• Главный тренер ФК «Аланд» (Финляндия) Александр Семенов: Мой курс — на острова!

    Футбол. Гость на выходные

    04.02.16 23:32

    Главный тренер ФК «Аланд» (Финляндия) Александр Семенов: Мой курс — на острова! - фото

    Автор:

    Мы говорим и пишем о футболе, но часто не замечаем, что происходит прямо у нас под носом. Что кто-то, кого мы не знаем, или забыли, делает удивительные вещи в изначально чужой для себя среде. Аландские острова — совсем недалеко от России, но многие из нас даже не представляют, что там играют в футбол. Между тем, за последние пять лет в Мариехамн приезжали на товарищеские матчи мадридский «Атлетико» и «Зенит», а два года назад местный клуб впервые в истории принял участие в еврокубках («Мариехамн», правда, не смог пройти «Интер» из Баку).

    Лет шесть назад я искал контакты с финскими клубами и, просматривая страницу тренерского штаба островной команды «Мариехамн», неожиданно увидел русские имя и фамилию. Шведы и финны имеют непостижимую для нас привычку добавлять в открытый доступ еще и мобильный телефон – исключений нет даже для главных тренеров и генеральных директоров. Номер ассистента Александра Семенова также прилагался.

    Удивительно, как может существовать в современном мире советский по происхождению тренер, вовсю пользующийся скайпом, идеальным шведским языком и способностями к коммуникации там, где слушать русских, казалось, никогда принято не было. Мы общались с Александром (я не знаю его отчества, он сам отвык использовать его в общении) на протяжении шести лет и, слушая его четкие, часто резкие суждения о футболе, я почему-то думал, что рано или поздно о нем услышат. И ничуть не удивился, когда узнал, что совсем недавно собранная им команда ФК «Аланд» начала движение вверх по финским дивизионам. И мы впервые пообщались под диктофон. Получилась история о том, как никакая сказка не рождается по щелчку пальцев.

    Путь к выживанию — через Ладожское озеро

    — Я работал в 80-х в динамовской школе, с юниорскими командами, - начал предисловие Александр, — Моим учителем был известный специалист Геннадий Бондаренко. В 89-м он, к сожалению, умер. В 92-м позвали тренировать женскую команду «Прометей-Динамо», впоследствии она переименовалась в «Аврору». Пришел туда вторым к Рауфу Юмакулову, затем провели рокировку — я стал главным, а он помощником. Это не повлияло на наши дружеские отношения — они позволяли нам вместе управлять командой, не обращая внимания на звания. Из этой команды у меня появилась жена — Ангелина Евдокимович, она играла в сборной России. Все, вроде бы, шло нормально. Но годы сами помните какие настали — разруха, бандитизм. Бандитские кланы владели футбольными клубами. И стали мы подумывать о том, чтобы уехать за границу.

    — Видимо, столкнулись с чем-то неприятным?
    — Как раз в женском футболе и столкнулись.

    — Что за интерес у бандитов к женскому футболу?
    — Делали свои дела, прикрываясь клубами. Отмывали деньги. Не то, чтобы нас это как-то особенно затрагивало, просто неинтересно и бессмысленно стало работать. В футболе развал, денег не платили. Хотел вернуться в «Динамо», а там люди уже по несколько лет сидели без зарплаты, многие ушли. Уехали в итоге в Карелию, в городок Питкяранта на Ладожском озере. Нашли спонсоров, создали клуб в 97-м. Играли сначала на первенство Карелии…

    — Спонсоры-то нормальные были?
    — Нормальные. Русско-финское предприятие. Наши продавали лес, финны его перерабатывали. Наше задачей было создать женскую команду, которая могла бы выступать в первенстве Финляндии.

