мамах алания

мамах алания в статьях

  • Полузащитник ЦСКА Алан Дзагоев: «Уже дарил по заказу "рубиновую пыль"»

    Еврокубковые мысли в стане ЦСКА пока отошли на второй план. Авансцену занял предстоящий матч за Суперкубок России, в котором армейцы померяются силами с казанским «Рубином». Алан Дзагоев ждет этой встречи с хорошим настроением.

    — На днях приедет мама в Москву. Осетинские пироги с собой не везет из дома, значит, готовить будет здесь. Мама всегда как праздник, — признался полузащитник ЦСКА.

    — А матч за Суперкубок, как думаете, закончится на праздничной ноте для армейцев?
    — Посмотрим. В прошлом сезоне накануне встречи с казанцами одна родственница попросила в шутку подарить ей на день рождения «рубиновую пыль». Подарок тогда получился. Скоро 8 Марта, думаю, почему бы не повторить (смеется)?

    — С коллегами по команде обсуждали предстоящие матчи? К примеру, встречу с «Шахтером»?
    — Ну, сейчас не до этого: все разговоры вокруг игры с «Рубином». А вот после матча с «Астон Вилла», когда стал известен наш соперник, да, обсуждали. Если спросите мое мнение о «Шахтере», то из последних матчей донецкой команды я смотрел только один тайм игры с «Тоттенхэмом». Произвели впечатление фланги, хорошая атака, запомнился Фернандиньо. Вообще такой ажиотаж вокруг нашего выхода на «Шахтер» меня не удивил: во-первых, две хорошие команды европейского уровня, во-вторых, противостояние Россия — Украина, которое к себе в последнее время очень много внимания на всех направлениях привлекает.

    — А еще президенты клубов — Ринат Ахметов и Евгений Гинер — хорошо знакомы. Иногда бывает, что в таких случаях назначают повышенные премиальные.
    — Да? Нам ничего про это не говорили. Но премиальные — это всегда хорошо. Главное, чтобы их было за что давать.

    — В своей любимой виртуальной игре «Футбольный менеджер» с «Шахтером» сталкивались?
    — Да, не один раз. Всегда выигрывал, но, надо признать, с очень большим трудом. Матчи с донецкой командой там всегда так сложно проходят! Почему? Не знаю... Наверное, создателей игры надо спросить (смеется).

    ЦСКА (Москва) — «Рубин» (Казань)

    • Судьи: С. Сухина (Малаховка), Н. Голубев (Санкт-Петербург), С. Пантелеев (Тула).

    7 марта. Москва. Стадион «Лужники». 14.00

  • Полузащитник «Кубани» Алан Касаев: «Оставшись в Краснодаре, не ошибся»

    Совершенно точно помню, когда впервые услышала об Алане Касаеве. 2005 год. Санкт-Петербург. На пластиковых креслах стадиона новенький выпуск «Петровича» (местной фанатской газеты), а на обложке — паренек, и огромными буквами заголовок, что-то типа «Надежда «Зенита» Алан Касаев». Тогда подумалось: «Ничего себе, а в его родной Осетии, наверное, и не знают об этом!» Сейчас эти воспоминания вызывают у Касаева легкую улыбку.

    Питеру благодарен

    — Действительно, наверное, и не знали, — комментирует эпизод еще одна восходящая звезда с именем Алан. — Я ведь уехал из Владикавказа совсем мальчишкой и благодаря Юрию Фардзуновичу Газзаеву (главный тренер челнинского «КамАЗа». — «Спорт») практически сразу начал играть, но все время далеко от родины. Оказался в Питере. Конечно, как и для любого футболиста, который попадает в атмосферу «Петровского», для меня этот переход был огромным событием. Мечтал играть в основном составе, выигрывать вместе с командой европейские трофеи. И все это было вполне достижимо, если бы не травмы. Хотя чувствовал все время поддержку питерских болельщиков, за что им очень благодарен, но все-таки горечь осталась: из-за травм потерял тогда столько времени!

    Пироги с «Аланией»

    После повторного разрыва крестообразных связок, который Алан получил на финском сборе дубля, молодой игрок практически заново учился ходить. А по окончании восстановительного периода пришло предложение о продолжении карьеры во владикавказской команде. Алан и «Алания». Вроде бы должно было получиться все как в сказке. Так и вышло, только в контексте народной присказки «чем дальше, тем страшнее». И все равно...

    — Я не могу отнести этот период к совсем уж неудачным, — говорит Касаев. — Был дома, играл за родную команду, за которую переживал и болел с детства. У нас очень многое не получалось, но все равно это был большой опыт, который, наверное, мне, чтобы расти, надо было получить. Сейчас очень рад, что перед «Аланией» поставили задачу выхода в премьер-лигу. С интересом буду следить и переживать. У нас с ней, кстати, общие самые преданные болельщики — мои родители, родные, близкие. Мама моя Эмма тоже болеет за меня и за «Аланию».

    Кстати, для Алана Касаева, так же как и для всех футболистов из Осетии, есть один весьма опасный, но приятный «подводный домашний риф».

    — У многих из нас проблемы с лишним весом, точнее, с перспективой его набрать, — смеется владикавказский кубанец. — Это все потому, что нет на свете человека, который может отказаться от осетинских пирогов. Я, когда долго не бываю дома, по полгода и больше, очень сильно по ним скучаю. Любимые — фыджин (это пирог с мясом) и картофчин (с картошкой). Но когда готовит мама, то съем любой — у нее самые вкусные в мире осетинские пироги!

    Родная «Кубань»

    В принципе, в «Кубани» Алану Касаеву в этом плане должно быть более-менее комфортно: в Краснодаре совершенно точно есть как минимум одно кафе, где пироги осетинские пекут. Но вот в Москве-то их гораздо больше. Поговаривают, что в прошлом году для того, чтобы посмотреть на молодого игрока «Кубани», «на юга» приезжал президент «Локомотива» Николай Наумов.

    — Насчет «Локо» ничего не знаю, — пожимает плечами Касаев. — А вот от «Рубина» да, было предложение о переходе. Не могу сказать, что не раздумывал над ним: да, наверное, любому футболисту интересно было бы попробовать себя на таком уровне, в составе чемпиона страны выступить в еврокубках. Но после консультации с руководством клуба решил все-таки остаться в «Кубани». Думаю, что не ошибся.

    По турецким впечатлениям от коротких встреч на тренировках команды в Белеке, «Кубань» действительно стала родной командой для Алана Касаева. Вот к компании старых друзей присоединился еще один — Анри Хагуш. А на все разговоры вокруг ребята в зелено-желтом даже в межсезонье реагировали с улыбкой.

    — Ну и что, что пророчили нам аутсайдерство? Такими прогнозами же всех, кто попадает в премьер-лигу, встречают, — вспоминает Алан. — У нас дружный коллектив, отличная атмосфера, молодой и замечательный тренер. Сергей Иванович буквально сразу нашел со всеми общий язык. Я не помню, чтобы кто-то так настраивал на игру, как он. Он находит такие слова, что хочется выходить на поле и биться до последних сил. И в то же время это не просто эмоциональный заряд. Сергей Иванович еще и абсолютно точно обозначает тебе задачу. Очень рад, что судьба свела меня с таким тренером.

    Два Алана

    Игра со «Спартаком», которая в одночасье буквально сделала из Алана Касаева кандидата номер один в сборную России, немного подкорректировала его жизнь, но не его понимание жизни. Да, у него теперь часто садится батарейка на телефоне от многочисленных звонков журналистов и SMS-сообщений от друзей и знакомых. Но он по-прежнему не отказывает никому в интервью, добавляя при этом: «Еще в начале сезона Сергей Иванович сказал нам, что, как бы мы ни сыграли, плохо или хорошо, с журналистами все равно говорить обязаны. Но у меня и нет никаких поводов отказывать корреспондентам». Ну а многочисленные заметки о необходимости приглашения в сборную еще одного Алана сам объект шумихи воспринимает с долей юмора:

    — По результатам одной игры, как мне казалось, в сборную никого не зовут. Я буду играть еще, стараться, доказывать, что я нужен в национальной команде. Алан Дзагоев вызов в сборную зарабатывал, великолепно играя тур за туром. Кстати, мы с ним до сих пор так и не познакомились, что в ближайшее время думаю исправить. Я, в отличие от тезки, пока в премьер-лиге сыграл всего ничего. Что ж, приложу все силы для того, чтобы в сборной было два Алана.

    Вот и здорово! Тогда мы, журналисты, сможем становиться между Дзагоевым и Касаевым и загадывать какое-нибудь такое же экзотическое для России, как и их имена, желание. К примеру, выиграть чемпионат мира. А почему бы, собственно, и нет?

    — Пока все мысли о «Кубани», — улыбается в ответ на мое замечание Алан Касаев. — Сейчас мы на эмоциональном подъеме после победы над «Спартаком». Хотелось бы, чтобы нам сопутствовала в последующих турах удача. И игру отличную показывать хочу.

    В общем, кажется, в премьер-лиге появилась еще одна боевая единица в бронированной каске, защищающей от удара звездой славы. И в берушах. От медных труб.

  • Полузащитник «Локомотива» Алан Гатагов: «Мальчишкой подавал мячи Хохлову»

    Он в 18 лет дебютировал в основном составе «Локомотива» 16 мая во встрече с «Тереком» (4:0) и сыграл во всех последующих матчах «железнодорожников». Родившийся во Владикавказе Алан Гатагов может в полной мере считаться воспитанником красно-зеленых — в спортшколе клуба он занимался с 12 лет.

    — Один из тренеров «Локомотива» сказал вскоре после вашего дебюта в «основе»: «У Алана есть ровно одна проблема — в первые минуты на поле дрожат колени». Сейчас это позади?
    — Перед играми с «Тереком» и «Спартаком» у меня не то чтобы колени дрожали, а просто было вполне объяснимое волнение. Все-таки давно мечтал играть в «основе». Но не сказал бы, что в последних матчах волновался сверх меры.

    — Свои первые матчи вы провели на левом фланге. После выздоровления Билялетдинова переместились направо. А в молодежной команде, помнится, вообще чаще в центре играли. Какая же позиция вам ближе?
    — С детства доводилось играть едва ли не на всех позициях, так что особой разницы не чувствую. Бывало, что и в защите или в нападении выходил, хотя средняя линия все-таки ближе.

    — Большинство молодых футболистов дебютируют в основном составе, выходя на замену. Вы же дебютировали, выйдя на поле с первых минут. Как лучше?
    — Любой футболист предпочитает играть с первых минут, а не выходить на замену. Так что и я благодарен тренерам, что доверили мне сыграть первый матч за главную команду в стартовом составе.

    — Ваш родной брат Сослан тоже играет в футбол в «Локомотиве»?
    — Да, он младше меня на год и восемь месяцев и сейчас в выпускном классе нашей спортшколы.

    — Доводилось слышать, что ваши родители ради футбольного будущего сыновей переехали из Владикавказа в Москву.
    — Да, основной причиной был именно футбол. «Локомотив» взял нас с братом в интернат. А папа с мамой действительно оставили дома работу и приехали в Москву, нашли здесь работу и сделали все, чтобы мы с Сосланом не чувствовали себя далеко от дома. Мне кажется, что не каждые родители так смогли бы. Поэтому сделаю все, чтобы их за это достойно отблагодарить.

    — В Северной Осетии, и вообще на Кавказе, в почете не только футбол, но и борьба. Перед вами стояла дилемма, каким именно видом спорта заняться?
    — Можно сказать, что нет. Действительно, один раз пришел на борьбу, но сразу почувствовал — не мое. А футбол любил с самого детства.

    — «Золотой» сезон владикавказского «Спартака» не помните?
    — Нет, совсем маленьким был. Но позже начал ходить с отцом на футбол. Например, нынешнего тренера вратарей «Локомотива» Заура Хапова хорошо помню. Можно сказать, что он был моим кумиром. Даже сам вратарем сначала хотел стать, но папа не разрешил. Сказал, что вратарь — это тяжелая судьба. Будешь, мол, только в поле играть.

    — Почему оказались именно в «Локомотиве»?
    — Во Владикавказе в ту пору почти все болели за ЦСКА, потому что там работал Валерий Георгиевич Газзаев. Мне же почему-то всегда нравился «Локомотив». Особенно Дмитрий Лоськов. Помню, «Локо» выиграл у армейцев 1:0 (в сезоне-2005), и победный гол забил именно он. Так моему счастью не было предела, и друзей своих я еще потом долго подкалывал.

    — Насколько знаю, ваш любимый футболист — Зинедин Зидан. Почему именно он?
    — У него была филигранная техника и потрясающее игровое мышление. Кроме того, во всех командах он был настоящим лидером. Так что для меня он образец и как человек, и как футболист.

    — Злополучный эпизод в финале чемпионата мира с Италией толкуют по-разному. С Матерацци-то все ясно, а вот поведение Зизу кто-то оправдывает, а кто-то, напротив, осуждает. Чья точка зрения вам ближе?
    — Трудно сказать. Все-таки Матерацци, кажется, оскорбил родного для Зидана человека. А тот — восточный человек (Зидан — потомок выходцев из Алжира. — «Спорт») — не мог этого так оставить. Не сомневаюсь, что итальянец держал это в уме и знал, зачем это делает, преследовал такую цель. Наверное, когда на тебя смотрит весь мир, нужно сдерживать эмоции. Думаю, что я бы в такой ситуации не поддался бы на грязь.

    — Вас когда-нибудь пытались провоцировать на поле?
    — К счастью, не так, как Зидана, но бывало. Скажем, когда ездили с молодежной командой «Локомотива» в Мексику, соперники там частенько наступали на ноги. Один игрок даже плюнул себе на майку и помчался к судье показывать — мол, это сделал я. К счастью, арбитр разобрался и наказал того парня. Честно говоря, контролировать себя было непросто, но я отдавал себе отчет: в первую очередь интересы команды, а потом уже личные обиды. Так что, наверное, никогда не поддамся на провокации соперника.

    — Один из лидеров «Динамо», с которым вам предстоит играть в субботу, — Дмитрий Хохлов. Его в красно-зеленой футболке «Локомотива» тоже наверняка помните?
    — Конечно. Хороший, умный игрок и тоже настоящий лидер. Когда он играл за «Локомотив», мы с другими мальчишками из спортшколы подавали мячи. И ему, и Лоськову, и Измайлову.

    — Еще один динамовец, Александр Кокорин, с вами тоже тогда был?
    — Да, мы с ним, по сути, вместе выросли и сейчас тоже дружим. Хотя в интернат «Локомотива» он пришел раньше меня.

    — Когда он засобирался в «Динамо», не пытались отговорить?
    — Пытался. Но у каждого своя жизнь, и выбор каждый делает самостоятельно. Сам я себя вне «Локомотива» не представляю.

    — Сколько матчей в основном составе сочли бы для себя приемлемым результатом в дебютный сезон?
    — Чем больше, тем лучше. Главная задача — избежать травм и откровенных провалов и закрепиться в «основе». А у команды — попасть в тройку. Считаю, что и то, и другое вполне выполнимо.

