан как-то в интервью сказал, что ничего такого особенного не делает, только пьет много воды. А твой рецепт успеха какой?
— Надо выискивать момент. Ждать его. Терпеть до последнего. И тогда результат будет. Не идет, не получается, игра безобразная, а все равно продолжаешь гнуть свою линию, выходишь на лед, смена за сменой, делаешь одно и то же… Долбить, долбить!

— Монотонная работа…
— Монотонная, но правильная. При правильной работе если не получается, то не надо вдруг что-то менять в подготовке, не надо идти в бассейн или сверхтяжелую штангу брать. Должно пройти время, и все получится. Не надо дергаться.

— В первом же матче нового сезона ты забил свою двухсотую шайбу. Этот рецепт сработал?
— Как-то легко получилось. Я ведь не бегал специально, не стремился во что бы то ни стало забить, психологически на меня близость двухсотого гола не давила. Вот потом, правда, в одиннадцати играх не забивал (смеется).

— Ты человек легкий на подъем?
— Люблю стабильность. Мне повезло: со своими клубами я подписывал длительные контракты. Вот и сейчас с «Трактором» на три года. И это всего лишь мой третий клуб.

— А как тогда тебе дался переезд из родного города Апатиты в Ярославль?
— В Апатитах все закончилось. Никакой команды, коробка развалилась, и вместо нее сделали стоянку для автомобилей. Я уже с двенадцати лет ездил в соседний Оленегорск: там был крытый каток. У нас-то только открытый. А потом тренер Николай Казакевич – сам он из Архангельска – пригласил нескольких ребят в Ярославль. В том числе и меня.

— Недавний переезд в Челябинск совпал с важным событием в жизни: близнецы родились. Наверное, и отдохнуть не получилось?
— Да. Но мы так и планировали, чтобы, когда дети родятся, я был рядом, помогал в отпуске. Сейчас им уже четыре месяца. Втянулись. Есть помощники, нянечки.

— Но ведь детишки же плачут ночью, а тебе надо восстанавливаться после матчей, отдыхать.
— Я специально квартиру побольше подобрал. Супруга закрывается с ними, и я ночью к детям не выхожу. Жена все понимает – она же знает специфику моей работы.

— Мамы, насколько мне известно, сразу различают близнецов, а вот папам требуется на привыкание некоторое время.
— А у меня не близнецы – двойняшки. Они разные. Особенно сейчас, когда подросли. Один крупнее, другой поменьше. И у одного родинка на лбу.

— А старший сын?
— Старшему уже четыре с половиной года. Вожусь с ним, когда часик свободный выдается. Вот поставил на коньки. Ему сейчас важно нарабатывать объем упражнений. Он раз пятьдесят упадет, но нужно его заставлять вставать и снова кататься.

— Этим летом отдохнуть не удалось из-за рождения детишек. А вообще какие страны предпочитаете с женой?
— После сезона нужны море и песок. Эмираты. Покупаться, позагорать. А если еще разок за лето куда-то выбраться, то в Европу. В Барселоне очень понравилось. И погуляли, и покупались – совместили отдых с экскурсиями. Еще мечтаем с супругой в Америку съездить. С детьми, конечно, сложновато, но постараемся выбраться.

Пара смен и чемпион

— Как ты стал капитаном «Трактора»?
— Сначала Валерий Константинович пригласил в тренерскую и сказал об этом, а потом объявил на льду всей команде.

— Многие болельщики живут стереотипами советского времени и думают, что капитан – это жесткий человек, который может накричать на партнеров, заставить, дать подзатыльник молодому игроку. Но мне кажется, все это в прошлом. Сейчас капитаны ведут себя по-другому. Они ни на кого не орут. Они должны ответственно относиться к делу – вот и все.
— Согласен с тобой. Роль капитана изменилась. Сейчас он просто должен быть примером. И мне повезло, что я с таким капитаном играл. Андрей Коваленко – один из первых наших хоккеистов, вернувшихся из Северной Америки. Если точно, он не был капитаном в Ярославле. Он считался ассистентом, но у него были такие лидерские качества, что все его воспринимали именно как капитана. Никогда ни на кого не кричал, и при этом все ложились под шайбу, как ложился он.

