YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram RSS Мобильная версия


«Когда Мозякина не поставили на игру, он спокойно отнесся. Реакция Ковальчука была бы непредсказуемой» Бывший тренер СКА Андрей Потайчук — о взятках в детском хоккее, желании стать миллионером и непредсказуемости Милоша Ржиги

Андрей Потайчук (витрина)
Фото: ХК СКА

Андрей Потайчук вернулся туда, где восемь лет назад начиналась его тренерская карьера. В числе его и Милоша Ржиги подопечных, кстати, в том «Спартаке» был защитник Виктор Костюченок — один из ассистентов Вадима Епанчинцева ныне. Заняв в минувшей «регулярке» предпоследнее место на «Западе», красно-белые на три четверти сменили свой тренерский штаб, сохранив лишь наставника вратарей Стефана Перссона. И если сравнить новый штаб с тем, что был у «Сарыарки» перед прошлым сезоном, отличий найдется немного. Тогда, правда, сезон в качестве главного начинал Потайчук, одним из ассистентов которого являлся Епанчинцев. Теперь вышло наоборот.

Пока не миллионер

— Любопытно будет, Андрей, увидеть вас на лавке «Спартака» без Милоша.
— Действительно, получилось, что после СКА наши профессиональные пути разошлись. Ржига, правда, звал затем в «Авангард», но я уже обо всем с «Югрой» договорился. Возникни предложение чуть раньше — откликнулся бы. Теперь же я рад вернуться в «Спартак», клуб, где я делал первые шаги как тренер, клуб, с которым связано много позитивных эмоций и воспоминаний. Буду стараться вновь принести ему максимум пользы.

— Оставшись после ухода из СКА без работы, вы рискнули переключиться на непростую работу с детьми. Родители учили, как надо тренировать?
— Как только попытались — сразу созвал родительское собрание. Говорю: «Это моя работа, и все будет так, как я решу. Не надо вмешиваться».

— Поняли?
— По крайней мере лезть перестали.

— Зато слухи о вас нехорошие полезли…
— В «Крыльях» я тренировал ребят 2000 года рождения, и за эти восемь месяцев чего только на меня не наговаривали. С зарплатой 45 тысяч, конечно, не зашикуешь, но у меня все-таки есть кое-какое имя в хоккее, было бы глупо его подобным марать.

— Вы как-то сказали: «Я всегда готов помочь ’’Крыльям’’ чем могу. Был бы миллионером — купил бы родной клуб». То есть вы еще не миллионер или передумали?
— Не миллионер. Как только стану — обязательно куплю. У «Крыльев» стадион практически в центре стоит. Его надо отремонтировать, и площадка будет готова принимать матчи КХЛ. Надо помнить, что «Крылья Советов» — легендарный клуб, с традициями, не хуже ЦСКА, «Динамо» и «Спартака».

— А если без патриотического рвения, вы действительно считаете, что в Москве пойдут на «Крылья», при том что в городе есть еще три команды и одна в соседнем Подольске?
— Пойдут. В Сетуни любят хоккей и разбираются в нем, атмосфера там отличная. Выпускники школы «Крыльев» чуть ли не каждый год драфтуются в НХЛ. Туда детей через всю Москву специально возят, приходят болеть на их матчи. На команду КХЛ пойдут тем более.

— Вообще, странно, что вы, уроженец Темиртау, попали в «Крылья», а не в «Устинку» или «Трактор», куда чаще всего привлекали казахстанцев…
— На меня обратили внимание во время всесоюзных соревнований, куда мы ездили в составе сборной Казахстана (она базировалась на игроках «Устинки»). Пригласили в юношескую сборную СССР, а уже там заприметили «Крылья». Звонил селекционер клуба Борис Длугач.

— Сейчас Борис Михайлович при ФХР начальник юниорских сборных команд РФ.
— Он ничего мне не обещал. Только поступление в институт. Но после выпускного года я оказался на первой, и, как оказалось, не на последней для себя тренировке «Крыльев».

— А в институт как — поступили?
— Да, в физкультурный. Недавно, кстати, открывал диплом. Написано: «Специальность — тренер».

— Редкий случай для нашей страны: человек работает по специальности.
— Мне повезло. Так что тренировать официально имею право…

— На малой родине часто бываете?
— Несколько раз в год приезжаю в Темиртау. Там родители, родственники. Чаще не позволяет занятость, к сожалению.

Ржига говорил: «Слишком хорошо все идет. Надо спровоцировать»

— Как профессиональный тренер, скажите, кто более тяжелый в управлении хоккеист — Мозякин или Ковальчук? Вы с обоими в разное время поработали.
— По характеру это два разных человека. Илья, например, более импульсивный. Серега тоже эмоциональный, но поспокойнее. Помню, в «Атланте» был момент, когда Ржига не поставил Мозяку на игру.

— Даже такое бывало?
— Да. И Серега, кстати, спокойно отнесся. Более того — на следующий матч вышел вдвойне заряженным. Две шайбы, кажется, отгрузил.

— Ковальчука год назад тоже отстраняли от плей-офф.
— Но какой была его реакция, мы с вами не знаем и можем только догадываться. Он в этом плане непредсказуем.

— Мозякин ведь как кубковый игрок при вас раскрылся, когда в Кубке Гагарина — 2011 набрал 21 очко за «Атлант».
— Тот плей-офф для всей команды очень ярким во всех отношениях был. По раздевалке, помню, развешивали спичи, карикатуры. Во время полуфинала, например, нарисовали Атланта, тормозящего поезд. Я лично занимался этим.

— Рисовали?
— Нет, идеи подкидывал. У нас были два парня, отвечавших за видео, — фанаты своего дела. Они и воплощали задуманное. Мотивация в играх, когда все «от ножа», очень важна.