  • Алан Дзагоев. Сын своего отца

    Минувшую неделю молодой полузащитник ЦСКА должен был целенаправленно готовиться к матчу со «Спартаком». Работа перед такого уровня дерби — нечто совершенно особенное. Отрезок, который включает в себя все приметы разом. И «не давать интервью» перед игрой — одна из них. Но случилось непредвиденное: в мачте со «Спартаком» нальчикским Алан Дзагоев получил желтую карточку, которая оказалась для него четвертой в сезоне.


    Таким образом, в российском классико главный бомбардир и распасовщик ЦСКА участия не принимал. Нет худа без добра. Зато мне удалось уговорить Алана на два телефонных тайма по полчаса каждый. Без арбитров, офсайдов и аутов, но со всеми остальными атрибутами футбола — атакой, обороной, дриблингом…

    Процент КПД в нашем разговоре, думается, подсчитает кто-нибудь в тренерском штабе ЦСКА. Или, быть может, «Спартака».

     

    Действие первое. Предматчевое

    — Есть волнение перед дерби?

    — Конечно. Глупо это отрицать. И обидно, что не смогу помочь команде. Два месяца назад попросил один парень автограф и, пока я расписывался, поинтересовался, помню ли я о приближении игры со «Спартаком». Так что с моральной подготовкой все как надо. Этот матч нужно выиграть, но победа не может даться легко. Конечно, можно заглянуть в газеты, в турнирную таблицу и сделать выводы о том, что «Спартак» сейчас далеко не в лучшей форме. Но это ничего не значит в такой принципиальной игре. Точнее, значит, но не так много. Дерби — матч, в котором включаются все скрытые резервы игроков. В общем, мы хотим выиграть и знаем, за счет чего это можно сделать. Но у нас не так, как в Бразилии: одолей соперника в дерби, а остальное простится. Нет, нам нужно все — и победа в этом матче, и золото чемпионата.

    — Вагнера армейские болельщики после возвращения еще не видели на поле, поэтому можно ориентироваться только на ваше и ваших коллег мнение: как он?

    — Так же прекрасно, как и до отъезда. Чувствуется, что Вагнер вернулся в хороших кондициях: он работает с нами на тренировках, и это видно. Но, честно говоря, я и не сомневался ни секунды, что так будет: наблюдал за его выступлениями в Бразилии, видел, что он ничуть не растерял в голевом чутье, а в некоторых компонентах даже прибавил. Очень надеюсь, что нам теперь станет легче на поле. Я ведь открыл счет своим голам в большом футболе именно после его передачи. Так что, можно сказать, в чем-то ему всю жизнь обязан. Когда-то сказал в интервью, что, если вернется Вагнер, да еще и останется Гильерме, это будет просто сказка. Можно считать, это время настало. Я очень рад, что так произошло.

    — Только вот сказка получается какая-то уж очень конкурентная...

    — Так это же хорошо! Я конкуренции не боюсь. Наоборот, считаю, что она стимулирует любого игрока к росту. У нас в этом компоненте вообще может многое измениться в период дозаявок. Будет еще веселее.

    — Но ведь наличие в обойме игроков одного с вами амплуа может усадить вас на лавку. Наверное, это естественно — опасаться конкуренции?

    — Верить в свои силы — тоже довольно естественно. У меня был уже в жизни период, проведенный «на банке». И, конечно, прочувствовав, что это такое, не только повторять опыт не хочу, но и никому другому не пожелаю. Но все-таки на том этапе это было нечто иное, чем просто конкуренция. Зико не доверял мне и, как я ни старался прибавлять на тренировках, в тех коротких отрезках, что выходил, ничего не помогало. Приходилось приспосабливаться к новым требованиям: тренер то менял мне позицию, отправляя налево в полузащиту, то вообще без объяснений не ставил в состав. Иногда я просто не мог найти этому причин, как в случае, когда вернулся из сборной накануне игры с «Амкаром» и обнаружил, что на меня совсем не рассчитывают. Даже не рассматривают в основу. Очень трудно было психологически. Конечно, тренеру всегда виднее, наверное, ему просто манера игры моей не подходила или еще что-то… Сколько тогда вопросов самому себе задал — не посчитать, наверное.

    Но всегда знал, что мне ни в коем случае нельзя опускать руки и терять веру в себя. Поэтому тренировался, тренировался, тренировался…

    — Вы вообще самокритичный человек?

    — Наверное, да. Хотя об этом лучше судить людям, которые меня хорошо знают. В любом случае после каждого матча у меня свой разбор. Если результат игры не положительный, анализ собственных действий может продолжаться сутками. Это не самоедство — скорее, я всего лишь стараюсь прийти к тому, чтобы увидеть картину объективно.

    — Сейчас анализируете выступления ЦСКА после перерыва в чемпионате?

    — Да, и могу сказать, что мы значительно прибавили. Наиграли новые связи, стали лучше контролировать мяч… Результаты пока нестабильны, хотя, наверное, общий вывод можно будет сделать по прошествии нескольких матчей. Но совершенно точно, что мы прогрессируем в качестве. Именно это нам в укор и ставили в начале сезона: при том что очки набирали, игра была далеко не безгрешной. Я бы сказал, цельности не было и определенная разбалансированность чувствовалась: в обороне вроде все неплохо, а в атаке суетились, торопились, упускали тучу моментов.

    — Удалось исправить все?

    — Может, и не все, но многое. И все равно нужно еще прибавлять. Шансы догнать и перегнать «Зенит» есть, и их надо по максимуму использовать. Не допускать осечек ни в одной игре, брать все свои очки, следить за результатами конкурентов. Я уверен, задача нам по силам. Может, и некорректно так говорить, но уверен, что у «Зенита» будут осечки. Идеальных команд не бывает, рано или поздно какие-то бреши в обороне питерцев раскроются. Хотя, конечно, на данный момент они производят очень хорошее впечатление.

    — Кто еще какое впечатление производит?

    — Да множество команд выдает периодически такие отрезки, что залюбуешься. Сейчас откровенно слабых нет, каждый способен преподнести сюрприз. Из того, что отметил за последнее время лично для себя: штрафные, которые бьет Алиев, все как на подбор, голы моего земляка Алана Касаева, выступление «Алании», за которую с детства болел.

     

    Действие второе. Душевное

    — За экватор уже год перевалил. Что больше запомнилось в эти месяцы?

    — В плане футбола? Чувствую себя немного по-другому, но это влияние того, что взрослею и тяжелею. Теперь проще в единоборствах, мышцами оброс, и легко меня теперь корпус в корпус не отбросишь. Это что касается персонально меня, футбольного. А в чемпионате… Трудно сказать, много всего было. Я бы сформулировал так: прекрасные ощущения каждый раз, когда в результат воплощается то, как мы прибавили. Рад, что в последнее время испытываю их все чаще. Вместе с командой. О самом же главном для нас футбольном итоге, надеюсь, можно будет говорить уже по окончании сезона.

    — А в личном плане?

    — Наверное, мой день рождения, который на этот раз справили все вместе в Австрии. Получилось так, что пришелся он как раз на время последнего сбора, а располагались мы в Вене. Еще до вылета договорились с Березуцкими, что отметим все наши праздники в один день — даты-то совсем рядом. И уже когда шел сбор, определились, что местом будет ресторан на телебашне. Такое трудно забыть. Там вид на город потрясающий, а ресторан необычный — он вращается, так что панораму можно менять. Сначала немного кружилась голова, потом все прошло. Такой теплый праздник получился! Первый мой необычный день рождения. Даже без традиционных осетинских трех пирогов.

    — Вена понравилась?

    — Очень! Скажу даже так: наверное, как-нибудь в отпуск­ное время поеду туда, чтобы все нормально разглядеть. Правильно сказал Леонид Слуцкий: «По Вене даже ходить необычно, потому что этот город — как музей без стен и крыши». Толком не успели, конечно, ничего посмотреть: мы выходили в город только в перерыве между тренировками или уже поздно вечером. Но даже этих коротких отрезков хватило, чтобы понять: находимся в невероятном месте.

    — Так вы не исключение, и отпуск для вас — тоже время путешествий?

    — Честно говоря, сказать, что я очень люблю путешествовать, нельзя. Мне больше нравится ездить домой, в Беслан. Проводить время с родителями и близкими людьми. Туда действительно тянет. У нас у дома до сих пор растут два дерева, которые мы со старшим братом Гелой, когда совсем маленькими были, использовали как футбольные ворота. Мы лупили и в створ, а порой и в ствол, от души. Окнам доставалось иногда. Но мама и отец почти не ругались: просто молча вставят стекла, и все продолжается по новой. А когда совсем плохая погода была, мы устраивали ворота дома: стулья ставили вместо штанг и пробивали пенальти в большой комнате. И снова доставалось окнам. Сейчас уже смешно об этом вспоминать, а тогда такие занятия казались нам обязательной домашней работой после тренировок.

    — Как считаете, с момента дебюта в премьер-лиге вы сильно изменились?

    — Имеете в виду, поймал ли я звездную болезнь? Мне кажется, нет. А если в   определенный период так со стороны казалось — может, потому что, когда не получалось что-то, старался скрывать свои проблемы от окружающих. И немного замкнулся в себе, что ли. Но, в принципе, я остался таким же вроде бы: телефон сменил всего один раз, от старых друзей не прячусь, здороваться не забываю. Мне кажется, самому стало бы смешно, если бы так вдруг начал поступать.

    — В попытках найти симптомы «звездочки» многие обращаются к вашему поведению на поле: вы стали чаще апеллировать к арбитрам, к коллегам...

    — Если по таким критериям судить, у нас в стране самый звездный — мой земляк Алан Гатагов из «Локомотива». Он вообще, помню, с судьей обнимался как-то. А если серьезно, я и сам замечаю, что иногда увлекаюсь, споря с судьями. Но так само собой получается — не могу себя контролировать, эмоции сплошные. Потом себя ругаю. Правда, не всегда: бывает, что и судьи не правы. Если посмотрите по прошлому году, по крайней мере пять из десяти назначенных в наши ворота пенальти вызовут немало вопросов. Хотя, согласен, судья есть судья, и от споров с ним не выгадаешь ничего, кроме предупреждения. А что касается моих взаимоотношений с коллегами, тут ничего не изменилось: все, что кажется кому-то ненормальным, — просто рабочие моменты. Тут еще дело в том, что, наверное, многие вспоминают, каким я был, когда дебютировал. Тогда, конечно, все для меня было новым и необычным. Я если и не боялся рот раскрыть, то, раскрыв его, вряд ли мог что-то дельное сказать — настолько велико было волнение. Сейчас, конечно, ощущение новизны исчезло, поэтому во время матча общаюсь с партнерами так же, как на тренировках или в жизни. Может быть, эмоционально, громко, с мимикой — но, абсолютно точно, так же.

    — Леонид Слуцкий недавно сказал, глядя на вас на тренировках: «Очень хотел бы, чтобы сын в этом возрасте был таким же, как Дзага».

    — Правда так сказал? Я, честно, даже не знаю, как реагировать. Но в любом случае мне очень приятно это слышать. Даже не знаю, чем заслужил такие слова. Очень приятно. От души говорю, и это каждый в команде скажет, что с таким тренером, как Слуцкий, работается очень легко. Викторович сделал нас более открытыми, он умеет такие слова подобрать, что ощущаешь себя действительно игроком, для которого «невозможное возможно». И потом мы все уверены, что для него нет неразрешимых тактических задач. Видно, что он очень много работает, и мы стараемся помочь ему реализовать находки на практике.

    — А от всем известной демократичности Леонида Слуцкого дисциплина не страдает?

    — Нет, с ней все нормально. В ЦСКА все игроки — профессионалы, люди, которые знают, чего хотят добиться в футболе. Да, Викторович не ставит каких-то барьеров, но он сам им и является: никому не хочется подводить тренера, который так хорошо относится к футболистам. Он доверяет нам, а мы стараемся оправдать его доверие. Такой подход к делу полезен, мне кажется: в итоге в команде останутся только те, кто реально хочет играть и прогрессировать в футболе. Потому что при всей внешней демократичности Слуцкого нет и тени сомнений в том, что он твердо знает, какие игроки по качествам, как игровым, так и человеческим, его устраивают. А демократия — она, выходит, для нас просто тест такой.

     

    Действие третье. Взгляд в будущее

    — О том, как теперь будет в сборной России, не задумывались?

    — Пока нет. Заботы клубные на первом плане. Но, конечно, как и любой игрок национальной команды, жду с нетерпением вердикта: заслужил ли право на вызов в сборную? Желание играть у меня, конечно, есть. Осталось узнать, каков взгляд на новый созыв у тренера. В любом случае, несмотря на жесткий финиш, у нашей сборной в предыдущем цикле было много достижений. Впечатления от работы с Гусом Хиддинком у меня остались незабываемые.

    — О нынешнем тренере команды что знаете?

    — То же, что и все. С его «Зенитом» всегда было трудно, но интересно играть. Чувствовалось, что это во многом тренерская команда.

    — Как считаете, имеет в этом смысле право на жизнь ориентация на рейтинги? Ведь если согласовываться с ними, то самого дорогого молодого футболиста страны не вызвать в национальную команду просто невозможно.

    — Мне трудно отвечать на этот вопрос. Рейтинги, наверное, не на пустом месте вырастают. У нас еще не так развиты системы рекламных контрактов, чтобы говорить, к примеру, о такой ситуации, какая была у Дунги с Роналдинью накануне чемпионата мира. Поэтому в России рейтинги на данный момент в целом объективно отображают положение дел. Моя дороговизна тоже ведь весьма относительна, и то, насколько долго цена продержится на таком уровне, упадет или будет расти, зависит от множества вещей. Но большей частью от меня самого. Мой одноклубник Даниэль Карвалью приглашался в самые лучшие европейские клубы, ему такие дифирамбы пресса пела… Но после травмы он так и не смог войти в колею и в итоге очень сдал. Во всех показателях, включая рейтинги.

    Так что это все не так просто дается. А вот теряется — влегкую.

    — Хотелось бы поиграть в другом чемпионате?

    — Да, это желание любого нормального футболиста. И это признак роста. Но я не думаю, что уже созрел до такого уровня. В отличие от Игоря Акинфеева или Милоша Красича, которые, на мой взгляд, сейчас в любой большой европейской команде попадали бы в основу. Ну и потом прав Евгений Леннорович Гинер, который однажды озвучил такую позицию: из ЦСКА игроки будут переходить только в клубы топ-уровня и с определенной уверенностью и старого, и нового клуба в том, что футболист будет не на лавке сидеть, а на поле пахать. А вообще, если и вижу себя в каком-то новом турнире, то это чемпионаты Англии или Испании. В Италии, как мне кажется, не смог бы раскрыться. А в этих двух как раз мой футбол — такой, какой я люблю.

    — Чемпионат мира изменил что-нибудь в ваших приоритетах? До его начала вы в каждом интервью говорили, что любимый игрок — Месси. А после?

