YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram RSS Мобильная версия


Евгений Варламов: «В суде защищал бы Емелина»

Новобранец нижегородского «Торпедо» о разделении ролей, драке с Юдиным, страшном ударе Емелина, охоте и Старой Руссе.

Eсли бы в хоккее было понятие «защитник бойцового плана», Евгений Варламов однозначно входил бы в элиту этого амплуа. За годы своей карьеры он доказал, что умеет и создавать, и разрушать. Но, пожалуй, более всего уроженца Старой Руссы ценят за умение заводить партнеров, быть наставником для молодых, вести за собой, и, конечно же, за бойцовский характер.

Этим летом лидерами по расставаниям с игроками, долгие годы олицетворявшими свои команды, стали два клуба: СКА и «Магнитка». Питерцы отказались от Сушинского, Яшина, Гусева, Чаянека, уральцы – от Чистова, Платонова, Маленьких и двух экс-капитанов – Атюшова и Варламова. Оборонительное сочетание двух последних на протяжении многих сезонов напоминало болельщикам со стажем о классике советского хоккея – разрушителе и созидателе, которые, если того требует игровая ситуация, моментально готовы поменяться отведенными ролями.

Теперь Варламов – игрок «Торпедо», и именно ему новым тренером команды Кари Ялоненом доверена функция капитана. Атюшов же будет выступать за уфимский клуб. И восстановить некогда ведущую пару защитников по ходу этого сезона может лишь Зинэтула Билялетдинов.

С Евгением Варламовым мы встретились после товарищеского матча нижегородцев в Питере. Уже после первой порции вопросов, заданных 34-летнему ветерану, стало ясно: спрашивать о сроках завершения карьеры еще очень рано. Варламов, несмотря на свой опыт, не разучился удивляться, возмущаться, искренне переживать и стремиться к новым вершинам.

Сборная – это незабываемо

— За истекшие восемь лет вы стали настоящим символом «Магнитки»…
— У «Магнитки» было много символов.

— Вы один из них. И вдруг «Торпедо». Почему?
— В магнитогорский клуб пришли новые руководители, ответственные за результат. У них свое видение игры, и они решили, что будет лучше, если всех, на ком держалась последние годы команда, поменять. Они приняли такое решение, им же держать ответ. Мне оставалось только принять ситуацию такой, какая она есть. Повлиять ни на что я не мог. Могу лишь сказать, что за восемь лет отдал клубу все, что у меня было. Без остатка.

— «Магнитка» стала вторым топ-клубом в вашей карьере – до этого был «Ак Барс». Помните, как перебрались в Казань?
— Мне повезло провести в Татарстане пять сезонов и еще восемь – в «Магнитке». Сколько лет назад это было, а помню как сейчас. Я был еще совсем молоденьким мальчиком, играл за «Крылья». Команда не попадала в плей-офф, и генеральный менеджер «Ак Барса» Виктор Борисович Левицкий, который сейчас, кстати, работает в «Торпедо»: «Поедете к нам на кубковые матчи?» «С удовольствием», – согласились мы. Мы – это Леша Колкунов, Серега Зимаков, Саша Трофимов и я. С «барсами» прошли два раунда, в третьем оступились, но наша игра, видимо, устроила руководство клуба – всем были предложены двухлетние контракты. А я задержался на пять лет… Мог бы играть там и дольше: «Ак Барс» хотел продлить отношения, но тут на меня вышел Магнитогорск. Условия «Магнитки» были лучше.

— В паре с Атюшовым со времен «Крыльев» выходили?
— Нет. Я постарше Виталика, у меня был другой партнер. Потом он уехал в Пермь, я – в Казань, где мы в 2002 году встретились, но, опять-таки, выходили в разных сочетаниях. А позже оба оказались в Магнитогорске, где отыграли в дуэте пять или шесть сезонов.