    — Почему именно женскую?
    — Во-первых, опыт уже был соответствующий, во-вторых у девочек нет таких запросов, как у мужчин. Позвал своих бывших воспитанниц из Питера. «Аврора» к тому времени развалилась, кто-то перешел в мини-футбол. Тех, кого отчислили, мы забрали. Сначала выиграли вторую лигу, поднялись. Финны нас не пустили, сказали, нужно переделывать клуб на финское юрлицо. Но у нас нашлись друзья в Куопио, помогли открыть нам филиал. Снова выиграли вторую лигу и смогли уже играть в первой. На домашние матчи ездили в Куопио, где нам бесплатно предоставляли поле. Девочки ездили по туристической визе, за день до матча, потом сразу обратно. Даже получали небольшие деньги. В такое тяжелое время все были довольны. Но я все равно понимал, что это временно все, продолжал искать возможности за границей.

    — В России замечали успехи «Карелии»?
    — Говорили о нас, конечно. Но денег никто не давал, конечно. В 2000-м году подняли пошлины на лес, наши спонсоры рухнули. Клуб, соответственно, тоже. И стали поступать разные предложения, связанные, в основном, с женским футболом. Жену позвали играть на Аландские острова. Она съездила посмотреть, все понравилось, осталась. Затем я отправился ее проведать, и местные, узнав, что я футбольный тренер, пригласили поработать. Для начала с юношами. Мы выиграли региональную шведскую лигу сразу…

    — Аланды же Финляндия…
    — Аландские команды могут играть в Швеции и Финляндии, на выбор. Другое дело, что если мужскую команду заявлять в Швецию, то дальше третьей лиги ее не пустят. Финляндия же — наша страна, можно добраться куда угодно.

    Открою-ка я академию!

    — Шведский учили уже там?
    — Да. Причем, ни на какие курсы не ходил, так учил, по ходу дела. Времени не оставалось на это, нужно было зарабатывать деньги. Случалось, работал в трех клубах одновременно. В одном юношей тренирую, в другом со взрослыми работаю, в третьем просто провожу индивидуальные занятия. Так набиралась сумма, на которую можно было прожить. Постепенно стал получать лицензии. В России я этот момент пропустил, централизованно у нас стал этот вопрос решаться только в «нулевых». Все сложно было — чтобы получить лицензию «В» потребовали ехать в Москву на экзамены. Понял, что все это долго и трудно. В Финляндии намного проще. Со своим опытом и стажем я мог безо всякой лицензии «С» идти учиться на «В». То же самое с «А» — получил ее точно так же. С возрастом пришлось легализоваться. В «нулевых» работал себе без лицензии и работал. Сейчас уже приходят молодые ребята, все с лицензиями, нужно выдерживать конкуренцию.

    — Что за специалисты преподают в Финляндии?
    — Например, сейчас мне преподавал мой бывший коллега по тренерскому штабу в «Мариехамне» Стивен Уорд, сейчас он ассистировал Алексею Еременко на мемориале Гранаткина в сборной Финляндии. Старшим преподавателем был Ларс Мосандер, работавший с шведским «Эребру», многими местными клубами.

    — Интересно, вы работали со Стивеном Уордом в одном штабе, а здесь он вам преподавал?
    — Да. В «Мариехамне», главной команде Аландских островов. Три года работал я там. Потом открыл первую на островах академию.

    — Вот просто так решили — «Открою-ка я академию»! — и открыли?
    — Вместе со Стивеном придумали это, нашли спонсоров, подали им идею. Собрали элит-группу 19-летних ребят с разных клубов архипелага. Еще и от федерации получили деньги, так как это — именно академия. В Финляндии нет такого, что если академия, то непременно должны быть представлены все возраста. Достаточно собрать группу талантов. Главное — не старше 21 года.