    — Да и после могу подтвердить. Думаю, на мастерство, оснащенность и креативность Месси особого влияния неудачное выступление сборной Аргентины не оказало. Но турнир в ЮАР еще раз доказал: времена, когда один игрок или группа игроков способны были тащить всю команду, прошли. Сейчас проблемы могут возникнуть даже в матче группового этапа, если хоть один человек выпадает из обоймы.

    — Кстати, на чью победу ставили? Оправдались ожидания?

    — Импонировали бразильцы, аргентинцы и испанцы. Так что, можно сказать, на треть победителя угадал уже на самом начальном этапе.

    — Вам вообще часто удается угадывать или предсказывать итоги турниров?

    — Говорят, что это дело неблагодарное, но, честно говоря, я не верю, что сам для себя каждый из футболистов или тренеров не делает прогнозов. Это, по-моему, естественно: смотришь на календарь матчей и прикидываешь, какой из них как закончится. Другое дело, что это не чистой воды прогноз и уж тем более не предсказание, а такой, знаете, экспресс-анализ, основанный на личном опыте.

    — И что экспресс-анализ, основанный на личном опыте, говорит о месте ЦСКА после финального свистка чемпионата России?

     — Я вот что забыл сказать: когда про результаты говоришь вслух, все получается не так. Так что личный анализ, основанный на опыте, подтверждает, что надо работать и выигрывать, а все остальное придет.          

     

     

    Бить или не бить, или Зачем Алан Дзагоев подходил к «точке»


    На родине Алана, в Северной Осетии,  — очередной этап футбольного бума, связанный с возвращением родной команды в элиту. Но несмотря на это суперсобытие, а точнее, даже благодаря ему, за выступлениями «своих» в других клубах следят еще более внимательно. Приезд ЦСКА на календарный матч во Владикавказ расценивался скорее не как визит армейцев, а как пусть и мимолетное, но возвращение Дзагоева домой. И болельщики проголосовали за это собственными персонами: именно на встрече «Алании» с ЦСКА была зафиксирована рекордная для арены «Спартак» продажа билетов.

    Уже после предматчевой тренировки полузащитник красно-синих был атакован местной детворой, жаждущей автографов. А после игры случилось продолжение: к Дзагоеву выстроилась огромная импровизированная живая очередь, а собравшиеся у ограждения автобусов люди скандировали его имя. И это несмотря на результат, в который Алан вложил немало труда, и несмотря на то, что он стал автором одного из голов, причем забитого с пенальти. Правда, нашлись и те, кому самоотдача армейца пришлась не по душе: некоторые болельщики еще долго обсуждали, имел ли Дзагоев моральное право подходить к «точке» и радоваться потом голу? Ведь речь идет о победе над командой, которая с малых лет была ему родной. Но холодные головы остужали пыл критиков вопросом: «А имел ли он право не играть против ”Алании” на полной самоотдаче, не быть в матче против нее тем самым Дзагоевым, которого так любят в Осетии?» Эта дискуссия не осталась в прошлом до сих пор, но если Алану она была просто неприятна, то его родню, которая пришла в тот вечер на стадион, ранила в самое сердце.

    — Он же играл в том числе и для нас. Не забыл после гола подбежать именно к той трибуне, где мы смотрели матч, — сказала неделей позже одна из близких родственниц Дзагоева, присутствовавшая на игре. — Что же он, по логике этих людей, должен был в поддавках участвовать? Это не про Алана!

    Действительно, это не про него.

    — Говорить что-то о моральных качествах, пеняя при этом на то, что Дзагоев забил пенальти и радовался голу, может только человек, очень далекий от футбола, — считает спортивный директор «Алании» Хасан Джиоев. — Результат матча уже не поменяешь, ЦСКА победил тогда заслуженно, и горечь поражения для всех нас хоть в какой-то степени скрасил тот момент, что эту победу сделал возможной наш парень, осетин. Я вижу здесь только повод для гордости и желаю Алану только удачи и успехов.

    Кстати, помимо всего прочего, Дзагоев стал основоположником странной традиции, которая с тех пор завелась у «барсов»: дело в том, что если в составе соперника есть игрок-земляк, то мяч в    ворота «Алании» обязательно проведет именно он. В нынешнем сезоне это были помимо нашего героя Давид Цораев и Алан Касаев. «Но Габулов ведь с Джанаевым не забивали, — отшучивается на это замечание сам Дзагоев. — Нет никакой традиции, просто наших ребят на ведущих позициях в клубах премьер-лиги очень много. И это здорово».

     

    Алан Дзагоев в школе и дома


    — Хубула отправили в дубль? Да ты что? — Алан на том конце провода искренне нервничает, услышав известие о дисциплинарных санкциях в отношении своего однокашника по футбольной школе, форварда «Алании» Арсена Хубулова. — Подожди-ка, я ему позвоню!

    На следующий день восстановленный в правах Арсен расспрашивает, откуда Дзага узнал про недавнее событие, ибо вчерашней ночью армеец без устали звонил ему раз двадцать — до тех пор пока не разбудил. Причем, прежде чем спросить о самом предмете звонка, полчаса втягивал друга в обсуждение вопроса, какая страна лучше для отпуска.

    Это, наверное, самая характерная черта характера Алана: он хорошо воспитан, деликатен и если не благодаря опыту, то уж точно благодаря внутреннему чутью знает, как поддержать друга, чтобы в шаткой ситуации не обидеть лишним случайным словом.

    Понять, откуда это, можно, познакомившись с его родителями — Тариелом и Лианой Дзагоевыми, дружной семьей, живущей в отремонтированном любимыми сыновьями домике на БМК, еще недавно окраине Беслана. Семья беженцев из Грузии живет здесь давно, после начала первой грузино-осетинской войны. В 1989 году, за год до рождения Алана, его родители перебрались в Осетию. Трудные времена переживали все вместе. Сам Алан никогда не забывает, каким тяжелым трудом доставались его отцу сегодняшние успехи сына. Тариел Дзагоев работал сторожем, разнорабочим, ездил в Ростов за дефицитными запчастями, которыми торговал на авторынке (кстати, малыши Алан и Гела добровольно помогали отцу в этом маленьком семейном деле). Так и встала на ноги семья — благодаря трудолюбию.

    Извечный вопрос для всех: каким образом реальное имя отца Алана превратилось в отчество Елизарович. Дело в том, что, согласно паспортам, родители Дзагоева носят совсем иные имена, нежели те, какими их с самого появления в Беслане называют родные, близкие и соседи. Тариел — Елизбар, Лиана — Мариам. Причем паспорт­ная путаница затронула не только взрослых Дзагоевых, но и их детей. Тариел рассказывает, что у малышей Алана и  Гелы были настоящие истерики, когда им выписывали почетные грамоты и благодарности за успешные первый и второй класс на фамилию Загашвили, которая была официально указана в их свидетельствах о рождении. Понимая, что это для мальчишек вопрос принципиальный, Тариел и Лиана сделали все, чтобы исправить ситуацию, и классная руководительница четвертого класса бесланской средней школы № 6 уже выписывала грамоту на Дзагоева Алана.

    Кстати, все в учебе было благополучно как раз приблизительно до этого времени: после хозяином положения стал футбол и мальчишки стали прятать школьные дневники во дворе дома. Думали, родители будут ругать, но ни Тариел, ни Лиана никогда этого не делали. «Хочет быть футболистом — пусть будет, — спустя годы говорил о тогдашнем своем отношении к проказам сыновей старший Дзагоев. —

    В наше время все так быстро способно поменяться, что надо стараться сделать для своих детей как можно больше того, что они хотят, каждый момент».

    Сегодня Тариел Дзагоев продолжает следовать своему принципу, только теперь уже стараясь сделать приятное маленьким своим землякам. Именно поэтому в короткие моменты отпуска Алану все же приходится вставать рано утром: отец будит сына и выезжает с ним на детские турниры по различным видам спорта, от вольной борьбы до футбола. Потому что Алана Дзагоева, сына своего отца, хотят видеть везде.

     


    Интервью из еженедельника "Спорт день за днем" №30 (4-10 августа)
    Использование материалов еженедельника возможно только с разрешения редакции

     

  • Алан Гатагов. Большой брат

    Дик Адвокат не раз жаловался на отсутствие талантливой молодежи в России. Один из тех, кому по силам переубедить рулевого сборной, – 19-летний Алан Гатагов. Юный осетин уже второй сезон кряду выступает за основу «Локомотива» и все настойчивее стучится в главную команду страны. Он один из претендентов на приз «Первая пятерка», который вручается Детской футбольной лигой и спортивным клубом «ЛУКОЙЛ» лучшему молодому игроку сезона.

    С: Как впервые вы оказались в первой команде, помните?
    Такое не забывается! Ровно через год, снова в свой день рождения, я отправился в Турцию на первый сбор с основой. Дело было в январе, стоял жуткий холод, лил дождь, и Рашид Рахимов отменил тренировку на улице. Занятие перенесли в бассейн, где всей командой меня и по здравили с совершеннолетием.

    С: Сегодня вы играете под началом Семина. Какой он для вас?
    Юрий Палыч – особый тренер. Большой психолог, к каждому имеет подход. Он даже специально ходит в модные заведения, чтобы быть на одной волне с молодежью. Стильно одевается. Семин справедливый, никого не выделяет, ко всем относится ровно.

    С: Армеец Алан Дзагоев, как и вы, родом из Северной Осетии. Вы знакомы?
    Алан родился в Беслане, я – во Владикавказе. Моя мама и бабушка Дзагоева – из одного поселка, поэтому мы хорошо знаем друг друга с малых лет. Не раз играли за одну дворовую команду.

    С: Самый популярный человек Владикавказа до сих пор Валерий Газзаев. Как так вышло, что в детстве вы болели за «Локо», а не за «газзаевский» ЦСКА?
    Всегда был белой вороной. Большинство сверстников переживали за армейцев, я же считал себя «железнодорожником». Все дело в Зауре Хапове. Он был моим кумиром. Во всем подражал ему – носил такие же длинные волосы, мечтал стать вратарем. Играть в воротах отговорил отец.

    С: Родители с воодушевлением относились к увлечению футболом?
    Сначала не особенно, пытались остудить мой пыл к черно-белому мячу. Водили на борьбу, спортивную гимнастику, тхэквондо. Но не вышло. Когда мне исполнилось 12 лет, отец решил броситьвсе и перевезти семью в столицу ради нас с братом. Помню, как впервые ехал по Москве с раскрытым ртом: кругом огоньки, красивые дома, машины – все в диковинку.

    С: Вопрос выбора спортивной школы не стоял?
    Я мечтал только о «Локомотиве». К счастью, меня сразу взяли. Жил в интернате. Первый тренер бразилец Паоло Наньо, воспитавший звезд Кака и Жулио Баптисту, большое внимание уделял психологическому состоянию команды. Перед матчами мы становились в круг, слушали Queen, настраивались на победу. В перерывах Паоло советовал налегать на фрукты.

    С: В каждом интервью вы упоминаете о брате Сослане.
    Мы с братом погодки, я старше. Сослан, как и я, окончил СДЮШОР «Локомотив», вызывался в сборную Москвы. С этого сезона он игрок дубля. Брат тоже играет в середине поля, часто выступает в роли опорника. В один прекрасный день выйдем с ним в основе «Локо» вместе.

    С: Вы верующий?
    Часто хожу в церковь, прошу за себя и близких. Нередко могу предугадать исход матча: перед удачными играми снятся горы и святые места.

    |В основу – через Мексику

    Первое впечатление от общения с Гатаговым – легкая бравада. Кажется, молодой полузащитник «Локомотива» немного дрогнул от свалившейся на него известности.

    – Что вы! Алана можно смело ставить в пример мальчишкам, – спешит разуверить меня пресс-атташе «железнодорожников» Мария Устилимова. – Он с ума сходит от клубной базы и сборов. Перед играми часто заезжает в Баковку не за день, как все, а за два.

    Для Алана путь в большой футбол начался с дубля. За год до выпуска 1991 года рождения Ринат Билялетдинов взял его на турнир в Мексику. Первая команда тогда как раз вернулась со сборов, и Алан впервые так близко пересекся со звездами «Локо»: Сергеем Гуренко, Владимиром Маминовым, Дмитрием Сычевым. Символично, что это произошло в его день рождения.

    За основу Гатагов дебютировал еще при Владимире Маминове: в мае прошлого года тот выпустил его в матче против грозненского «Терека». Свой первый мяч Алан забил уже при Юрии Семине, огорчив самарские «Крылья Советов» тремя месяцами позже. Сегодня талант ливый полузащитник – самый молодой игрок в составе «Локомотива». Ближайшие конкуренты – Руслан Камболов, Тарас Бурлак и Майкон – старше на год. Однако по-настоящему игроком основы можно считать только бразильца.

    Опубликовано в еженедельнике «Спорт день за днем» №45 (17-23 ноября 2010 года).

    Использование материалов еженедельника без разрешения редакции запрещено.

  • Полузащитник ЦСКА Алан Дзагоев: «Надо прислушиваться к старшим»

    Договориться с Аланом Дзагоевым об интервью сложно по одной простой причине — у молодого армейского дарования совершенно нет свободного времени. Вот и сейчас мы встречаемся вечером накануне заезда команды на сбор.

    — Еду с тренировки, давайте в метро в центре зала, — говорит по телефону Алан.

    — В метро?!
    — У меня всего полчаса есть. Мы переезжаем, надо помочь дома вещи собрать. Я же не могу, чтоб все работали, а я не участвовал.

    Через несколько минут встречаемся, как и договаривались. В центре зала. В метро.

    — Теперь к автобусу, отходящему от офиса клуба, можно будет ходить пешком, — делится Алан. — Новая квартира — на Ленинградке.

    Удивительный он все-таки парень, Алан Дзагоев — восходящая звезда. По-детски распахнут и наивен, по-взрослому спокоен и рассудителен.

    На тренировки — на метро

    — Получается, вы все это время, пока вас журналисты днем с огнем ищут, на метро ездили домой и на работу?
    — Ну да. А что в этом такого? Так быстрее, чем на такси, в пробке не застрянешь. Очень удобно.

    — А не узнают соседи по вагону?
    — Несколько раз бывало такое, что узнавали. Спрашивали, я это или нет. Отвечал честно. Зачем обманывать? Удивлялись ли? Может, кто-то и удивлялся, но не показывал этого. Автографы у меня просили, сфотографироваться.

    — Рады переезду на новую квартиру?
    — Рад тому, что теперь быстрее буду добираться. И еще тому, что мама наконец ко мне вырвалась. Приехала на две недели. Теперь домой вечером почти бегу, знаю, что она пироги сделает осетин­ские. Мои любимые — с картошкой. Очень по ней соскучился. По маме, не по картошке, — смеется Алан. — Сейчас стараюсь больше быть рядом.

    — У вас футбольная семья? Кто-то из старших увлекался спортом?
    — Моего папу зовут Тариэл, он совсем нефутбольный человек. А вот мама — Ляна — футбол всегда очень любила. Она и сейчас без труда на одной ноге десять раз мяч набивает. Именно мама хотела, чтобы мы с братом занимались в футбольной школе. Хотя начинали мы, конечно, играть во дворе. Я родился в Беслане, и вот там, еще когда с братом в детский сад ходили, вместе с двоюродными братьями гоняли мяч целыми днями. Потом двоюродных отдали в секцию джиу-джитсу, а нас — в футбольную.