— В последние де-сять-пятнадцать лет тяжелее стало воздействовать на людей? Я имею в виду тренерам.
— Да, в лиге появились звезды со своим «я». Они считают, что сами знают, как им следует играть, мол, чего вы от меня требуете. Есть такие экземпляры. Это одна из проблем. Сложно стало. И зарплаты у тренеров ниже, чем у отдельных игроков. Как тут заставишь. Раньше тренер был царь и бог в команде, а сейчас хоккеисты могут тренера уволить. В целом, теперь все строится на доверии. Но все равно многие ведут себя правильно, и те, кто приезжает из НХЛ, помогают тренеру, понимают, что все в одной упряжке.

— Был ли хоккеист, которому ты по-доброму завидовал, он делал что-то такое, чего ты не можешь?
— Меня всегда впечатляло катание Кирилла Кольцова, его умение открываться. Он необычайно быстрый на льду. А вот кроссы бегать не любил. На земле он совсем другой. Бывают такие контрасты у игроков.

— А кто самый большой чудик их тех, с кем приходилось играть?
— Про чудика не скажу, но веселые парни были. Руслан Нуртдинов – любитель пошутить, хохмач. И вот сейчас у нас в команде Миша Гарнетт.

— По-русски шутит?!
— Да, он неплохо говорит, учит язык. Иногда по-английски шутит.

— Раз уж про Гарнетта заговорили, то я хочу к теме Северной Америки обратиться. В свое время тебя задрафтовал в «Торонто» Леонид Вайсфельд, который тогда работал скаутом этого клуба. И он мне говорил, что не может объяснить, почему у тебя не сложилась карьера за океаном. Дескать, когда ты на льду, шайба всегда в чужой зоне, и ты умеешь ее там держать.
— У меня не было данных играть в Северной Америке. Я не готов был, физически слабоват, ничего собой не представлял. А там все уже такие здоровые. И к тому же, когда игрок едет туда, он уже, как правило, знает, будет играть или нет. Если двусторонний контракт, по которому в фарме получаешь копейки, то ты там и окажешься. И я ведь не в НХЛ не заиграл. Меня даже в фарме не выпускали целый год. Потом тренер поменялся, я провел предсезонку, играл и снова оказался на трибуне. В пиджачке, в галстуке. Месяц еще потерпел и сказал агенту, что хочу вернуться в Ярославль.

— То есть ты считаешь ошибкой, что вообще поехал туда?
— Да нет. Съездил, посмотрел – второй раз не надо. Да и предложений больше не было.

— Ты вообще любишь вспоминать прошлое, анализировать? Просматриваешь матчи, фрагменты игр со своим участием?
— Не смотрю. Разве что случайно увижу где-нибудь свои голы.

— А можешь составить рейтинг самых запоминающихся событий? Хит-парад.
— Три момента! В 2008 году – победный гол в финале, сейчас в полуфинале – гол «Магнитке» в седьмом матче. И чемпионская серия в 2003-м против «Северстали». Я тогда забросил в четырех финальных встречах четыре шайбы.

— Самое трудное и самое легкое чемпионство?
— Самое легкое – первое, в 1997 году, потому что я почти не играл (смеется). И в 2002-м, и в 2003-м Ярославль был сильнее других на голову: всего одно поражение за два сезона в плей-офф. А в 1997- м я получил травму в первом матче плей-офф и вышел на лед только в Тольятти в последней игре на несколько смен. Петр Ильич Воробьев разрешил мне переодеться на матч, чтобы на коллективном фото быть вместе со всеми.

— То есть Воробьев такой щепетильный человек, что перед решающей игрой думал о том, чтобы молодой игрок не чувствовал себя ущемленным?
— Да. Тем самым он хотел дать молодому игроку толчок. Чтобы я почувствовал уверенность в себе, в своих силах. Он хоть нас, молодых, напрягал, гонял, но относился хорошо.

Тренерский альбом

— Посмотрел список специалистов, под руководством которых ты играл, и был потрясен. Это же элита. И все тебе доверяли.
— Не все. У Кари Хейккиля я полсезона просидел в запасе. Может, это и не конфликт был, но спорная ситуация. Я ему вопросы задавал, почему не играю. Единственный случай такой – я старался не подавать тренерам повода для недоверия. Но все равно я считаю Хейккиля специалистом высокого уровня.