— Владимир Юрзинов, замечая, что в «Динамо» все спокойно, устраивал провокации. Вы в штабе Ржиги практиковали?
— Да, Милош любил так делать. «Андрей, — говорил он, — слишком хорошо все идет. Надо спровоцировать».

— Как это выглядело?
— На тренировках всегда есть люди, валяющие дурака. Он выдергивал одного из таких, кричал на него, что для остальных становилось сигналом.

— Милош — хороший психолог?
— Очень. Вот вам зарисовка. Выиграли матч, на следующий день тренировка. Ржига берет кофе, заходит в раздевалку. Общается с ребятами некоторое время, выходит на лед и дает совсем не те упражнения, о которых мы за несколько минут до этого с ним договаривались.

— Поворот…
— Я в недоумении: «Милош, мы ведь другое планировали…» «Я, — говорит, — почувствовал позитивное настроение команды. Тренировка должна быть такой же». Он подобным нюансам серьезное внимание уделяет.

$500 и 500 тысяч рублей

— Вы нам рассказывали, что в СКА, будучи ассистентом главного тренера, получали 500 тысяч рублей в месяц. Не уточнили мы тогда — различные бонусы к этой сумме насчитывались?
— Бонусов не было, имелись только общекомандные премии. Игроки и тренеры делили их в равных пропорциях. А размер определялся перед началом сезона.

— Размеры штрафов тоже так определяются? «Югра» — кстати, при вас на должности генменеджера — однажды порадовала бумагой, согласно которой форвард Никита Точицкий был оштрафован за опоздание на 50 тысяч рублей.
— «Тарифы» устанавливает руководящий состав клуба, а ребята, подписывая перед началом сезона соответствующую бумагу, соглашаются с ними. Система премирования и депремирования существует в каждом клубе. Расценки везде свои.

— Александр Королюк, вышедший из семьи, где было 11 детей, мечтал о большом доме. А юный Потайчук о чем грезил?
— Точно не о больших деньгах. Нашим приоритетом была сборная. Помните, шлемы Jofa красные?

— С надписью СССР?
— Ага. Вот мы все очень хотели его примерить.

— В таком вы сыграли на МЧМ-1990.
— Да, хоть и стали вторыми, команда очень талантливая собралась: Зубов, Юшкевич, Жамнов, Славка Козлов, Оксюта, Паша Буре, который был на год младше. Многие впоследствии играли в НХЛ.

— Конкретно — 14 человек.
— Эта лига на стыке эпох стала, кстати, новой мечтой для парней нашего поколения.

— Тем не менее, если говорить о насущном — первую достойную зарплату на что потратили?
— Не помню. Она только в Чехии достойной стала.

— Намного достойнее отечественной?
— В последнем сезоне за «Крылья» получал 500 долларов в месяц. В Чехии 3000. Выходит, в шесть раз достойнее.

Оксюта мог разом 10 стаканчиков съесть

— Свой странный 67-й номер вы в «Спарте» впервые примерили?
— Нет, уже в Финляндии. Привычный 22-й, под которым семь лет отыграл в «Крыльях», оказался занят, взял 67-й. В «Спарте» я под 19-м выходил.

— Хорошо не под 68-м — для российского хоккеиста в Праге было бы дерзко.
— Я в цифры на спине никакого символизма не закладывал. Уже потом мама подметила, что 6+7=13, а это несчастливое число. Но я не заморачивался.

— За руль иномарки тоже в Чехии впервые сели?
— Да, клуб выделил «шкоду». На второй сезон пересел на «форд фиеста». В «Крыльях» два последних года на «Жигулях» ездил — «Лада» седан, «пятерочка». В предпоследний год клуб купил пять машин на команду.

— Как делили пять «пятерочек»?
— Кому обещали, тот и получил. Сергею Золотову дали, Мише Волкову, мне и еще кому-то.

— Вы упомянули Романа Оксюту. Его часто вспоминают как чрезвычайно талантливого форварда, который не смог перебороть свою лень.
— Рома действительно интересный человек: здоровый, умел забить — настоящий снайпер, но очень упрямый.

— В «Анахайме» недолго выходил в связке с Теему Селянне и Полом Кария.
— Хоккеист он, безусловно, талантливый. Что любопытно — играл без изоленты.

— То есть?
— Просто брал любую клюшку (а они тогда деревянные были), мотал верх — и на лед.

— Это композитные клюшки можно не мотать, но чтобы деревянные…
— У Ромы еще одна особенность имелась — мороженое любил. Разом мог съесть 10 стаканчиков.

— А горло?
— Нормально, не болел.

— Самый большой на вашей памяти талант, который не раскрылся?
— Сергей Мартынюк из Ярославля.

— На драфте НХЛ года ушел в один год с Зубовым, Немчиновым, Козловым — его «Монреаль» выбрал.
— Он на юниорском уровне очень сильно смотрелся. Потом исчез. Последний в карьере сезон, кажется, в саратовском «Кристалле» провел.

— Так и есть, в 27 лет завершив карьеру.
— В хоккее, увы, нередко случается, что подававшие огромные надежды юниоры на взрослом уровне раскрыться не могут.

Оцените материал:
-
1
11
+
Поделиться: поделиться ВКонтакте поделиться Facebook поделиться Одноклассники
Загрузка...
0 комментариев
Написать комментарий
Для того, чтобы оставить комментарий к материалу Вам необходимо авторизоваться.
Войти по логину
sportsdaily.ru
У вас еще нет логина? Зарегистрируйтесь!
Зарегистрироваться по E-mail
Уже есть логин? Входите!
Восстановление пароля
Сообщение отправлено на ваш email адрес
Назад