    — Помните своего первого тренера?
    — Конечно. Это замечательный человек — Юрий Наниев. Я недавно обрадовался, узнав, что под его руководством наш бесланский «Терек» выиграл «Кожаный мяч». А когда я занимался, удавалось только до зоны «Юг» доходить. Там мы и останавливались (смеется). Серьезно я начал заниматься футболом со второго класса. Времени на то, чтобы учить уроки, почти не оставалось: бывало так, что в день играл по два матча за разные команды. Но родители все понимали, и в средней школе № 4, где я учился, тоже всегда шли мне навстречу.

    Автограф Егора Титова

    — Помните свою первую футбольную экипировку?
    — Даже день, когда ее получил, до мелочей помню. Я тогда так ждал утра, что не мог уснуть. Потом мы поехали с дядей во Владикавказ и в магазине «Спорттовары» на проспекте Мира, тогда единственном, где все для футбола продавалось, купили мне и моему старшему брату Геле и форму, и гетры, и мяч, и бутсы. Я был настолько рад именно бутсам, что еще несколько дней их не снимал — так и ходил в них в школу на уроки, в гости, просто по улице.

    — Потом была уже детско-юноше­ская спортивная школа «Юность» во Владикавказе…
    — В «Юность» я попал уже в 2002 году, к тренеру Игорю Осинькину. Четыре года мы под его руковод­ством тренировались, играли в разных турнирах, учились всему интересному. Тогда мы всей школой ходили на игры «Алании», обсуждали их потом, переживали сильно за команду. Помню, у папы был абонемент на футбол, и когда он вдруг меня не брал с собой, я даже плакал от досады. Вообще, те годы очень тепло вспоминаются. Я тогда первый автограф у футболиста взял. Знаешь, у кого? У Маркуса Анжело, бразильского легионера, который в «Алании» играл. Помню, мы после тренировки вышли из школы (а она внутри стадиона находится), смотрим — он стоит вместе с женой прямо возле здания клуба. Ну мы и попросили его расписаться. Мне он написал какое-то пожелание на руке. И еще один сильно запомнившийся мне момент. Это после трагедии в первой бесланской школе было. Тогда вся Осетия переживала это очень тяжело, больно, и хотя моей семьи горе не коснулось, но я чувствовал, что это и моя беда. И вот после того, как мы начали немного отходить от всего этого, к нам в школу приехали Бахва Тедеев и Егор Титов. Я просто не мог поверить своим глазам и своему счастью! Увидеть двух таких футболистов вот так, рядом — это для меня было… Не могу передать словами, что я тогда чувствовал. В общем, когда немного пришел в себя, оказалось, что чуть не опоздал взять автограф на память. Все-таки взял.

    Газзаев в Осетии — легенда

    — К тому времени вы уже наверняка не раз и не два слышали фамилию Газзаев.
    — Конечно. Валерий Георгиевич в Осетии — это… Это легенда. Любой мальчишка, занимается он футболом, вольной борьбой или каким-то другим видом спорта, обязательно все знает про Газзаева. Вот и у нас в футбольной школе очень много было разговоров о том, какой это тренер. Мы обсуждали между собой то, что слышали от старших: «Он очень строгий, всегда дисциплинированный, и только он смог так работать с «Аланией», что она стала чемпионом». Валерий Георгиевич — это для меня был… Ну я не могу подобрать подходящее слово. Не кумир, это банально… Недостижимый.

    — А вообще кумиры в футболе у вас были?
    — Конечно, как, наверное, и у любого футболиста. Мне всегда нравилось, как играли и вели себя в жизни Фрэнк Лэмпард и Евгений Алдонин.

    — Сам Алдонин знает об этом?
    — Я ему не говорил, как-то неудобно. Но было интервью, в котором писали про это. Возможно, Евгений его прочитал.

    — За свою жизнь вы много интервью дали? Не считали?
    — Как мне кажется, уже много. Несколько раз потом перечитывал свои интервью или пересматривал. Скажу честно: мне не нравится пока, как у меня получается отвечать на вопросы. Но, думаю, этому тоже надо учиться. Буду стараться. Хотя… Уже вроде не так теряюсь перед камерой, как в первый раз. А в первый раз это было, когда в тольяттинском интернате учился.

    — А как там оказались?
    — Наш тренер Осинькин как раз переехал туда работать, а мы остались под началом Инала Гагиева. И спустя пять месяцев после переезда Игорь Витальевич позвал нас к себе. Поехали втроем — я, Олег Тигиев и Арсен Хубулов. Прошли просмотр и оказались в интернате. Сначала я занимался под его руководством, потом попал к Игорю Родькину. А чуть позже меня перевели в команду 1989 года рождения, к тем ребятам, которые на год старше. Они играли тогда во второй лиге, и я с ними. Переломным был 2007 год. Говорят, я очень прибавил в тот период.

    Вагнер сказал, что поможет

    — Можете общую черту своих тренеров назвать?
    — Общую… Не знаю. Все они говорили, что самое главное — быть хорошим человеком. И постоянно работать, что-то новое узнавать. Я стараюсь. Мы в школе знаешь по сколько часов тренировались? Одна тренировка три часа продолжалась. И время незаметно летело, потому что нам все время показывали какие-то финты, приемы обработки мяча. Вообще, всегда в пример ставили бразильцев и испанцев. Я и сейчас считаю, что в плане работы с мячом у них надо учиться.

    — Говорят, осетины по темпераменту очень похожи на бразильцев. Правда?
    — Сейчас уже могу сказать, что это так. Наверное, поэтому у меня так просто получается найти общий язык с Вагнером. Я бы хотел немного о нем сказать: он мне очень сильно помогает. До моего дебютного матча с «Химками» Вагнер через переводчика сказал слова, которые меня очень поддержали: «Ничего не бойся, знай, что везде, где только можно, я тебе помогу. Просто играй так, как умеешь». Это было в тот момент для меня очень важно.

    — Помните свою первую встречу с армейцами?
    — Конечно. Я всегда болел за две команды — «Аланию» и ЦСКА. И досконально помню все, что происходило в финальном матче кубка УЕФА, когда армейцы выиграли. Вот радость была! Поэтому для меня попасть в эту команду было огромным счастьем. Помню, когда летом нас с Рыжовым привезли на просмотр, я настолько растерялся, что когда объявили квадрат «Гусев — Рахимич — Алдонин — Дзагоев», даже не пошел сначала. Просто ушам не поверил. Потом, когда тренировался с дублем, все наблюдал за тем, как занимается основной состав (у нас в Ватутинках поля рядом). В ЦСКА дубль и «основа» занимаются по одной методике, но у основного состава интенсивность выше. Я, конечно, мечтал заниматься с «основой».

    Счастье — работать с таким тренером

    — Думали, что все так скоро получится?
    — Конечно, нет. Играл за дубль, сам чувствовал, что способен на большее, но что все так повернется… Максимальная моя мечта была выйти в двух-трех играх сезона на замену за «основу». Мне очень помогли все игроки «основы», даже не могу кого-то особо выделить, потому что каждый совет какой-то давал, поддерживал, помогал во всем. У нас на самом деле очень хороший и дружный коллектив. Особенно это чувствуется перед игрой. Это такой сумасшедший настрой! Валерий Георгиевич воспитал команду, где в действительности один за всех и все за одного. Никогда не думал, что такое четкое воплощение этой фразы встречу. Повезло.

    — Все футболисты из Осетии, попадавшие в свое время к Газзаеву, в шутку сетовали, что с них спрос больше. Правда?
    — Да, я это чувствую. Валерий Георгиевич очень пристально следит за мной, делает замечания, если где-то недорабатываю или что-то не так делаю. Я очень ему благодарен за все, что он мне уже дал. Я бы каждому футболисту мог от чистого сердца пожелать, чтобы жизнь подарила ему счастье работать с таким тренером, какой сейчас у меня.

    — Из всех игр, которые удалось уже сыграть за ЦСКА, какая больше всего запомнилась?
    — Игра с «Локомотивом». Тут у меня такие странные ощущения: когда я был на поле, мне казалось, что все идет идеально просто и мой внутренний настрой полностью соответствует тому, что делаю. А потом посмотрел запись игры, и очень многое в том, что делал, не понравилось. Вообще, может быть, и хорошо, что не успеваю просматривать наши матчи: за все время застал только игру с «Локо» и с нальчикским «Спартаком».

    — А какой из соперников, против которых пришлось играть, показался наиболее сложным?
    — «Зенит». Другого мнения быть не может. Конечно, может показаться, что счет в этом матче говорящий и можно не смотреть и не разбирать. Но на самом деле это была та редкая игра, когда красота и напряжение видны были не только с трибун, но и мы на самом поле чувствовали каждый опасный момент. Такие девяносто минут я никогда не забуду. А еще не забуду, что после матча мне Гия Базаев из «Алании» позвонил, по­здравил. Чувство было — супер. Два-три года назад я за него до хрипоты болел, теперь он за меня болеет!

    На игру Дрогба готов смотреть часами

    — Кто из игроков нашего чемпионата вам импонирует? Разумеется, кроме коллег из ЦСКА.
    — Аршавин, Данни и Тимощук. А что удивляешься? Мне на самом деле нравится следить за тем, как хорошо играют наши соперники. Конечно, когда не против нас.

    — В европейском футболе есть команды, ради просмотра матчей которых пожертвовал бы драгоценными часами сна?
    — «Челси». Но это, скорее, относится к тому «Челси», что был при Жозе Моуринью. Хотя за Дидье Дрогба и сейчас готов часами следить. И «Арсенал» мне всегда нравился. Вообще, мне ближе британский футбол.

    — Если не секрет, есть у вас на данный момент в нашем чемпионате программа-минимум и программа-максимум?
    — У всех есть, что бы там ни говорили. Каждый мечтает стать лучшим бомбардиром, отдать больше голевых передач, как можно полезнее сыграть. Я не исключение и тоже всего этого хочу. А программа-максимум… Если мы станем чемпионами в этом году — это будет здорово!

    — И свои приметы футбольные уже есть?
    — Есть. Как и у всех. Но это раньше меня могла с полдороги развернуть черная кошка. Сейчас по-другому к этому отношусь. Хотя в приметы по-прежнему верю. Есть у меня одна — никогда не подводит. Но можно я не расскажу? Чтобы секрет был. И еще есть слова, которые сам себе всегда перед матчем говорю. Но я их тоже никогда никому не расскажу. Тоже секрет.

    — Есть что-то, о чем бы вы еще хотели сказать?
    — Я бы очень хотел сказать огромное спасибо всем своим тренерам. И Андрею Талалаеву, и Юрию Наниеву, и Игорю Осинькину, и Валерию Георгиевичу, и всем-всем, кто мне помогал. И еще мальчишкам, которые занимаются футболом, хотел бы сказать, что надо стараться тренироваться целыми днями, какие бы болячки ни набивал, прислушиваться ко всем советам старших (это очень важно!). И тогда все получится.

    Москва

    Кстати. Непростое желание

    Он и правда удивительный парень. Перед тем как попрощаться, задаю последний вопрос.

    — Алан, как вы думаете, что в этой жизни способно вас изменить? Сделать иным? И вообще, каким бы вы хотели стать?
    — (Смеется.) А почему вы спрашиваете? Как бы ответить?... ммм… У Моуринью в интервью прочитал как-то: «Не старайся быть похожим на кого-то. Будь самим собой». Я очень хочу остаться таким, какой я есть. Непростое желание. Ну… вот такое.

  • Владимир Шевчук. Новый этап «Алании»

    Владимир Шевчук сейчас загружен по самое горло. Один нервный период, когда подвешенная в воздухе «Алания» готовилась на втором сборе под его руководством «непонятно к чему», сменил другой не менее сложный отрезок — в положении жесточайшего цейтнота надо собрать боеспособную команду премьер-лиги, ибо любую другую взыскательные осетинские болельщики просто не примут. Поэтому... с тренировки — на контрольную игру, где можно найти потенциальных новичков, с игры — на переговоры, с них — снова на тренировку, и после — опять просмотр двух-трех матчей и совещание с тренерами.

    Распорядок дня просто сумасшедший, и Шевчук, конечно, устает. Но не смейте его об этом спрашивать. В «Алании» сейчас слова про утомление под строжайшим вето. Впереди — самый сложный сезон в истории команды. И, наверное, самый сложный — в карьере ее нового главного тренера.

    Полтора состава — за пределами

    — Владимир Михайлович, в вашем возвращении на мостик чего больше — ностальгии или желания новизны?
    — Тяжело так сразу определиться. Я ведь на протяжении пяти лет работал помощником у Валерия Газзаева, и меня как в процессе, так и в статусе все устраивало. Естественно, решение прийти в «Аланию» было принято не без его участия — от него так просто, сам по себе, никто не уходит (улыбается). Эта команда для Газзаева, что бы ни происходило с ней, — родная. И у нас был разговор, что надо помочь ей — без разницы в выполнении какой задачи, будь это выход по окончании сезона в премьер-лигу или неожиданное возвращение в элиту. В принципе, я хорошо знаю и «Аланию», и специфику работы с этой командой, и все ее мытарства в последние годы, и игроков, и руководителей как клуба, так и республики, потому что часто бывал во Владикавказе в качестве гостя. Сейчас в «Алании» близкие мне люди: Александр Стельмах и Владимир Газзаев, которого помню еще ребенком. В свое время играл вместе с Александром Яновским. Так что нельзя сказать, что, приняв предложение, бросался в неизведанное: решение было взвешенным. Кстати, пользуясь случаем, хочу поблагодарить и президента клуба «Динамо» (Киев) Игоря Суркиса и Валерия Георгиевича за то, что дали мне возможность вновь начать самостоятельно тренировать. Остается только работать.

    — В «Алании» недавних времен существенной проблемой была дисциплина, вы же являетесь тренером, для которого она едва ли не на первом месте.
    — Да, это так. В этом мы с Валерием Георгиевичем очень схожи. Но его точку зрения и сын разделяет. Когда Владимир Валерьевич начинал работать с командой самостоятельно, отцовские рекомендации ему были даны (улыбается). Поэтому, в принципе, то, что было заложено в «Алании» на первом сборе в Железноводске, меня порадовало. В том числе и дисциплина. Прибавлять было нечего — к тому моменту, когда я появился, все было сказано и, что немаловажно, услышано: команда знала правила поведения и на поле, и в быту.