— То есть ты так легко можешь дистанцироваться от собственных отношений с тренером и оценивать объективно?
— Конечно. Я считаю, что он хорошо готовил команду. Это касается и «физики», и графика работы – все четко, по полочкам. Мне это нравилось. Я для себя какие-то вещи почерпывал.

— Зато к тебе всегда тепло относился пан Вуйтек.
— Добродушная атмосфера была при нем. На базе мы тоже иногда сидели: руководство этого хотело. Но Вуйтек говорил: «Мне это не нужно, меня жена дома ждет». Не понимал, какую цель преследует это сидение. В Чехии у него ничего подобного не было. Вуйтек всем доверял, не только мне, но при этом мог прикрикнуть, сказать жестко.

— Контраст с Петром Воробьевым ощутимый.
— Смеяться, улыбаться нельзя было. Если ты молодой, нельзя со старшими тусоваться, потому что, мол, тебя плохому научат. Через пару лет выступлений за основную команду мы уже купили машины, но к дворцу на них боялись подъезжать – вдруг Петр Ильич увидит.

— Неужели до такого доходило?
— Конечно! Раз – и ты сразу не в составе.

— И при этом практически все, кто играл у Воробьева, отзываются о нем тепло.
— Я тоже. Люди по прошествии многих лет осознают, что привычку пахать именно он вложил в голову. Петр Ильич, может, и перегибал палку, но сейчас я понимаю, почему он запрещал улыбаться. Чтобы ты концентрировался на игре, умел соблюдать дисциплину, понимал, что такое ответственность. И самое главное (чеканит слова) он научил играть в хоккей. Всем элементам: тактике, как действовать в средней зоне, как обороняться втроем, как атаковать пять на четыре, как выходить из зоны, как играть «в давление». Это он знает от и до.

— И абсолютно иной стиль поведения у Быкова и Захаркина.
— Да, другой менталитет. К тому же Воробьев больше любит работать с молодыми. А Быков и Захаркин практически всегда со звездами имели дело, которых не надо заставлять. У них были конкретные требования по игре.

— Их сейчас упрекают за то, что они распустили игроков. Что в клубе, что в сборной.
— В сборной я при них не был. А в «Салавате Юлаеве», мое мнение, не надо было ни за кем ходить и приглядывать. Такой состав, что все адекватные и сознательные. Ребята сами друг друга заставляли. Всем хотелось выиграть!

— Есть версия, что напряженные отношения между нынешним главным тренером «Салавата Юлаева» Сергеем Михалевым и нападающим Александром Радуловым – следствие политики Быкова и Захаркина. Слишком большая разница между тренерами.
— Не знаю, есть ли там конфликт. Тренер так видит подготовку своей команды, а уже сложившийся игрок, может, по-другому. Наверное, такой раскол должен был произойти рано или поздно.

— Про наставника «Трактора» Валерия Белоусова тоже говорят, что он не напрягает.
— Почему? Напрягает. Когда речь идет о тренировочной работе, о дисциплине. А вот если что-то не получается на льду, то да, он будет тебе доверять, доверять, доверять.

— Ты был в сборной при Михайлове, когда мы взяли в 2002 году серебро. Не было у Бориса Петровича комплекса тренера с великим игроцким прошлым, который не может понять, что не все его подопечные так же талантливы, как он?
— Нет, он, наоборот, в сложных ситуациях всегда подбадривал. Не злился. С шутками говорил. Мне нравилось с ним работать.

— Михайлов, когда проиграли в финале словакам, взял вину на себя. Сказал, что напрасно погнал команду в концовке, чтобы дожать соперника, надо было дождаться овертайма. Тренеры старшего поколения часто признают свои ошибки, а более молодые – нет. Может, так и нужно, чтобы общественность не набрасывалась? Признаешь вину и тебя затопчут.
— Если чувствуешь, что где-то ошибся, недоглядел, как это случается с любым человеком, то надо сказать. Это помогает в дальнейшем работать. Я всегда признавал свои ошибки. А если махнешь и решишь: «Ничего страшного, я не виноват», то ты сам себя затопчешь, а не общественность.

— Ты отметил, что почерпнул кое-что у Хейккиля. Собираешься после завершения карьеры стать тренером?
— Кто знает. Ворую потихоньку наработки (смеется). Но опять в самолетах летать, на базе сидеть… Впрочем, попробовать надо – получится или нет. Организовать команду, ребят физически подготовить. Поэкспериментировать! На кроликах, на молодых (смеется).