— Обязанности четко разделяли?
— Виталий более атакующий игрок, без вопросов. Я в большей степени отвечал за тылы. Но были сезоны, если тренер позволял идти вперед, под 30 очков набирал. Потом на нас были возложены конкретные функции. Все-таки у Атюшова и катание получше. Я же всегда тяготел к обороне, игре в меньшинстве.

— Когда-то пара Атюшов – Варламов была ведущей в сборной. Виталий и по сей день в первой команде, чемпион мира, вы же постепенно выпали из обоймы…
— 26 игр, что я провел в свитере сборной, считаю нормальным результатом. Подкосило то, что я три раза по месяцу сидел на сборах перед чемпионатом мира, два раза не попал в состав… А накануне Квебека шансы были высокие, но за неделю до старта у меня прихватило спину в Новогорске – сильнейший спазм. Вызвали в тренерскую, до которой я кое-как доковылял. Быков сказал: «Понимаю, сезон был тяжелым, и травма есть травма…» Это был самый реальный шанс сыграть на чемпионате мира. Увы. Но я благодарен всем тренерам, которые меня вызывали. В сборной я играл при Михайлове, Крикунове, Быкове и рад, что довелось попробовать свои силы на таком уровне – не каждому подобное удается. Это незабываемо.

— То, что и Атюшов, и вы, и Маленьких, и Любушин, а также Нискала с Квашой, Контиолой, Платоновым и другими покинули летом «Магнитку» – тоже часть новой клубной политики?
— Ну конечно. Решили сделать ставку на других людей. Это хоккей, и подобное случается. Безусловно, покидать Магнитогорск, в котором я провел столько лет, было непросто. В этой команде осталась часть моего сердца и моей жизни, и относиться к «Магнитке» равнодушно не смогу никогда. Хотелось бы через вас передать команде наилучшие пожелания, пожелать успехов в игре.

Без обид

— Вы подраться с детства любили или это с годами пришло?
— С возрастом, наоборот, – ушло. Раньше было попроще. Теперь не до того.

— Почему?
— Моя задача – играть в хоккей. Дэйв Кинг, к примеру, мне категорически запрещал драться. Рука разбивалась напрочь, так, что не мог играть. Он мне однозначно сказал: «Никаких драк!» С тех пор я стал свою порой ненужную агрессию усмирять. Из хоккеиста, который любит драться, превратился в защитника, который любит играть в хоккей. Может быть, не всегда в атакующий, но и без обороны в нашем деле никуда.

— Самая памятная драка?
— Да я никогда на этот счет не заморачивался. Было дело, Юдин мне лоб разбил одним ударом. Свитов тоже – одним ударом. Но я быстро выбрасываю такие моменты из головы. Подрался, две-три секунды – и забыл.

— Эпизод с Емелиным – самый страшный в карьере?
— Ситуация, конечно, неприятная. Есть у меня такая проблема – подверженность сотрясениям. Я, кстати, в том числе из-за нее перестал драться. По молодости на сотрясения не обращал внимания: надо месяц-два отлежаться, а я через неделю выскакивал на лед. Тот эпизод в матче «Магнитки» с «Ладой» – несчастный случай. Попало, и ничего не попишешь. Прозвучал свисток, я не успел на него среагировать и бросил. Попал Емелину куда-то в область шеи или головы. Подъехал извиняться, а Алексей, как он сам мне потом сказал, подумал, что я направляюсь его бить, и выставил клюшку на опережение. Дальше вы знаете. Случилось то, что случилось. Так сложились обстоятельства.

— Вы же потом с Алексеем в сборной пересекались…
— Абсолютно нормально общались. И по сей день общаемся – всегда здороваемся при встрече. Какие тут могут быть обиды? Мы существуем в мире хоккея, в котором происходит разное.