    — Свежий взгляд нового человека. Что вам бросилось в глаза в первую очередь?
    — Может быть это и странно, но ничего не бросилось. Ни сверхъестественного ничего не заметил, ни обыденные вещи не задели. Разве что явно было, что команда после предыдущего сезона претерпела большие изменения — некоторые игроки нашли другие клубы, кто-то закончил карьеру. У нас сейчас большая группа перспективной молодежи, что для Осетии, богатой на футбольные таланты, совсем не удивительно, но... Понимал с самого начала: для того чтобы играть успешно в первой лиге, требовалось лишь небольшое пополнение. Но для элиты необходимо очень серьезно усиливаться, потому что ни один молодой футболист не может расти и прибавлять семимильными шагами среди своих сверстников. Для этого нужны наглядные примеры. Молодому, даже если он суперталантлив, всегда легче раскрываться, когда плечо ему готовы подставить десять опытных коллег, нежели когда полкоманды нуждается в таком же дружеском плече. У меня сейчас в распоряжении масса юных игроков, которым надо давать шанс, но опытных футболистов, почувствовавших на себе порох премьер-лиги, — недобор. Поэтому для нас и было так важно вовремя начать селекционную кампанию. Увы, не получилось этого сделать из-за всем известных событий. Сейчас очень мало времени осталось. Что делать? Будем стараться доукомплектоваться в короткий срок так, чтобы не было обидно за первый круг.

    — Вы ведь все это время были вынуждены заниматься эдакой «виртуальной селекцией», то есть искать варианты усиления команды под два возможных варианта. Прикидывать, разговаривать с возможными кандидатами без какого-либо шанса подписать контракты до тех пор, пока не определен статус клуба. Что-то и не припомню, у кого из ваших коллег была еще подобная тупиковая ситуация.
    — Я тоже не припомню, чтобы у кого-то подобное случалось. Я бы вообще убрал всякие определения к процессу и назвал бы происходившее достаточно просто — селекции не было никакой по причине невозможности ее проведения. Разговаривать о трансферах и каких-то условиях было нереально, потому что каждый диалог в таких вопросах должен быть предметным. А когда ты даже не знаешь, как ответить на вопрос, в какой лиге все-таки будет команда... в общем, сами понимаете. Весь наш прошедший этап можно охарактеризовать одним словом — ожидание. Кстати, почувствовал в полной мере сейчас, что именно оно и является самой несправедливой формой несвободы, какую только можно придумать.

    — Сумасшедшее нервное напряжение, наверняка, присутствовало в команде. Где слова для ребят находили?
    — Действительно, было непросто каждый день видеть, как они мчатся в комнаты к ноутбукам, чтобы получить хоть какую-то крупицу информации в новостях. У нас не так много опытных игроков, способных не показывать переживания и эмоции (хотя и у них сдавали нервы), а что уж говорить о молодежи. Конечно, в премьер-лигу хотели все, и тут нет смысла притворяться и искать какие-то обтекаемые слова — каждый футболист или имеющий отношение к футболу человек поймет чувства ребят. Но к этому нервному напряжению внутри коллектива я старался отнестись философски и повторял, что наше дело — просто готовиться к сезону, вне зависимости от того, в какой лиге нам его придется начать. А там — как будет, так и будет, на все божья воля.

    — Вы даете игрокам приличные нагрузки, но, несмотря на это, они вам симпатизируют, хотя не раз наблюдала, как после двухразовых интенсивных занятий без выходных футболисты принимали позицию отторжения нового тренера как чужеродного тела.
    — Это не какие-то сверхнагрузки, хотя восприятие тут, конечно, сугубо индивидуальное: к примеру, таким игрокам как братья Базаевы, Чочиев или Оганян, все дается полегче — они похожие сборы проходили. А для молодежи — в новинку, поэтому им и тяжело настолько. Из-за этого дисбаланса мы, если честно, даже скорректировали план занятий в сторону упрощения — изначально нагрузки у нас должны были быть гораздо выше, но в итоге пришли к такому, мягкому варианту. Уже первые контрольные матчи показали, что пошли по правильному пути: излишней утомленности у футболистов не было, а общее состояние стало намного лучше.

    — У вас на 99 процентов совпадают тренерские взгляды с Валерием Газзаевым. А его команды всегда с нетерпением ждут начала сезона: футболисты говорят, что предсезонка настолько трудна, что эмоций от игр ждешь как воздуха.
    — Игрокам, работающим с Валерием Георгиевичем, проще желать эмоций, потому что у них они только одного толка — победные. Когда ты ждешь начала сезона для того чтобы выиграть чемпионат, Кубок или успешно сыграть в евротурнирах, — тут все понятно, и никаких проблем нет. У нас на данный момент несколько иная ситуация: мне просто некого пока подводить к подобным переживаниям, потому что как таковой состав у нас только набирается. Ситуация похожа на ту, какая была у Газзаева, когда он впервые принимал «Аланию»: тогда у него ушло два года на то, чтобы создать боеспособную команду. Коллектив, который готовится в одном составе к чемпионату — это один подход; коллектив, который создается по крупицам во время сбора — совсем другой. Во втором случае тренеру на порядок сложнее, потому что разница между игроками, которые тренировались у тебя и теми, кто приехал, — есть и будет всегда. В сторону плюса или минуса неважно: люди тренируются по-разному, и надо смотреть и узнавать, в каком состоянии игрок прибыл к тебе, как он занимался до сего момента, какие этапы прошел, по какой системе. Масса важных нюансов. Поэтому и сложно. Но раз уж так случилось, то надо просто больше работать, чтобы выйти из этой ситуации с честью. Для меня очень важно, чтобы «Алания» подошла к началу чемпионата хорошо функционально подготовленной.

    — Знаете, что игроки отмечают, когда рассказывают о вас? Что вы говорите умные вещи простым языком и не нагружаете их терминами. Желание «объяснить просто» — вынужденная мера или стиль работы?
    — Я знаю, что некоторые коллеги употребляют терминологию настолько часто и не к месту, что футболисты иногда перестают их понимать. Но тут уж как говорится «каждый тренер чокнут по-своему». И не только нашего цеха это, кстати, касается. Я, вот, сталкивался с врачами, которые ко мне приходили и начинали разговаривать на латыни. «Повреждение задней поверхности бедра» в этом случае облекалось в какой-то длиннющий древний термин. А зачем? Чтобы просто показать, что ты язык учил? В футболе тоже все достаточно просто: есть какая-то терминология, от которой ты никуда не денешься, ее надо употреблять в речи, но перегружать общение не имеет смысла. Задача тренера в разговоре с игроком — сделать так, чтобы он понял, чего от него ждут, а не блеснуть знаниями, чтобы подчеркнуть собственное превосходство. Вообще, все это желание поиграть терминологией, наверное, уходит корнями в зарубежные источники. У нас ведь сейчас мода появилась не совсем мне понятная — подчеркнуть при случае или без, что следишь за работой Моуринью, Анчелотти и так далее. Лично для меня ориентиром всегда была наша тренерская школа: мне посчастливилось работать с Газзаевым, я внимательно слежу за работой Семина и Бердыева, мне интересно было, как строит процесс Гаджиев. Смотрите, как проводит теорию Газзаев: все до такой степени понятно и интересно, что даже нам, тренерам, хотелось выйти и играть. Это все примеры, которые перед глазами, и у этих людей молодежи и надо учиться. Взгляды в сторону «Челси» и «Интера», бесспорно хороши, но они все же — взгляды в заоблачную даль. Коллеги прекрасно понимают, о чем я сейчас говорю.

    — Накануне этого сезона практически все команды столько времени уделяют такому компоненту как физические кондиции, что создается иногда впечатление: готовятся не к «кто кого переиграет», а к «кто кого перебегает». В «Алании» тренер по физподготовке тоже может стать одним из самых важных лиц?
    — Это тенденция, она явно видна, и я лично в ней ничего плохого не вижу. Другое дело, что являюсь сторонником того, чтобы тренер по физподготовке не воспринимался и не чувствовал себя как эдакое «государство в государстве»: весь процесс должен идти по плану, сверстанному главным тренером, ведь в итоге, если команда не играет, снимают не «физика», а главного. Совершенно не исключаю, что через год-два в штабе «Алании» появится специалист по физподготовке. Другое дело, что понимаю — это должен быть профессионал высокого уровня (очень уж важен доверенный ему сектор), а потому торопиться с выбором и искать такого спеца на скорую руку нельзя.

    — Многие говорят, что тренеру «Алании» можно будет позавидовать по части того, каков потенциал у футбола Осетии…
    — Да, это так, и я прекрасно понимаю, что попал в «футбольный Клондайк». Здесь всегда были самыми популярными два направления в спорте — футбол и борьба, и результаты этой всенародной любви вы можете увидеть на полях российской премьер-лиги: осетин сейчас, наверное, в разы больше, чем представителей любой другой малой нации. Болельщики требуют вернуть многих обратно, в Осетию. Но как вернешь Дзагоева или Гатагова, которые твердые игроки основы в топ-клубах? С другими нашими ребятами, которые кто в «Рубине», кто в «Амкаре» — да всех команд не перечислишь — тоже все не просто: мало кто из тренеров готов спокойно отдать хорошего качественного молодого и перспективного футболиста, и это понятно. Конечно, ни один из моих коллег не отказался бы от того фееричного коллектива, который может получиться, если собрать всех ведущих игроков-осетин премьер-лиги и первого дивизиона воедино. Там бы даже на полтора состава суперкоманды хватило. Но, увы, это невозможно. Те ребята, которые у нас сейчас на сборах, безусловно, талантливы и у некоторых из них большое будущее, но с ними надо скрупулезно и много работать. В этом случае мы получим еще приличное число звезд, уверен. Вместе с нами на сборах дубль, будем смотреть всех. При всех задачах, которые перед нами в цейтноте стоят, я не забываю ни на секунду, что команда «Алания» достигала больших результатов тогда, когда в ней была большая группа местных футболистов. Можно сказать, что это своеобразный вектор развития на будущее. Но пока, надо быть все-таки реалистами, мы должны подготовить молодежь. Чтобы не навредить ни себе, ни ребятам. В премьер-лиге планируем остаться надолго, и, думаю, через определенное время наша ставка на местных игроков оправдает себя сполна. У каждой команды есть свои этапы развития, и «Алания» не исключение. Был большой победный отрезок в ее жизни, были спады и катаклизмы. То, что мы проходим сейчас, я хочу назвать новым этапом в жизни «Алании». В этом процессе планирую опираться на местные кадры. Резюмируя, если приезжий будет играть вровень с доморощенным футболистом, предпочтение всегда отдам местному воспитаннику.

    — В Осетии всегда была одна большая мечта: чтобы главный тренер большой команды был не просто замкнут в ее рамках, а стал еще и самым большим человеком в футболе. Курировал школы и секции, консультировал детских тренеров, внимательно следил за тем, как идут дела у любительских команд и у «Автодора», выступающего во втором дивизионе. В общем, такой «большой папа» для всех.
    — Конечно, это правильно. В свое время такой деятельностью занимался Валерий Георгиевич с тогдашним руководством клуба и своим тренерским штабом. Естественно, разобравшись немного с нашим цейтнотом, будем этим заниматься и мы. Я скажу так: в перспективе идеальным для нас было бы положение, если бы все футбольные события в республике проходили с нашим участием. Сейчас много слышно: такая-то команда забрала из владикавказской школы трех игроков, такой-то интернат — четырех. Приоритет в решении этих вопросов должен быть за нами. Вот этого будем добиваться, и такую систему будем выстраивать. Она уже необходима.

    Не нужно ни с чем смешивать футбол

    — Владимир Михайлович, нынешняя армейская молодежь вспоминает о вас с необыкновенной теплотой. Алан Дзагоев каждый раз подчеркивает, что вы ему очень помогли состояться. Жора Щенников говорит, что обязан вам тем, что вообще не закончил карьеру в раннем возрасте. Это истории, которые остались за кулисами журналистского внимания?
    — Ну не знаю, что тут кулисы, а что сцена... Как ни крути, а каждому футболисту, наверное, должно в жизни просто повезти, без удачи и фарта ничего не бывает. В ситуации, в которой оказался тогда Жора, как раз это и произошло. В то время, по пожеланию Валерия Георгиевича и Евгения Ленноровича, я стал работать с дублем, параллельно оставаясь тренером основной команды. Идея заключалась в том, чтобы привести резерв и основу к работе по единому плану: это необходимо было, для того чтобы игрок, которого перевели из дубля в главную команду, уже был знаком и с интенсивностью занятий, и с упражнениями, и с тактическими требованиями. Сразу столкнулся с одной проблемой: большая группа молодых футболистов покинула клуб, уйдя в аренду, а потому у нас возникли проблемы в обороне. Поинтересовался, кто есть в школе. Мне ответили: «Есть неплохой мальчик, но он перенес менингит, у него проблемы со здоровьем». Не знаю, почему, но решил все-таки проконсультироваться с врачами и взял Жору на сборы, после чего сразу стало ясно, что угадал — футболист он очень перспективный и талантливый, да и парень дисциплинированный и по человеческим качествам прекрасный. Что же касается Алана Дзагоева, то по нему все было еще проще. Его привезли осенью вместе с Рыжовым, и уже тогда все мы поняли, что перед нами мальчишка, который заиграет на высоком уровне. В дубле у меня он тренировался мало, по способностям был выше всех на голову. Его почти сразу привлекли к тренировкам с основным составом. Так и было некоторое время: занимался с основной командой, а играл за дубль. Валерий Георгиевич его «выдержал» идеально: это вообще качество тренера высокого уровня — прочувствовать тот момент, когда молодой футболист готов выйти и сыграть, как надо. Вот если бы я, тренер, который работал с Аланом в дубле, принимал решение, то я бы поставил его в основу уже в первой игре. И, наверное, ошибся бы. Момент его дебюта был выбран, конечно, гениально — с одной стороны, соперник «Химки», при всем моем уважении к этой команде, для первого матча неплохой, с другой — сам Алан уже рвался в бой настолько, что вряд ли смотрел на какой-то уровень. У Дзагоева и Щенникова судьба, конечно, немного разная, но в чем-то они и похожи. Оба парня просто без памяти любят футбол, оба прекрасно впитывают указания тренера и стараются их выполнять. В общем, ни у Валерия Газзаева, ни у меня не было ни доли удивления, когда ребята один за другим завоевали титул лучших новичков чемпионата.

    — А в чем был секрет вашей плодотворной и почти без промахов в селекции работы в ЦСКА?
    — В первую очередь, в полнейшем взаимопонимании. Не скрою, когда мы только начинали работать вместе, у меня возникали некоторые опасения: все-таки множество примеров в жизни, когда люди, дружившие на протяжении десятка лет, расходились как в море корабли, как только начинали совместно общее дело. К счастью, наш случай из других. Валерий Георгиевич — человек очень требовательный, и бывало всякое — доставалось и мне и другим. Но всегда было понимание того, что это естественная реакция, когда что-то не так в секторе работы, за который поручено отвечать тебе персонально. В селекции... Я просматривал кассеты, смотрел игроков, делал по ним определенные выводы, которыми делился. Но последнее слово всегда было за главным тренером. Вообще, у нас многие, на мой взгляд, не достигают успеха в подборе игроков потому, что изначально подходят ко всему с завышенными требованиями: вот, смотрит кассету тренер российской премьер-лиги, ему нужен нападающий или правый полузащитник, и подыскивает себе такого игрока, который был бы похож на Месси. Если правый защитник, то пусть на Майкона или Дани Алвеса. Но они одни такие! Двойников нет, и не надо стремиться к тому, чтобы найти несуществующее. Мы в своей работе исходили совершенно из других критериев. Георгич определял, какой-то набор качеств, необходимых для нашего потенциального новичка, и мы искали игрока, который бы в той или иной степени ими обладал, чтобы мы могли их в нем развить, дабы нивелировать отсутствие других определенных качеств. Именно так, путем развития, мы и получили в итоге Вагнера, Жо, Красича, Жиркова. Сейчас та же ситуация повторилась и в Киеве, где у нас сразу ряд футболистов заиграл в сборной практически с чистого листа. Понятно, что разглядеть и точно рассчитать таким образом футболиста, очень сложно. Но это благодарный труд. Сказок не бывает. Было бы легко, если бы все у нас складывалось как в футбольном анекдоте, когда одному селекционеру в России поставили простую и ясную задачу: «Подбери нам хорошего нападающего», и в итоге он принес список: «Анри, Ибрагимович, Роналду и так далее».