— Начать с детей?
— Нет, не с тех, кого надо учить кататься, а с тех, кто уже играет на результат. Лет 15–16.

— Может ли быть у человека, который выиграл пять чемпионатов, какая-то мечта? Именно мечта, а не профессиональная цель.
— Мечта была в детстве – стать хоккеистом. И она сбылась. А теперь есть цель – выиграть в шестой раз. Судя по последним результатам, она вполне достижима.

|Старатели

В советские времена, когда ЦСКА мог выиграть чемпионат страны 13 раз подряд, многократные чемпионы были не в диковинку. Иные хоккеисты могли похвастаться и десятком золотых медалей национального первенства. После же распада СССР такого гегемона в нашем хоккее нет, и для солидной коллекции наград высшей пробы теперь нужно не только быть великолепным мастером, но и обладать солидным запасом везения, правильно выбирая клубы. В итоге пятикратными чемпионами России становились лишь четверо, и все они продолжают карьеру. Примечательно, что из этих четверых только Антипов не играл в московском «Динамо» и «Ак Барсе». По четыре российских титула есть еще у семи хоккеистов – из них уже завершили выступления только перешедшие на тренерскую работу Олег Ореховский и Владимир Воробьев.

|Самые титулованные хоккеисты чемпионата России

5 золотых медалей

Алексей Терещенко, нападающий, «Ак Барс» – 2000, 2005 («Динамо»), 2006, 2010 («Ак Барс»), 2008 («Салават Юлаев»).

Игорь Щадилов, защитник, ОХК «Динамо» – 2000, 2005 («Динамо»), 2006, 2010 («Ак Барс»), 2008 («Салават Юлаев»).

Александр Степанов, нападающий, «Нефтехимик» – 2000, 2005 («Динамо»), 2006, 2009, 2010 («Ак Барс»).

Владимир Антипов, нападающий, «Трактор» – 1997, 2002, 2003 («Локомотив»), 2008, 2011 («Салават Юлаев»).

4 золотые медали

Алексей Трощинский, защитник, «Витязь» – 1995, 2000, 2005 («Динамо»), 2001 («Металлург» Мг).

Олег Ореховский, защитник – 1995, 2000, 2005 («Динамо»), 2004 («Авангард»).

Владимир Воробьев, нападающий – 1995, 2005 («Динамо»), 2006 («Ак Барс»), 2008 («Салават Юлаев»).

Андрей Первышин, защитник, «Авангард» – 2003 («Локомотив»), 2006, 2009, 2010 («Ак Барс»).

Илья Никулин, защитник, «Ак Барс» – 2005 («Динамо»), 2006, 2009, 2010 («Ак Барс»).

Александр Еременко, голкипер, ОХК «Динамо» – 2005 («Динамо»), 2006 («Ак Барс»), 2008, 2011 («Салават Юлаев»).

Виталий Прошкин, защитник, «Салават Юлаев» – 2000 («Динамо»), 2006 («Ак Барс»), 2008, 2011 («Салават Юлаев»).

Примечание. Учитывались только медали чемпионатов России (с сезона-1991/92).

|Драгоценный капитан

После победы «Салавата Юлаева» в чемпионате России в 2008 году Владимира Антипова изваяли скульпторы. Пусть это и не памятник, но все же произведение искусства. Небольшое, сантиметров сорок высотой, но уникальное. Мастера изготовили фигуру капитана уфимцев из полудрагоценных камней, все элементы хоккейной экипировки – из разных. Один из создателей предложил скульптуру Владимиру. Тот долго думал: все-таки фигура недешевая. Решил рассказать супруге и на семейном совете принять решение. А другой художник, занимавшийся изготовлением этого необычного ювелирного изделия, как оказалось, уже выслал фото скульптуры и предложение ее приобрести жене Антипова. Она, конечно же, была в восторге и хотела сделать Владимиру сюрприз. И вот пришел он домой. Только заговорил о фигурке, а у жены сразу выражение лица изменилось, она поняла, что удивить уже не получится. Сейчас скульптура хранится дома. А ее создатели в придачу к ней выдали список камней, из которых сделан этот шедевр. Приятная память на всю жизнь!

---

Опубликовано в еженедельнике «Спорт день за днем» №42 (2-8 ноября 2011 года).

Использование материалов еженедельника без разрешения редакции запрещено.