    — Какой смысл местным спонсорам вкладываться в футбольные команды и тем более в академии?
    — Просто людям с деньгами приятно сидеть на трибуне и видеть, как играют свои местные игроки. По этой же причине ходят и обычные зрители. Когда «Мариехамн» только вышел в высшую лигу, у него было 90 процентов аландских игроков. Звезд с неба не хватали, крутились в районе 7-8 места. Были рекорды посещаемости. 20 тысяч человек все население островов, ходило по 3 тысячи. Сейчас все время команда в районе 4-го места, Кубок выиграла в прошлом сезоне, а больше тысячи не ходит. Своих — 2-3 человека, играют люди из Африки, из Бразилии, отовсюду. В Петербурге ведь было то же самое — в том же 84-м СКК забивался в первую очередь потому, что почти все были своими. И даже результат, считаю, был вторичен.

    — То есть, по большому счету, все равно какой уровень игры показывает команда?
    — Конечно. Для финнов особенно важно, чтобы в городах играли свои. Я знаю, скажем, мнение руководства клуба «Яро», который тренирует Алексей Еременко. Им важнее наличие своих игроков в команде, даже если они будут в таблице последними, а не скажем, пятыми. 

    «Спаллетти приедет? А Данни?»

    — С вашим опытом, мне кажется, вы пригодились бы и в России.
    — Не очень тянет работать в России, если честно. Мне кажется, сейчас у нас переизбыток футбольных тренеров. Или людей, называющих себя таковыми. По крайней мере,  в Петербурге. Каждый год выпускается немереное количество специалистов, многие из них из Сибири, из Центральной России. И никто не хочет ехать обратно в свои регионы и развивать футбол там. Зарплаты при этом в Петербурге смешные, но даже на них конкуренция! У меня уже есть финский паспорт, семья, дети растут. Так что и с этой точки зрения интереса возвращаться нет.

    — Не было ситуации, когда начинало казаться: в Финляндии больше задержаться не получится, придется вернуться и начать все с начала?
    — Когда-то я твердо поставил себе цель — уехать за границу. И уехав, уже никогда не оглядывался. Был уверен: не буду работать в футболе, пойду куда угодно, но останусь в Финляндии. Не потому, что не люблю Россию — просто очень многие вещи мне здесь не нравились.

    — Несколько лет назад молодежный состав «Зенита» приезжал на Аланды на товарищеский матч с «Мариехамном». Приложили к этому руку?
    — Приложил. На островах есть консульство России — обязательное условие договора 1945-го года. И мой приятель, консул оказался знакомым генерального директора «Зенита» Максима Митрофанова. Городу Мариехамну было в тот год 150 лет, вот и решили что-то провести. «Зенит» приехал молодежкой, причем привез Владислав Радимов — он был вторым, но Анатолий Давыдов оказался в больнице. Интересно было, хотя «Мариехамн» играл вообще без настроения, люди ждали отпуск…

    — Подождите, какой отпуск! Игра же в августе была…
    — А у главного тренера Пекки Лююске была такая практика — давать две недели отпуска на время паузы для сборных.

    — Как он игроков собирал потом?
    — А вот так. Еле остались в итоге в высшей лиге. Ему, наверное, казалось, что это нормально. Но я не вникал в эти нюансы уже — меня попросили товарищеский матч организовать, я организовал. Пришло, кстати, не так мало зрителей, хоть «Зенит» и не основой приехал. Меня еще руководство спрашивали: «Спаллетти приедет? А Данни»? Я им: «Вы сначала молодежь обыграйте». А им, мол, неинтересно играть с молодежкой. В итоге хозяева 0:2 проиграли, а могли и больше.

    — Какие еще веселые особенности у руководителей в финском футболе?
    — Всякое бывает. Встречается, что люди оказываются не очень компетентны в футболе. Им лучше иметь советников, которые все же получше разбираются. Федерацию не имею в виду — там профессионалы работают. А в клубах управлять может и пожарный, и директор магазина. И решения принимают такие, что волосы встают дыбом. Например, нашел я спонсора, которые готовы были за размещение баннеров вокруг поля платить зарплату двум нашим игрокам. Пошел к руководству. Так оно три раза собиралось, обсуждая, можно ли разрешить спонсорство, или нет. При том, что у самих у них денег не было, а игроки готовы были остаться только при определенных условиях. Потом звонят — мол, разрешаем, так и быть. Это речь о второй лиге, но такие вещи встречаются и в высшей. Легко может быть такая ситуация, что человек придет в клуб с готовностью внести свой вклад в его развитие за свою рекламу, а ему скажут: «Нет, нам не надо».