    — Кстати, пользуясь случаем, спрошу: в чем, на ваш взгляд, причина того, что не ахти все сложилось у Жо? Он в «Галатасарае» сейчас играет дебютные матчи не очень успешно, выходит на замену, и того фееричного футбола, который демонстрировал в ЦСКА, уже не показывает…
    — Я, конечно, слежу за тем, что с ним происходит — все-таки парень провел у нас блестящий сезон. А то, что случилось позже... Сначала «Манчестер Сити», потом «Эвертон», сейчас вот «Галатасарай»... Такая география может говорить о том, что, уйдя от нас, он немного «потерялся». Может быть, снизились в какой-то момент к нему требования, может, не был найден общий язык. Бразильцы — они ведь, как говорят, очень хрупкий товар. С ними надо уметь разговаривать и общаться, знать тонкости психологии. С Жо в ЦСКА никаких проблем не возникало, а вот уехав туда, где каждый игрок предоставлен самому себе, где с тобой никто особо ничего обсуждать не будет и по-отечески тебе помогать не станет, он столкнулся с проблемами внутреннего толка. Уверен, к примеру, что подобной судьбы избежит Юра Жирков — он обязательно заиграет в «Челси», у него характер и закалка такие, что он своего добьется. Ну, и та группа армейских игроков, которая уже готова выступать в ведущих европейских клубах, — Красич, Дзагоев, Акинфеев — тоже не из липкого теста. Возможно, Жо немного поторопился.

    — В середине прошлого сезона, когда шли разговоры о приходе вашего тренерского штаба в «Локомотив», многие выражали сомнение в успешности этого проекта, ссылаясь на то, что слишком уже много стразов сейчас в головах у игроков этой команды. На что, помнится, один мой знакомый комментатор сказал: «На то, чтобы выбивать стразы, у Газзаева есть в арсенале Шевчук». Вам часто приходилось «вправлять мозги» футболистам?
    — (Смеется). Погорячился ваш знакомый. Я человек современный, понимаю, что футболисты у нас всегда в авангарде молодежи, а потому к стразам отношусь спокойно. Ну а если серьезно, то предметом внимания для тренеров должно быть одно — как игрок относится к своему делу, дисциплина трудовая и игровая. У нас никогда не было такого, чтобы футболист ее демонстративно не соблюдал, поэтому «стразы из голов выколачивать» ни разу не доводилось. Вообще мне по роду работы всегда больше приходилось общаться с футболистами, поэтому взаимопонимания в этих вопросах достигал. Второй тренер — это ведь как буфер между главным и командой, доносить идеи до каждого игрока всегда было моей задачей. Конечно, случались варианты, когда приходилось разговаривать с кем-то тет-а-тет, объяснять, что какие-то поступки не красят, но до экстрима никогда не доходило. Мне нравится общаться с ребятами и не только на футбольные темы. Тренер в немалой степени — педагог. Иногда футболисту надо просто прийти поговорить, душу излить. Не исключено, что ты не можешь помочь ему в решении проблем (бывают такие семейные вопросы — когда что-то не так во взаимоотношениях с родителями и так далее), но от того, что он на эту тему с кем-то пообщался, ему уже легче. В «Алании», между прочим, со всеми ребятами пообщался, с кем-то больше, с кем-то меньше. Знаете, футбол футболом, но немаловажно, чтобы у тебя в команде люди были хорошие. Любая команда, в которой нехватает ярких исполнителей, должна выигрывать за счет другого — за счет сплоченности, хороших отношений внутри, сумасшедшей отдачи на поле. Поэтому в каждом игроке здесь мне интересен в первую очередь человек. Тем более что это кавказская команда, осетинская, с очень требовательными болельщиками, которые боготворят футболиста, поддерживают бурей искренних эмоций, но стоит ему оступиться и повести себя в какой-то ситуации не так, как от него ждут, и та же буря, но уже негатива, обрушится на него незамедлительно. Я хочу подобрать таких ребят, которые будут не просто играть — умирать за «Аланию». Другого подхода болельщики не поймут, они не из тех, кто простит равнодушие. В общем, постараемся сделать так, чтобы за нас играли хорошие люди и хорошие футболисты одновременно. В короткий временной период это сделать сложно, но надо сделать.

    — 13 марта — как Рубикон?
    — Да, в том смысле, что мне бы очень хотелось, чтобы в этот день болельщики пришли на стадион и почувствовали радость не только от возвращения команды в премьер-лигу, но в первую очередь от ее игры. Если по-другому — значит, мы работали зря.

    — В последнее время настоящая истерия в интернете — в чемпионате сразу четыре кавказские команды...
    — Извините, перебью вас, все это просто чушь, а не истерия. Ну, четыре. Какие проблемы? Я в свое время заканчивал карьеру в Грузии, играл три с половиной года в Мегрелии, и до сих пор у меня теплые отношения с тамошними игроками и людьми, мы созваниваемся и встречаемся. Не нужно футбол никогда ни с чем смешивать. Это такая игра, которая все выравнивает и в политическом, и в национальном плане, и незачем в ее контексте все эти бредовые идеи двигать. На Кавказе пусть будет хоть двадцать команд и клубов, в Сибири хоть пятьдесят, в Москве — хоть сотня. Лишь бы играли нормально и не дышали на ладан. С самых давних времен, когда начиналась любая игра, объявлялось перемирие. Футбол только мир может принести, а те, кто пытается сейчас своими недалекими высказываниями внимание в сторону географии и политики увести, — просто сами люди недалекие. Для нормальных людей этот вопрос вообще не актуален.

    — За время перипетий с ФК «Москва» слово «Алания» так или иначе всплывало в репортажах и материалах, все более в черном цвете. Обвиняли ваш клуб во всем, вплоть до заговора с «Норильским Никелем».
    — Хотите узнать, приятно ли мне было это читать? Конечно, очень неприятно. Несмотря на то, что я здесь недавно, — это моя команда и мои футболисты. Я понимаю раздражение болельщиков Осетии, когда в материалах их команда выставлялась в неприглядном свете, и тут же говорилось «жаль терять клуб с такой непростой историей, как «Москва». Владикавказцам есть с чем сравнивать: «Алании» девяносто стукнет в следующем году, она и чемпионат выигрывала и в Лиге чемпионов играла, и в Кубке УЕФА. С ней приключалось не так давно такое, что многим и в страшном сне не снилось, но за нее никто особо не вступался. Я знаком с высказываниями о «неспортивном выходе», но ведь по итогам прошлого года команда заняла в первом дивизионе третье место, а не двадцать пятое! А будь это «Шинник» или «Урал», разговоры были бы такими же? Все это необоснованная и нелогичная болтовня. Мне как тренеру, как человеку, очень жаль «Москву». Но при чем тут «Алания», простите? Завтра, если снимутся, не дай бог, «Крылья Советов», тоже «Алания» будет виновата? Или «Волга»? Я понимаю прекрасно, что вся эта песня «про вину» была затеяна человеком, к которому относился с большим уважением и с которым прекрасно знаком по работе в «Сатурне». Но при всем моем положительном отношении к опытному менеджеру Игорю Дмитриеву, в этой ситуации должен сказать, что законы этики были им совершенно попраны.

    — Кстати, о «Сатурне». Следите за своей бывшей командой?
    — За всеми своими бывшими командами слежу. Жалко, что нет уже саратовского «Сокола». В «Химках» проработал долго, за ними следил с болью. ЦСКА в начале прошлого сезона не радовал. С этими командами у меня много в жизни связано, они — ее часть. Как же за них не переживать?

    Пельмени, первый пас и Иерусалим

    — У вас веселая компания получается, когда собираетесь все вместе — Газзаев, Латыш, вы, Семин. О чем чаще всего вспоминаете?
    — О тех временах, когда мы сами играли. Все шутки и подколы, конечно, корнями оттуда. Газзаев в молодости, несмотря на то, что был прекрасным игроком, был невероятно жадным на поле — он все время требовал, чтобы ему отдали мяч, но чтобы он сам его отдал... Я все время шучу, что Георгич первым голевым пасом отметился в 29 лет в финале Кубка Бородюку, и то только потому, что самому было очень неудобно ударить по воротам. Такой вот он был яркий индивидуалист и дриблер. Вполне возможно, кстати, что мой пример про пас — это факт (смеется).

    — Интересно, вы готовы к тому, что Владикавказ — это далеко не Киев и не Москва? Один тренер совсем недавно сказал: «Провинцией сыт по горло, рассматривать буду только столицу».
    — Выбрав свою профессию, надо быть готовым ко всему. Команд у нас в премьер-лиге немного, а вот тренеров — куда больше. Я к географии отношусь спокойно и считаю Владикавказ довольно комфортным, пусть и небольшим, городом. Сколько раз был, сколько всего видел, ничего жуть какого периферийного не разглядел. Нормальный российский город, хорошая база, прекрасный стадион, великолепные болельщики и понимающее руководство. И все хотят только одного — чтобы «Алания» вернулась на лидирующие позиции. Ну а что еще надо-то (улыбается)?

    — А болельщики, кстати, очень внимательные. Вот, готовятся к местному тесту. Если вы будете жить на базе — дескать, не к добру: не своим себя в Осетии чувствует.
    — Да вы что (смеется)? Хорошо, что подсказали, я обязательно это учту. Хотя и без того на базе жить не собирался.

    — А еще все тренеры, кто во Владикавказе работал, куда бы их потом ни занесло, пытаются найти точку, где можно заказать осетинские пироги.
    — Я очень часто приезжал в гости во Владикавказ и всегда возвращался домой как раз с пирогами. У меня в семье и жена, и дочь их очень любят. Правда, супруга их готовить не научилась, что, я думаю, неплохо. Как нормальную горилку могут сделать только украинцы, так и настоящие пироги приготовить способна только осетинка. Ел пироги и в ресторане, и в семьях. Но то, что готовит дома, допустим, супруга Валерия Георгиевича Белла или его мама — ни с одним рестораном, конечно, не сравнится. В общем, пироги должны готовиться в осетинском доме и осетинкой-хозяйкой, только тогда они настоящие. Точно так же, как настоящие пельмени — это те, которые готовит моя жена. Вкуснее я ничего не ел.

    — Самое любимое блюдо, выходит, пельмени?
    — Да. Хотя я бы тут разнес все в две отдельные группы. С одной стороны, возглавляют список они, а с другой — три ребра и три пирога трудно с чем-то сравнить.

    — Как семья, кстати, отнеслась к вашей добровольной «ссылке на Кавказ»?
    — Семья у меня футбольная. Но в этом случае вообще не было никаких вопросов: мы очень переплетены с Георгичем, у меня множество осетинских товарищей, я знаком с осетинской культурой и обычаями, у меня, наверное, уже близко к сотне полетов во Владикавказ, и в каждый визит обязательно иду с друзьями на «святой куст». В общем, это уже часть меня.

    — Знаю, вы очень трепетно к вопросам веры относитесь: последний сбор «Алании», который пройдет в израильской Кейсарии, — дань этим чувствам?
    — Здесь сошлись два фактора. Во-первых, в том отеле, куда мы заедем, великолепные условия для подготовки и прекрасное отношение к нашим командам. Спартанские номера, но для работы есть все. Во-вторых, мы, конечно, съездим в Иерусалим. Тут варианта другого нет — побывать в Израиле и не отправиться в Иерусалим, чтобы помолиться, — невозможно. Так что выиграем и с профессиональной точки зрения, и с моральной. А это для нас сейчас очень важно.

    Анталья

    |Дружба дружбой, а очки врозь

    Несмотря на теплые отношения, связывающие Владимира Шевчука, Валерия Газзаева и Юрия Семина, на футбольном поле их битвы всегда отличались неуступчивостью и бескомпромиссностью. Так, например, в ноябре 2000-го возглавляемый Шевчуком «Сатурн» обыграл в Раменском московское «Динамо». Бело-голубые тогда рвались к медалям, а тренировал их Газзаев.

    В 2002-м «инопланетяне» нанесли поражение «Локомотиву» Юрия Семина, притормозив поступательное движение железнодорожников к первому в своей истории чемпионству. Впрочем, и главным преследователям армейцам досталось от «Сатурна» — наверное, чтобы никому не было обидно, Шевчук отобрал очки и у Валерия Георгиевича. Таким образом, он самым прямым образом поспособствовал тому, что Газзаеву с Семиным пришлось выяснять отношения в «золотом матче». «Сатурн», кстати, тогда далеко не напоминал мальчика для битья — в итоговой табели о рангах занял шестое место.

    Владимир Михайлович, впрочем, вернул должок Газзаеву. В 2005-м, отпраздновав с армейцами победу в Кубке УЕФА, он в который уже раз вернулся в подмосковную команду и поставил подножку «Локомотиву», с которым «газзаевский» ЦСКА снова вел напряженную борьбу за титул. Правда, руководил тогда железнодорожниками не Семин, а Владимир Эштреков.

    |Не хлебом единым

    Шевчук никогда не ставил во главу угла материальные блага и финансовый аспект контракта. В 2005-м, например, Владимир Михайлович согласился вернуться в «Сатурн» вовсе не из-за того, что в Подмосковье ему предложили лучшие условия, чем он имел в ЦСКА. Судьба раменской команды, в становлении которой он принимал самое непосредственное участие и которой руководил почти восемь лет, была ему не безразлична. Потому, наверное, и поехал к председателю наблюдательного совета «Сатурна» Валерию Аксакову по первому зову, буквально сразу после окончания тренировки с армейцами. Вопрос решили быстро — за три дня, но, по признанию тренера, то были самые трудные три дня в его жизни.

    — Решение далось мне непросто, — признался потом Шевчук. — По-человечески считал себя не вправе уходить из ЦСКА. Ведь я на тот момент мало что сделал для клуба. Гораздо больше клуб сделал для меня. Мы выиграли Кубок России и Кубок УЕФА, за что я был удостоен звания заслуженного тренера России, и тут… Если бы не критическая ситуация, сложившаяся в «Сатурне», наверняка остался бы и доработал до конца сезона.

    Сменив на посту главного тренера Александра Тарханова, Шевчук однако не сумел добиться кардинального улучшения турнирного положения. Принял команду, шедшую на 11 месте, и финишировали «инопланетяне» одиннадцатыми.