— Правда, что тогдашнее руководство «Магнитки» хотело подать в суд на Емелина – посадить его то ли за хулиганство, то ли за нанесение тяжких телесных повреждений?
— Да, была шумиха. Слишком раздутая, кстати. Мне звонили с самого верха, из Москвы, спрашивали: «Как ты отнесешься, если мы подадим в суд?» Я прямо сказал: «Категорически против! Ни в коем случае! Я ни на какие суды не пойду, а если пойду, то буду говорить в пользу игрока». Позже эта ситуация стихла, а со временем вовсе сошла на нет.

— Сейчас то повреждение дает о себе знать?
— Прилетает иногда… В прошлом году было сотрясение, из-за которого немало пропустил. С этим ничего не поделаешь – рабочий момент. У кого-то проблемы с коленями, у кого-то – со спиной. Я вот подвержен сотрясениям.

— После очередной травмы не возникает мысли: «А надо ли так расходовать свое здоровье, второго-то не будет?»
— Понимаете, мало кому повезло в жизни так, как мне. Не каждый человек может заниматься любимым делом и получать за это деньги. Да, это тяжелейший многолетний труд, работа организма на износ. Но при всем при этом ты идешь на работу действительно как на праздник. Каждый выход на лед – огромное удовольствие, которое даже не знаю с чем сравнить. В хоккее все взаимосвязано: хорошо трудишься – хорошо играешь. Даешь результат – получаешь зарплату и продолжаешь карьеру.

Лицензия для Морозова

— На пик формы хоккеисты стараются выйти к играм плей-офф. Но вдруг сезон заканчивается. Случается, что сразу – в первом раунде. Как организм переносит резко свалившийся на него отдых?
— Сейчас в интервью многие ребята говорят, что начинают тренироваться через неделю после окончания игр. Мне нужен месяц. На протяжении тридцати дней даже близко не подхожу ни к чему, что связано с хоккеем, будь то лед, клюшка или телевизор. Пусть даже показывают финал. Если я там не играю – не в обиду ребятам – он мне неинтересен. Надо морально отдохнуть, перезарядить батарейки. Последние года три стабильно на протяжении месяца ничего не делаю. Потом постепенно начинаю втягиваться: сажусь на диеты, начинаю тренироваться. В этом году стал работать за два месяца до старта сезона. Знаю, что уже пора: к началу чемпионата надо набрать определенный вес, а для этого я должен выполнять определенные беговые установки.

— Как снимаете моральный стресс?
— Рыбалка, охота… Лучше способа перезагрузиться нет. Для меня, по крайней мере. Тупо валяться на пляже могу, но не люблю – надоедает. В России мне гораздо комфортнее, кстати, чем за рубежом. Люблю отечественную глубинку, я ведь сам родом из городка Старая Русса в Новгородской области. От Питера недалеко – 300 километров. Года три уже там стабильно лето провожу.

— Алексей Морозов недавно защитил диплом на тему: «Незаконная охота и методы борьбы с браконьерством». Вдруг в лесу столкнетесь. Тут ведь силовым приемом не отделаешься.
— У меня, если что, есть лицензия (улыбается). Все законно.

— «Торпедо» – далеко не «Магнитка». Если объективно, на что нижегородцы реально могут рассчитывать в этом сезоне?
— Плей-офф – однозначно. Буду отдавать для этой, основной для нас, цели все силы. Нам это надо. Мне повезло отыграть в плей-офф 13 сезонов, и мое мнение – первый раунд лучше начинать дома. А значит, надо попадать в первую четверку. Но еще важнее – найти свою игру. В «Торпедо» сейчас новый тренер, проповедующий совсем иную, нежели прежде, тактику. От нас требуют более агрессивной игры. Не сейчас, конечно: во время предсезонки мы так рисковать не можем. Ежедневно огромное количество тренировок: два зала, два льда. Но как начнется сезон, будем стараться действовать «от ножа». Да, вначале будут провалы. В хоккее все взаимосвязано. И если ты показываешь атакующий хоккей, хочешь не хочешь – будут проблемы сзади. Но это все излечимо. Со временем обязательно все поправим.