    — Какой самый загадочный клуб в Финляндии?
    — Для меня однозначно РоПС из Рованиеми. Сейчас еще куда ни шло, но несколько лет назад, когда на поле выходило по девять-десять африканцев… Не знаю, может, в Лапландии за полярным кругом им жить легче (Смеется). Интересно, что при этом в Рованиеми есть средства, чтобы создать приличную команду.

    — В Европе молодые игроки считают маленькие чемпионаты — в том числе и финский — трамплином в карьере. Почему российские — и в первую очередь, питерские — игроки так и не зарекомендовали себя, как настоящие звезды? Вотинов, Кокко, Анттилайнен…
    — Анттилайнен играл у нас на островах, уровень у него был условный. Я сам пробовал привозить ребят из Питера. Не получается у них почему-то. Во-первых, у нас немного отсталый взгляд на финский футбол. Иногда меня наши спрашивают: «Ну что, у вас почтальоны, или пожарные играют?». Все это уже давно в прошлом. Привозил как-то в Петербург на товарищеские матчи наш 98-й год рождения (они уже сейчас у меня в мужской команде). И они обыграли на малой арене «Петровского» сверстников из «Динамо», которые выступали в высшей группе. Местные вышли с таким самомнением… И когда туда приезжают, тоже думают, что сейчас всех на одной ноге сделают. Немного подзаработаю, дальше поеду. А потом и не замечают, как потихоньку начинают проигрывать конкуренцию. Не скажу, что в Петербурге такой уж высочайший уровень подготовки юных футболистов. А за счет бойцовских качеств финны их часто переигрывают, даже если в технике уступают. Нет в Петербурге, скажем, взрывных игроков. Наверное, такая методика работы. Хотя, прямо скажем, 70 процентов клубов в Петербурге вообще работают безо всякой методики. Выстрелили из местных воспитанников лишь те, что вышли из «Смены», где работали старые местные специалисты. С тех пор практически ничего, хотя кто только уже не привлекался к процессу — итальянцы, голландцы. Сейчас вот Казаченок пришел, может, у него с его подходом, завязанным на атлетизме, что-то получится.

    Есть все, кроме плана

    — В Финляндии приглашают иностранцев для того, чтобы они чему-то научили местных?
    — Как раз финский менталитет не очень для этого подходит. Вот Швеции, считаю, иностранные специалисты дали очень многое. Те же сербы, например. Футбол у них поднялся очень здорово. Финляндия — закрытая, в своей раковине. Пытаюсь все время об этом говорить, но меня особо не слышат. Смотрите, говорю, есть поля, форма, мячи, крытые манежи. У нас на Аландах 2 искусственных поля и 12 «зеленых» на 20 тысяч жителей. В каждой деревне можно найти такие условия, что в России нет кое-где и в высшей лиге. Так запустите тренеров со всего мира! Маленький уклон в сторону Англии там есть — 2-3 человека работает —  но этого мало. Можно было бы извлечь пользу из интернационального опыта. Необязательно что-то перенимать прямо под кальку. А если и брать «под ключ», то обратите внимание на Германию — там все давно придумано. Построены академии, работают в каждом клубе службы селекции. Изобретать ничего не надо даже. Но у финнов нет своего пути. Почему сборная Финляндии даже при таких льготных условиях отбора Евро-2016 не смогла выйти из группы? Игроки сами не знают, во что им играть, нет направленной подготовки. Можно расставить их и так, и этак, полностью поменять состав, но результат окажется тем же. Их с детского возраста так готовили. Но финны упертые очень, не хотят сторонней помощи. У них другой перекос — если скажут выбирать между финном и иностранцем, всегда выберут своего.