    Опубликовано в еженедельнике «Спорт день за днем» №7 (24 февраля — 2 марта 2010 года).

    Использование материалов еженедельника без разрешения редакции запрещено.

  • Капитан «Алании» Георгий Габулов: «Первой футболкой была аяксовская»

    Капитан «Алании» — воплощенное спокойствие. Мы сидим на террасе отеля в деревеньке Бад-Татцманнсдорф под легким, но холодным австрийским дождем, а он его словно не чувствует, увлеченно рассказывает о футболе: в своем детстве, в своей юности, сейчас… Спустя полчаса нетрудно прийти к выводу: в его жизни просто не было отрезка, который не был бы связанс любимым делом.

     

    Болеть за Уругвай

    —  Жора, а по чему спустя почти месяц после старта сборов больше всего скучается?

    — По стадиону, по официальным матчам. Ждем с нетерпением 9 июля, возобновления чемпионата. По друзьям? Конечно, тоже соскучились, по-другому и быть не может. Но к тому, что их подолгу не видишь, привыкаешь очень быстро. 

    — Вы здесь в деревеньке уже почти две недели, а в полутора часах езды город-музей и город-мечта Вена. Ни разу не возникало желания сорваться с кампуса и погулять?

    — Признаюсь честно, Вену я ни разу не видел, но наслышан о ней. Думаю, рано или поздно стоит ее посетить. Но на это есть отпуск. На сборах меня как-то не тянет в «самоволки». Мы приезжаем сюда, чтобы сконцентрироваться на работе, ни о каком отдыхе и речи быть не может. Да и сил на прогулки не то чтобы много: после тренировок настолько устаем, что хватает только, чтобы дойти до столовой, а потом доползти до кровати (смеется).

    — А потом до коридора, чтобы сделать ставку в вашем общекомандном тотализаторе на чемпионат мира. Кстати, что неожиданного для тебя произошло в ЮАР?

    — Уругвай в полуфинале. Можно это списывать и на фарт, но удачу каждая команда должна заслужить.

    — Лично мое участие в ставках имело историю «Кот-д’Ивуар — Англия — Бразилия», а теперь…

    — …а теперь и желания нет ни на кого ставить? Знакомо (смеется). Я изначально хотел, чтобы в финале была Аргентина, но, увы, они проиграли немцам, причем так разгромно, что можно назвать этот счет провальным. Что остается делать? Буду симпатизировать Уругваю.

    — У тебя ведь «на компасе» еще один турнир, который в эти дни проходит, — Кубок Яшина. Следишь за выступлениями брата на нем?

    — Конечно. Сегодня не знал, в котором часу они играли, позвонил после тренировки маме, а она меня обрадовала. Вовино «Динамо» выиграло у Киева — 2:0.

    — Как тебе со стороны новая звездная ориентированность столичного «Динамо»? Ведь бело-голубые эту стадию уже проходили в свой «португальский период».

    — Из по-настоящему звездных игроков пока приобретены только Воронин и Кураньи. Думаю, никому в «Динамо», памятуя старые португальские грабли, не придет в голову приобретать диаспору немецких игроков. Селекционная политика — это всегда определение позиций руководства клуба: кто-то хочет добиться чемпионства за счет звезд, кто-то — достичь всего «на своих».

    Ну а честно говоря, вот что такое звезда? Как лично я понимаю, это тот футболист, который достаточно долго и стабильно играет на очень высоком уровне в топ-чемпионате.

    — Как, кстати, ты относишься к своей соб­ственной популярности?

    — А я ее проявлений еще и не замечал. В моем случае очень просто не обращать на нее внимания, потому что ее пока «ого-го какой» нет.

     

    Дед Мороз подарил нам бутсы

    — Есть у тебя внутренние барьеры амбиций? Иными словами, существуют футболисты, которые уже в юном возрасте повторяют себе: «Ну я ж не Месси, чтобы это исполнить». И посему никогда в будущем никем похожим на Месси и не станут…

    — Ты имеешь в виду, знаю ли я о том, что невозможное возможно? Как в рекламе? Кому, как не мне, это лучше знать, если перед глазами всегда был пример старшего брата. Володя всего добивался своим трудом, проходил через сумасшедшие преграды, через травмы. Я знаю, что буду идти таким же путем и достигать всего через постоянную работу. Ее футбольный бог никогда не оставляет незамеченной и всегда вознаграждает.

    — А были в жизни моменты, когда казалось, что все-таки это божество к тебе равнодушно, и хотелось завязать с футболом раз и навсегда?

    — Конечно, и такое случалось. После травмы мне было очень тяжело найти команду, никто не брал. Внутри было опустошение, безверие, уже ничего не хотелось. Как в полной темноте: стоишь — и идти некуда… Выкарабкался из этого благодаря родителям и брату, которые в тяжелый момент не дали мне совершить глупость и повесить бутсы на гвоздь. А тут как раз и предложение из «Локомотива-2» поиграть во второй лиге подоспело. Целый год провел в этом турнире, старался наверстать все с двойным усердием. Было желание доказать в первую очередь самому себе, что через работу я могу не только вернуть то, что было, но и прогрессировать.

    — Первую свою футбольную форму помнишь?

    — Настоящую? Помню! Когда я был маленьким, отец купил нам с Вовой в Моздоке две майки взрослых размеров. Маме пришлось сильно поработать, чтобы ушить их. Моя была аяксовская, а Вовина — «Баварии», полосатая. Он ее, кстати, износил гораздо быстрее, а я в своей щеголял несколько лет.

    А первые бутсы нам принес Дед Мороз. То есть, конечно, понятно, кто их подложил на Новый год под елку, но тогда хотелось верить, что они волшебные. Моя сказочная обувь была точно такая же, как и Вовина, даже того же калибра, то есть на четыре размера больше, чем моя нога (смеется). Радости было — словами не передать. Мы буквально прыгали до потолка. Вова даже больше, чем я. Несмотря на то что он на пять лет старше, до этого момента у него тоже не было настоящих бутс.

    — Судя по рассказам, родители очень чутко относились к вашему увлечению футболом.

    — Да, они поддерживали нас во всем, а мы целыми днями пропадали на улице, гоняя мяч по всей округе. Отец в прошлом был футболистом и до сих пор — самый строгий мой судья, хоть для него, я знаю, огромная радость, что мы оба стали профессиональными игроками.

    — Точно самый строгий? Как правило, футболисты познают настоящую строгость в оценках, когда в футболе начинают разбираться их мамы.

    — (Смеется.) Нет, мама у нас всегда на защите. Папа жестко критикует, мамуля закрывает глаза на минусы и недочеты и всегда подбадривает: «Не переживай, все будет хорошо».

    — Самую жесткую критику после какого матча слышал?

    — В этом году не было еще. Может быть, потому, что у папы резко изменилось ко мне отношение: думаю, он и сам не без удивления обнаружил, что я из маленького мальчика превратился во взрослого футболиста. А вот когда я был малышом, конечно, требования к дисциплине и к самоотдаче по отношению к занятиям были почти всегда даже строже, чем у любого тренера.

    — О строгости тренерской. Помнишь наш с тобой и Тарасом Царикаевым разговор зимой в Турции, когда вы делились мнением, что уж очень требователен к вам обоим Владимир Шевчук? Можно сказать, что за прошедший отрезок вы прошли с Владимиром Михайловичем путь от прессинга до полного доверия?

    — Да и тогда, конечно, не было особого прессинга. Просто теперь мы поняли, что это его постоянное отношение — требование максимальной дисциплинированности и сконцентрированности на работе. Если честно, то сейчас, спустя время, лично я прекрасно осознаю: не будь он порой таким жест­ким, мы бы стартовали просто провально, ведь еще ни одна команда не оказывалась в таких, не побоюсь этого слова, дурацких условиях, когда за неделю до начала чемпионата определяют ее статус.

    — Помнишь первый матч сезона с «Сатурном»? Когда только приехавшего Зуэлу выпустили в стартовом составе и игроки, не зная толком, как его зовут, кричали ему то «Але», то «Оу», то «Хей»…

    — Да у нас много забавных эпизодов происходило из-за пополнения в онлайн-режиме. А Франсишку сам Владимир Михайлович поначалу называл не Зуэлой, а Зелау. Да и меня постоянно называл Володей на первых сборах. А многие... называют, если честно, и сейчас (улыбается).

     

    В школе любил черчение

    — Кем ты не стал из-за того, что стал футболистом?

    — Даже трудно сказать, потому что никогда ни о чем другом, кроме футбола, не думал. Иногда я и сам себе задаю вопрос, кем буду, когда все закончится.  Склоняюсь к тому, что, скорее всего, проектировщиком или чертежником. В школе мне очень нравились уроки черчения — линейки, транспортиры, специальная бумага… Да и сейчас, спустя годы, получилось так, что я начертил план дома, который мы построили в Моздоке. Отец его просто отнес на доработку.

    — А есть в вашем доме что-то особенное? В какой его части — душа?

    — Он весь душевный у нас. В любой его точке мне хорошо, спокойно.

    — Своим собственным семейным гнездом когда будешь обзаводиться? Девушек владикавказских этот вопрос очень волнует.

    — …в отличие от меня. Я пока об этом не задумывался. «Первым делом — самолеты». Всему свое время.

    — Делятся твои мечты на мечты-минимум и мечты-максимум?

    — Минимум — это не мечта, это желание. А мечта может быть только максимальной. Желаний масса, и первое, чего хочу, — выходить в каждом матче и побеждать. Терпеть не могу проигрывать! В смысле, я не крушу двери в раздевалке после поражения, ничего не ломаю… Просто обида бывает на себя, прокручиваю какие-то эпизоды в голове, ищу другие решения. Это не самоедство, а скорее работа над ошибками.

    — Каким будет Георгий Габулов — 2012, 2015, 2020…

    — …здоровым, здоровым, здоровым (смеется). И все так же выходящим на каждый матч с огромным желанием побеждать. 


    |Блиц


    — «Реал» или «Барселона»?

    — В детстве болел за Королевский клуб, но сейчас все-таки «Барса».

    — Бразилия или Германия?

    — Однозначно, Бразилия!

    — Тренер-демократ или тренер-диктатор?

    — А вариант промежуточный нельзя? Чтобы в тренировках поблажек не давал, но при этом в тяжелые моменты мог сказать правильное слово и поддержать?

    — Тренажерный зал или бассейн?

    — Тренажерный зал, а после него — в бассейн.

    — Рок или поп?

    — Позитивная музыка!

    — Дельфин или собака?

    — Дельфина я видел только издалека на море и по телевизору. Собака гораздо реальнее. И она друг человека.

     

    Интервью из еженедельника «Спорт день за днем» №26 (7-13 июля)

     

  • Нападающий ЦСКА Вагнер Лав: «Я счастливыи человек!»

    Лауреат опроса тренеров премьер-лиги долго отказывался от интервью. «Не хочется ничего говорить до окончания сезона», — оправдывался 24-летний бразилец. И все же звание лучшего игрока российского чемпионата обязывает.

    Включите в список Дзагоева!

    — Вы провели фантастический год. Можно ли сказать, что он был лучшим в вашей карьере?
    — Я и раньше неплохо играл, — смеется бразилец. — Просто не забивал столько голов. Но для меня футбол — это не только голы, но и передачи, и красивые комбинации, и проходы к воротам. Не всегда удается забивать самому: если партнер в хорошей позиции, стараюсь не жадничать и бываю искренне рад, если забить удается другому. Нужно играть на команду, потому что мы и выигрываем все вместе, и проигрываем все вместе.

    — Насколько важно для вас признание тренеров российской премьер-лиги?
    — Очень важно. Здорово, что получил такую оценку от специалистов, которую считаю наиболее объективной и профессиональной. Раз я сумел вызвать симпатии тренеров, значит, действительно сумел себя проявить.

    — Второе место в опросе досталось вашему партнеру Юрию Жиркову. Это показатель уровня ЦСКА?
    — Думаю, да. У нас сильная команда, сильный состав. Что касается Жиркова, то он выдающийся футболист, который играл на высочайшем уровне не только в ЦСКА, но и в сборной России на чемпионате Европы. Мое мнение таково, что Жирков был одним из лучших игроков на этом Евро.

    — Кого бы, будь ваша воля, добавили бы в список лучших?
    — Алана Дзагоева.

    — Поставили бы его на третье место?
    — Может, не на третье, а на пятое, например. Но только потому, что Алан провел неполный чемпионат. Парень суперталантлив, и все это видели. Уверен, ему дадут приз как главному открытию сезона.

    — Не так давно президент ЦСКА Евгений Гинер сказал, что если вам поступит предложение от мадридского «Реала» или «Манчестер Юнайтед», то он сам будет уговаривать вас перейти в один из этих клубов. А вообще нужно будет уговаривать?
    — ЦСКА тоже большой клуб, известный в Европе. У нас много достижений, достойных уважения. И все же, наверное, никого не обижу, если скажу, что «Реал» и «Манчестер» — команды первой величины. Любой игрок посчитает за честь получить возможность в них играть. Для моей карьеры такой переход стал бы шагом вперед. Президент клуба это понимает и чинить препятствий не собирается, я ему очень благодарен за это. Но пока никаких официальных предложений мне не поступало.

    Два сына хорошо, а три лучше

    — На вашем счету в этом году в общей сложности почти три десятка мячей. Какой из них запомнился больше всего?
    — Трудно сразу припомнить. Мне, действительно, иногда удавалось забивать красиво. Например, третий гол в ворота «Москвы» получился хорошим. Там я обыграл защитника и точно попал в дальний угол. «Фейеноорду» неплохой гол забил.

    — Голы наверняка посвящаете детям?
    — Да, своей семье.

    — 2008-й был объявлен в России Годом семьи. Какие приятные события произошли у Вагнеров?
    — О! Я проводил много времени с женой и детьми! Со мной были мои мама и сестра. Это все очень дорогие мне люди, которые поддерживали меня, когда случалось трудно, радовались моим успехам. Их теплота и доброта придают мне дополнительные силы. Когда я вижу, что у них все замечательно, я тоже чувствую себя замечательно. Наверное, поэтому летаю как на крыльях и почти всегда такой жизнерадостный и веселый, как сейчас.

    — Прекрасная семья, любимая работа — что еще нужно настоящему бразильскому мужчине для полного счастья?
    — А я уже счастлив! Благодарен Богу за то, что выполняю работу, которая приносит мне радость, за то, что вокруг родные мне люди.

    — Для нападающего дубль — хорошее достижение, но все же высшим пилотажем считается хет-трик…
    — На что вы намекаете?

    — На то, что два сына хорошо, а три лучше.
    — Двое детей — уже немало. Но у меня, правда, есть мечта взять еще одного ребенка на воспитание. Вырастить его, дать образование. Ведь это ужасно, когда дети растут без родителей. Останавливает меня только то, что по законам Бразилии, для того чтобы усыновить ребенка, нужно проводить в стране определенное количество времени. Но я знаю, что когда-нибудь сделаю это.

    Редакция «Спорта» благодарит пресс-службу ЦСКА и переводчика Максима Головлева за помощь в организации интервью.