|Эпизод, едва не ставший прецедентом

23 марта 2006 года. Четвертьфинал плей-офф Суперлиги. «Металлург» – «Лада» (7:0), 17-я минута матча

После поражения в первой игре на второй матч «Магнитка» вышла собранной и злой. 3:0 к 14-й минуте фактически ставили крест на перспективах молодежи Петра Воробьева в матче. В НХЛ подобная безнадега обычно дает старт жестокой рукопашной. Тут все получилось еще суровее. На пятачке с Алексеем Емелиным толкался нападающий магнитогорцев Эдуард Кудерметов. Опытный форвард завалил 19-летнего защитника, и, как сказали позже все, – с нарушением правил. Тем временем завозившийся с шайбой на синей линии Варламов выпустил ее из зоны, но, не заметив офсайда, сделал богатырский замах и вместе со свистком лайнсмена пустил снаряд по воротам Кошечкина. Впрочем, до двухметрового голкипера шайба не долетела, попав в корчащегося от боли на льду Емелина. Варламов, желая извиниться, поднял руку и покатился в сторону тольяттинца. Когда расстояние между игроками стало меньше метра, Емелин подскочил и кулаком с зажатым в нем черенком клюшки ударил капитана магнитогорцев в голову. Варламов упал – у него начались судороги, язык запрокинулся в горло. Врачи «Магнитки» и «Лады» вытащили его, зафиксировали положение головы и уложили на носилки. Евгения провожали аплодисментами, но слухи о его самочувствии ходили самые разные. В сознание Варламов пришел в больнице спустя несколько часов. На Емелина завели дело, которое было передано в прокуратуру. Ход процессу дан не был: Варламов оказался против. Алексей отделался пятиматчевой дисквалификацией. Через неделю Евгений, демонстрируя, что просто так звание капитана не дается, впервые вышел на магнитогорский лед – тренироваться. В следующей стадии плей-офф, против Омска, Варламов был в строю начиная уже со второго матча серии.

|Прямая речь

«Состояние Евгения Варламова крайне тяжелое, мы можем потерять не хоккеиста, а человека. Предварительный диагноз – смещение шейных позвонков. Знаю, что Павел Крашенинников подал документы в прокуратуру. Я не очень поддерживаю этот шаг. Думаю, пока Емелин достоин только дисквалификации».— Генеральный директор «Магнитки» Геннадий Величкин, 24 марта 2006 года

«Подобные действия должны караться не регламентом ПХЛ, а Уголовным кодексом. Не надо здесь путать хоккей с боксом. Матч был остановлен, а человек после свистка подъехал и акцентированно ударил противника черенком клюшки в голову. Уголовщина в чистом виде».— Вице-президент «Металлурга», депутат Госдумы, бывший министр юстиции Российской Федерации Павел Крашенинников, 25 марта 2006 года

«Ареста я не испугался. Не успел. Тренеры меня сразу успокоили. Сказали, не дергайся, все будет нормально. Никакой уголовщины не бойся. Я и не дергался. За здоровье Варламова только переживал. Момент страшный был».— Алексей Емелин, 21 апреля 2011 года


Опубликовано в еженедельнике «Спорт день за днем» №33 (31 августа — 6 сентября 2011 года)

Использование материалов еженедельника без разрешения редакции запрещено.

Оцените материал:
-
0
0
+
Поделиться: поделиться ВКонтакте поделиться Facebook поделиться Одноклассники
Загрузка...
0 комментариев
Написать комментарий
Для того, чтобы оставить комментарий к материалу Вам необходимо авторизоваться.
Войти по логину
sportsdaily.ru
У вас еще нет логина? Зарегистрируйтесь!
Зарегистрироваться по E-mail
Уже есть логин? Входите!
Восстановление пароля
Сообщение отправлено на ваш email адрес
Назад