    — Давайте перейдем к практическому опыту работы иностранца в Финляндии. Расскажите о клубе ФК «Аланд», который вы сейчас тренируете.
    — После того, как я ушел из «Мариехамна», нужно было что-то делать. ФК «Аланд» была скромной командой, которая принадлежала двум коммунам. Мы со своим приятелем, который сейчас сидит в совете директоров клуба, решили — а почему бы не собрать ее из четырех-пяти коммун? На Аландах — 16 коммун. Некоторые из них имели в шестой и даже седьмой лигах команды, но все равно находили народ. Тратили деньги на переезды и прочее. И вот начали мы ходить по коммунам, разговаривать, убеждать. Приняли «Аланд» в третьей региональной финской лиге, три года назад занимали третье место, а прошлой осенью поднялись во вторую, общенациональную. Разделена она на три зоны, мы попали в юго-западную, самую сильную — тут и Хельсинки, и Турку, и Тампере. Три самых футбольных города. Некоторые команды из нашей зоны могут спокойно играть классом выше. «Хонка» из Эспоо, например, которая со времени падения по финансовым причинам сохранила профессиональный статус. «Клуби 04», фарм хельсинкского ХИКа. ТПВ из Тампере неплохая команда.

    — Соседи из «Мариехамна» заметили ваши успехи?
    — «Мариехамн» на нас достаточно быстро среагировал — предложил нам выполнять функции фарм-клуба. При этом понятие фарм-клуба в Финляндии совершенно иное, чем у того же «Зенита», где руководство общее. У нас свое управление, свои спонсоры, своя экономика. Например, без моего разрешения, как главного тренера, «Мариехамн» не имеет права просто так взять и выдернуть к себе понравившегося футболиста. Большей частью такое сотрудничество существует для того, чтобы их игроки получили практику. И вообще, у нас ужесточили правило:  теперь игроки клубов высших лиг могут выступать в низшей, а представители низших лиг просто так на повышение пойти уже не могут.

    — Какой бюджет у вашего клуба?
    — По российским меркам очень маленький, по финским вполне приличный — около 80-90 тысяч евро (бюджет ФК «Аланд» сопоставим с клубами, выступающими на первенство Санкт-Петербурга — «Спорт День за Днем»). Коррективы вносит то, что мы живем на островах и все время должны ездить на материк. Одиннадцать выездов включают в себя ночевку на пароме, завтрак-обед-ужин, тогда как соперники ездят всего по 50 километров, да еще и на своих машинах. А те, кто в Хельсинки — в нашей зоне 5 команд — и вовсе, бывает, пешком на игры ходят. Вместо того, чтобы платить за переезды, тратят на зарплаты игрокам. У нас же клуб на зарплаты футболистам денег не имеет — всего четырем игрокам отдельно платят спонсоры по персональным контрактам. Потом у нас есть и академия — а-юниоры, b-юниоры, с-юниоры. И все играют на первенство Финляндии. Соответственно, им тоже нужны разъезды.

    — Вы успеваете и главной командой управлять, и академией?
    — Моя должность официально — главный тренер ФК «Аланд». Но я координирую и работу академии, и должность начальника команды занимаю, и даже собственного ассистента (Смеется). Мне уже третий год не могут найти помощника, потому что денег не хватает.

    — За счет чего тогда вы смогли совершить прогресс?
    — Хорошо работали с юниорами, трехлетний труд дал плоды. Сейчас пять человек выходит в основном составе — 96-го, 97-го и 98-го годов рождения. Тренируемся 5-6 раз в неделю. Когда я пришел, в «Аланд» тренировались лишь два раза в неделю. Один из наших, кстати, должен был сыграть на мемориале Гранаткина в Питере, но потянул бедро и не смог приехать. Причем, получил травму на тренировке «Мариехамна» — пригласили поработать с ними. У нас было в декабре как раз несколько совместных занятий, сыграли только что матч друг с другом.