    Мнения

    Гус Хиддинк,главный тренер сборной России:

    — В Россию должны приезжать иностранцы высочайшего уровня. В противном случае они занимают место доморощенных футболистов. Особо отмечу бразильского форварда Вагнера. Это один из немногих легионеров в российском футболе, который приносит ему пользу. Великолепный, блестящий игрок! Постоянно нагнетает опасность у чужих ворот, при этом не забывает играть на команду.

    Евгений Гинер, президент ЦСКА:

    — Вагнер всегда адски хорош! Но он играет не один, а вместе с партнерами. Очень важен симбиоз двух факторов — чтобы и человек играл на команду, и команда на него. Если Вагнера пригласит мадридский «Реал» или «Манчестер Юнайтед», то я сам его буду уговаривать принять это предложение.

    Александр Бородюк, тренер сборной России:

    — У Вагнера Лава выдающееся исполнительское мастерство. Это качество включает в себя многое. Например, технику владения мячом на скорости. Вагнер обладает ударами с обеих ног и хорошо играет головой, несмотря на маленький рост. Еще бразилец может похвастать умением великолепно выбрать позицию, открыться для острого паса, а также желанием работать на команду. Но следует отметить и хорошую коллективную игру его партнеров, отличное взаимопонимание армейцев на поле.

    Юрий Гаврилов, полузащитник «Спартака» и сборной СССР 1970–1980-х годов:

    — Бразильский форвард превосходит многих своих коллег в ряде компонентов, в первую очередь в голевом чутье. Как говорится, не он ищет мяч, а мяч находит его. Конечно, велика заслуга и его партнеров, но Вагнер лучше всех предвидит развитие атаки. Получив мяч, он из всех вариантов выбирает самый оптимальный. Благодаря великолепной технике и точности движений у него высокий процент реализации моментов. Другая сторона его мастерства — умение работать быстро, опережать защитников. Там, где его коллегам-форвардам требуется три-четыре касания, Вагнер обходится одним-двумя.

    Марко Топич, нападающий «Сатурна»:

    — Вагнер — лучший нападающий россий-ского чемпионата. Он великолепный игрок, к тому же за несколько сезонов прекрасно освоился в премьер-лиге. Плюс здорово проявил себя на европейской арене. И, безусловно, в его успехах чрезвычайно важна роль партнеров. ЦСКА — играющая команда, в ней бразилец чувствует себя в родной стихии.

    Мариуш Йоп, защитник ФК «Москва»:

    — Вагнер — единственный в своем роде форвард. Сейчас он лучший бомбардир чемпионата и игрок сборной Бразилии. Футболистов такого уровня не так-то и много в чемпионате России.

    Факты

    Вагнер Лав в сезоне-2008

    • Турнир: Чемпионат России. Матчи: 26. Голы: 20.
    • Турнир: Кубок России. Матчи:1. Голы: 1.
    • Турнир: Еврокубки. Матчи:5. Голы: 5.
    • Всего. Матчи:32. Голы: 26.
    Бразилец шесть раз открывал счет в матчах. Но чаще после его точных ударов на табло высвечивались 2:0 (в семи случаях). Четырежды Вагнер Лав выводил ЦСКА вперед (2:1) и столько же раз делал счет 3:0. Еще более крупным стало преимущество армейцев в игре с «горожанами» (4:0), а дважды гол Вагнера упрочил победу ЦСКА — 3:1. В гостевом матче Кубка УЕФА с хорватским «Славен Белупо» соотечественник Пеле сравнял счет, а в финале Кубка России с «Амкаром» отличился при счете — 0:2.

    Первые 15-минутки вторых таймов стали самыми результативными для бразильца в сезоне. Шесть раз он огорчал соперников именно в этот отрезок времени.
    • Минуты:1–15. Голы:2.
    • Минуты:16–30. Голы:4.
    • Минуты:31–45. Голы:4.
    • Минуты:46–60. Голы:6.
    • Минуты:61–75. Голы:5.
    • Минуты:75–90. Голы:5.
    Четырежды форвард ЦСКА сделал дубль, дважды — хет-трик, а «Москве» забил четыре мяча.

    Шесть мячей пропустили представители Хорватии: Стипе Плетикоса (трижды — «Спартак»), Сильвио Родич (дважды — «Славен Белупо»), Драган Стойкич («Луч-Энергия»).

    Армейский легионер распечатал ворота трех голкиперов сборной России. В его послужном списке голы Владимиру Габулову («Амкар») и Вячеславу Малафееву («Зенит»), трижды перед ним капитулировал Сергей Рыжиков (Рубин»).

    17 раз бразилец отличился в Москве (11 голов — в «Лужниках»), а четырежды за пределами России.

    В 15 играх подопечный Валерия Газзаева отметился в протоколе забитыми мячами, и только в одном из них ЦСКА не победил («Амкар» — ЦСКА — 3:3).

    Лучший бомбардир сезона 8 мячей забил в первую декаду месяца. Пять раз ему удалось распечатать ворота соперника в третьей, а ровно половина голов на счету нападающего во второй декаде.

    Дважды Вагнер Лав выигрывал дуэль у вратарей с 11-метровой отметки.

    Два вратаря по имени Сергей по три раза пострадали от ударов Вагнера (Нарубин и Рыжиков). Но лидерами в любопытной номинации стали Антон Амельченко и Антонин (чешский аналог имени Антон) Кински. Первому бразильский кудесник отгрузил в сетку ворот четыре мяча, а второму — три.
    Подготовил Валерий Ведерников

  • Полузащитник ФК «Металлург-Кузбасс» Кирилл Макаров: До Аршавина мне далеко

    Из Питера он уехал чуть больше года назад. Успел за это время поиграть во Владивостоке, подмосковных «Химках». Сегодня 20-летний атакующий полузащитник – лучший в составе сибиряков.

    Бесчастных за словом в карман не полезет

    – В большом футболе вы заявили о себе в «Зените-2» в сезоне-2005, но по его окончании вам пришлось улетать во Владивосток...
    – Возникла такая ситуация, что мне пришлось выбирать из нескольких клубов, и вариант с «Лучом» был самым для меня интересным. Поразмыслив немного, я принял приглашение Сергея Павлова. Тем более что перспективы открывались неплохие. Сергей Александрович доверяет молодым, да и из Питера ребят во Владике предостаточно. И Лобов, и Астафьев далеко не на последних ролях в «Луче».

    – Дебют в премьер-лиге помните?
    – Конечно. Первый и пока последниий матч сыграл против «Томи» в Томске. В первом тайме один из наших игроков получил травму. Павлов выпустил меня, и, хотя мы проиграли 1:2, особых претензий ко мне у него не было.

    – Но во Владивостоке вы надолго не задержались…
    – Да, в перерыве чемпионата в команду взяли много взрослых игроков, и мне сидеть в дубле не захотелось. В этой ситуации здорово сработали мои агенты, нашли вариант с «Химками», в которых я доигрывал прошлый сезон.

    – С подмосковным клубом вы вышли в премьер-лигу…
    – Да, двенадцать раз выходил на замену в матчах чемпионата, а в стартовом составе лишь один раз, когда мы играли на Кубок с «Ростовом». Владимир Казаченок подпускал меня к «основе», достаточно много доверял. В любом случае то время, что провел в его команде, потерянным не считаю.

    – С Андреем Тихоновым, Владимиром Бесчастных, главными авторитетами «Химок», общий язык нашли быстро?
    – Это Игроки с большой буквы. И авторитет у них соответствующий.

    – В 2002 году, играя за «Спартак», Бесчаст­ных приложил руку к воспитанию начинающего бомбардира Дмитрия Сычева…
    – Володя за словом в карман не полезет. Если что-то делаешь неправильно, он всегда поможет и подскажет, пусть даже и не всегда в цензурной форме.

    В Новокузнецке хорошее поле

    – Знаю, что с «Химками» вы тренировались всю «предсезонку», но сезон тем не менее начали в Новокузнецке у хорошо вам знакомого Вячеслава Мельникова…
    – Пробиться в «основу» «Химок» было невероятно сложно, и за несколько дней до начала сезона в премьер-лиге мне предложили на год съездить в клуб первого дивизиона. Новокузнецк проявил заинтересованность в моих услугах, тренера Вячеслава Михайловича Мельникова я знал еще по «Зениту-2», да и в «Металлурге-Кузбассе» сегодня играют несколько питерских воспитанников.

    – Пока ожидания оправдываются ­сполна?
    – Мне про Новокузнецк много рассказывал Роман Воробьев, вместе с которым были на сборах в «Химках» нынешней зимой. Он ведь в «Кузне» отыграл полсезона в 2005-м и был здесь одним из лучших. Новокузнецк, конечно же, не Питер, но неплохой город. Есть места, куда можно выбраться отдохнуть. И условия для работы хорошие. Поле – лучшее во всем первом дивизионе, так говорят все ребята, которые здесь играли. Остается только играть и забивать. Еще если бы Борис Алексеевич Стукалов (главный тренер молодежной сборной России. – «Спорт») обратил внимание на мою игру, было бы просто замечательно.

    – Свой первый мяч за «Металлург-Кузбасс» вы забили в ворота ивановского «Текстильщика». Причем забили головой, что, учитывая ваш рост 168 сантиметров, достаточно большая редкость…
    – Верите или нет, это вообще мой первый гол, забитый головой в официальных матчах. Будем надеяться, не последний. В следующем матче против «Алании» моментов голевых у меня было более чем предостаточно, но там уже я перемудрил. Надо было бить, а не обводить всех по второму разу. Победы нам сейчас очень нужны. Стартовали мы неважно и находимся в зоне вылета, а задача на сезон, которую нам озвучили, – 12-е место.

    Скучаю по Питеру

    – Вас многие сравнивают с Андреем Аршавиным. И по фигуре, и по манере игры вы на него похожи...
    – Ну до Аршавина мне еще очень далеко. Все-таки Андрей уже и капитаном в «Зените» был, и в национальной сборной на ведущих ролях. Но напишите, что мне есть куда расти и к чему стремиться. Аршавин служит для меня примером (улыбается).

    – Новокузнецк и Питер разделяют четыре тысячи километров. Домой выбраться по ходу сезона тяжеловато?
    – Да рейсами через Москву можно летать хоть каждый день. Было бы только время, а с этим большие напряги. Паузы между матчами небольшие, и нужно успевать восстанавливаться. Но по Питеру я, конечно же, скучаю. Друзья остались, родители. Я ведь в семье единственный ребенок. А у отца профессия такая, что он постоянно в отъезде, – он моряк. И маме частенько приходится оставаться одной. Для нее самый настоящий праздник наступает зимой, когда у меня заканчивается чемпионат да и отец возвращается из рейса.

    Новокузнецк

мамах алания в новостях

  • "Алания" и "Сатурн" разошлись миром

    1-й тур
    "Алания" – "Сатурн" – 1:1 (1:1, 0:0)
    Голы:     0:1 Ал. Иванов (10), 1:1 Кириллов (23).
    АЛАНИЯ: Хомич, Мамах, Зуэла, Иванов, Дакоста, Кайта, Кириллов, Д.Базаев (Маренич, 81), Г.Базаев (Чочиев, 68), Стоянов (Кузнецов, 46), Низамутдинов.
    САТУРН: Кински, Ангбва, Грачев, Халилович, Немов, Р. Воробьев, Евсеев, Ал. Иванов, Каряка (Ковель, 68), Сапета, Кириченко (Якубко, 77).
    Судья: Александр Гвардис.
    Предупреждения: Г.Базаев (39), Мамах (44), Немов (60), Ковель (82), Р. Воробьев (90), Сапета (90+1).
    Удаление: Немов (66).

  • Южный "Спартак" победил "Аланию"

    Чемпионат России

    2-й тур

    Спартак Нальчик – Алания – 2:1 (2:0, 0:1)

    Голы: 1:0 – Щаницин (23), 2:0 – Гогуа (45), 2:1 – Д.Базаев (67, пенальти).

    СПАРТАК НАЛЬЧИК: Фредриксон, Кисенков, Джудович, Амисулашвили, Филатов, Маляров (Леандро, 86), Гетериев, Щаницин, Гогуа, Дядюн (Русич, 79), Сирадзе.

    АЛАНИЯ: Хомич, Мамах, Зуэла, Иванов, Дакоста, Кайта, Кириллов, Д.Базаев (Маренич, 80), Г.Базаев (Чочиев, 55), Низамутдинов, Кузнецов (Стоянов, 49).

    Предупреждения: Низамутдинов (44), Кисенков (67), Мамах (88), Амисулашвили (90+1).

  • В равной игре "Амкара" и "Алании" победителей не оказалось

    Чемпионат России

    Премьер-лига

    3-й тур

    Алания – Амкар – 0:0 (0:0, 0:0)

    АЛАНИЯ: Хомич, Мамах, Зуэла, Гнану, Дакоста, Кайта, Д.Базаев, Кириллов, Стоянов (Габулов, 40), Чочиев (Г.Базаев, 68), Низамутдинов (Кузнецов, 71).

    АМКАР: Нарубин, Федорив, Попов, Белоруков, Гаал, Дедечко, Новакович, Пеев, Соколов, Кушев, Садиков.

    Предупреждения: Кайта (35), Садиков (36), Мамах (38), Гаал (45), Белоруков (53), Чочиев (54).

    Удаление: Кайта (43).

  • Чемпионат России. 4-й тур. Новичок "Алании" Флореску появился в стартовом составе в матче с "Анжи"

    В эти минуты на стадионе "Динамо" в Махачкале стартует матч 4-го тура премьер-лиги "Анжи" — "Алания". Стали известны составы команд. Отметим, что в составе "Алании" появился заявленный лишь вчера румынский полузащитник Джордже Флореску.

    Чемпионат России. Премьер-лига. 4-й тур

    "Анжи" — "Алания"

    • "Анжи": Абаев, Цораев, Пекович, Тагирбеков, Квирквелия, Иванов, Бакаев, Стрельцов, Агаларов, Ходжава, Голенда.

    • "Алания": Хомич, Мамах, Иванов, Гнану, Дакоста, Кириллов, Флореску, Д. Базаев, Стоянов, Чочиев, Низамутдинов.

    • Судья: Юрий Баскаков (Москва)

    Махачкала. Стадион "Динамо"

  • "Анжи" расправился с "Аланией"

    Чемпионат России

    4-й тур

    Анжи – Алания – 2:0 (1:0, 1:0)

    Голы: 1:0 – Стрельцов (25, пенальти), 2:0 – Голенда (53).

    АНЖИ: Абаев, Агаларов, Пекович, Тагирбеков, Квирквелия, Иванов, Бакаев (Арзиани, 63), Цораев (Магомедов, 81), Стрельцов, Ходжава (Тимонов, 46), Голенда.

    АЛАНИЯ: Хомич, Мамах, Гнану, Иванов, Дакоста, Кириллов (Габулов, 68), Флореску (Ротенберг, 84), Д.Базаев, Низамутдинов, Стоянов (Кузнецов, 46), Чочиев.

    Предупреждения: Стоянов (35), Голенда (40).


    Судья: Юрий Баскаков.

Rambler's Top100