    Лето на корабле

    — Ездить по Финляндии интересно так, как это делаете вы?
    — С 2008-го года я практически все лето провожу на кораблях. Поднимаюсь на борт рейса Стокгольм — Хельсинки, со мной уже вся команда здоровается — узнают в лицо. Ведь я могу иногда еще и с А-юниорами выезжать. Кстати, плаваем на паромах компании спонсора «Мариехамна». Они бесплатно пользуются ими, а у нас было всего 50 процентов скидка. Но сейчас я веду переговоры — приходится еще и этим заниматься — и, вроде бы, уже пообещали такой же контракт, как у главной команды островов. Получится хорошая экономия.

    — На паромах разные вещи происходит. Люди выпивают, не всегда культурно. Могут шуметь. Высыпаться игрокам удается?
    — У нас примерно одна и та же картина всегда — паром отправляется в 23.45 из Мариехамна. Когда заходим, там уже все «горячие». У нас же в пол первого ночи отбой, все по каютам. Бывает, что пьяные шведы и финны орут в коридорах. Приходится звонить на вахту — приходит секьюрити, всех разгоняет, снова тихо. Правда, сон уже все равно сорван. Интересно, что после такого ребята, как правило, выигрывают — злые на матчи приезжают. Бывает летом что и 30 градусов жары — бессонная ночь, потом автобус. Сейчас на автобусе ездим по сто-двести километров, а с «Мариехамном» катались по всей Финляндии. Слава Богу, если надо было в Лапландию ехать — в Рованиеми, или Оулу – уже на поезд садились. На самолет денег не хватало. Можно, конечно, заказать чартер в Рованиеми из Мариехамна, но это стоит таких денег, что сезон потом не закончишь.

    — Судят хорошо?
    — Бывает, «прибивают» как следует. К Аландам особое отношение почему-то. Финны относятся к нам, как к шведам и каждый матч с нами для них — как международный. Случается, что и судьи так настраиваются. Мы уже стали заранее звонить в федерацию, просим по возможности назначить нам на матч арбитра с шведским языком.

    — Язык — это так принципиально?
    —  Сложно, когда приезжаешь куда-то, а арбитр только на финском говорит. У меня в команде его никто не понимает, ведь его не учат ни в одной аландской школе. Я сам все время говорю на шведском — выучить в 48 лет еще и финский трудновато будет. Даже если выучу — с кем на Аландах я буду на нем общаться?

    — Гадости в чемпионате Финляндии соперники способны друг другу делать? Поле разбить специально, у гостиницы шуметь?..
    — Скорее, можно столкнуться с неадекватными болельщиками. Пьяными. Во второй лиге и в третьей нет такой внимательной охраны на матчах. Могут на поле выйти, ругаться. Но это на материке — у нас на островах все тихие, мирные. Наши судьи даже когда приезжают финские команды наоборот подчеркнуто показывают, что условия равны для обоих соперников, и это хозяевам часто даже мешает. Финнов это все как раз там у себя не очень заботит, у них свои задачи. Как-то играли с юниорами в одной деревне, так арбитр после игры сидел с тренерам соперников на трибуне пиво пил. Убрав нас предварительно в одну калитку. Сын у меня вратарь, так его в ворота затолкали вместе с мячом… Но сейчас уже появилось много молодых способных судей, которые говорят на трех языках, включая английский. Хорошо, что над судейством работают. Как и над качеством полей, хотя уже даже нечего улучшать.

    — Есть еще какая-то сфера футбольной деятельности, в которой вы на Аландах еще не задействованы?
    — Как раз вот ездил в Стокгольм на двухдневные курсы, получил право преподавать на лицензию категории «С». И как Марк Рубин в Петербурге, преподавал 30 молодым тренерам у нас на Аландах этот курс. Причем им все оплатила финская Ассоциация. Собираюсь следующим летом получить право вести категорию «В». И возможность дополнительного заработка появится, и самому интересно новые знания получить.

    Побег к изоляции

    — Вы говорили, сами ведете переговоры со спонсорами. А ведь считается, что нашему человеку старой закалки «у них» живется тяжело…
    —  Напомню, что я в свое время поставил себе цель — уехать работать за рубеж. Мотивация многое решает. Не скажу, что было легко поначалу — и непонимание окружающего мира было, и желание рубить с плеча. Потом включил голову, осмотрелся: они ведь там многие вещи делают правильнее, чем в России. Не буду говорить, что конкретно — можно уйти от футбола слишком далеко. Смешно, но даже при том, что я давно живу на Аландах, меня там считают этаким горячим парнем. Приклеили ярлык — что я очень жесткий, сказал, как отрезал, что мне бы надо лучше искать пути компромисса (Смеется). Хотя я считаю себя самым способным на компромисс человеком. Но у них все равно слыву жестким. Правда, некоторым это нравится даже — местным не хватает иногда в общении жесткости. Там не привыкли сходу называть черное черным, а белое белым. Постоянно доказывают, что есть и такое, и такое.

    — Шведский язык — при вас, навыки жизни, опыт работы — тоже. До Стокгольма — два часа по воде. Не было мысли реализовать себя в Швеции, тем более деньги там в футболе ходят значительно большие, чем в Финляндии?
    — Желание, может, и есть, но я — реалист. И у меня нет каких-то сверхзадач в жизни. Свою поставленную цель, в принципе, выполнил. Осталось желание совершенствоваться, как тренеру, и как человеку. У кого-то, наверное, есть задача непременно работать главным тренером такого-то клуба. Знаю пример одного эстонского специалиста, который мечтал работать в Швеции. И со своей Pro лицензией раздавал на тренировках манишки, потому что на самом деле рулил местный товарищ, сириец, у которого лицензии не было. В Швеции огромная конкуренция, много хороших тренеров и своих, и иностранных. Если позовут — буду думать, если нет, то и не надо. В другом месте, быть может, я и поработал бы немного — все-таки столько лет на острове, изоляция чувствуется… Но при этом я уверен в себе, у меня все под контролем, семья, дети при мне. Это тоже немаловажно.

    — С Петербургом что-то связывает?
    — Мы неплохо дружим с Владимиром Казаченком. Еще с тех пор, как он в «Динамо» работал. А когда он возглавил в Эстонии «Калев», так и вовсе дружили клубами. «Мариехамн» и «Калев» играли товарищеские матчи каждый год, они к нам на сбор приезжали. И продолжают ездить, уже с другими тренерами. В «Динамо» с моих времен еще остались знакомые — Николай Семыкин, к примеру. Виктора Виноградова из СДЮШОР «Зенит» хорошо знаю, раньше он в «Смене» трудился. Если не брать работу, то у меня здесь живет мама. И всегда приятно вернуться на родину, погулять по улицам. Но через три дня уже обратно тянет. Больше не выдерживаю.

    — В чем проблема?
    — Остров, наверное, меня полностью изменил. Природа, спокойствие, тишина. А тут в метро поездишь два дня, голова кругом идет. И бытовые проблемы сразу начинаются. Что тут еще объяснишь…

    Справка

    Аландские острова — архипелаг в Балтийском море, автономия в составе Финляндии.

    Год образования автономии: 1920

    Административный центр: Мариехамн

    Официальный язык: шведский

    Площадь: 1552 кв.км

    Население: 28,5 тыс. человек


    Читайте Спорт день за днём в
    Комментариев: 0
    , чтобы оставить комментарий
    Последнее видео Спорта День за Днем на Sportrecs
    Новости партнёров