• Методики «Милана» и правильные падения: Как новый медицинский штаб «Балтийской Зари» будет готовить команду в Суперлиге России

    Большое интервью «СДЗД» с начальником медслужбы «Бастион» Максимом Сташонком

    18.07.22 21:30

    Методики «Милана» и правильные падения: Как новый медицинский штаб «Балтийской Зари» будет готовить команду в Суперлиге России - фото

    Фото: Пресс-служба ГК «Балтийская Заря»

    Источник:Спорт день за днём

    Автор:

    По итогам сезона 2021/22 «Балтийская Заря» стала лучшей командой в Высшей лиге России, и теперь, впервые в своей истории, женский гандбольный коллектив из Санкт-Петербурга сыграет в Суперлиге.

    Разумеется, уровень команд будет намного выше, чем в Высшей лиге, а значит вместе с этим стоит ожидать больше борьбы на площадке. К сожалению, такая борьба может приводить к травмам и другим проблемам со здоровьем.

    В новый сезон «Балтийская Заря» войдет с полноценным медицинским штабом, который будет отвечать за здоровье спортсменок и помогать им в достижении самых высоких целей. Для этого клуб подписал соглашение о сотрудничестве с центром экстренной медицинской помощи и специальных эвакуаций «Бастион».

    В сезоне 2022/23 «Бастион» будет обеспечивать дежурство на домашних играх «Балтийской зари» и следить за здоровьем спортсменок.

    В эксклюзивном интервью «Спорту День За Днем» об особенностях работы с командой в новом сезоне рассказал начальник медицинской службы «Бастион» Максим Сташонок.

    Из интервью вы узнаете:

    – В каких ситуациях «Бастион» спасал жизни людей

    – Какие методики из футбольного «Милана» 2000-х будет применяться в «Балтийской Заре»

    – Чем «Бастион» поможет гандболисткам за пределами площадки

    Lz3tUnw8DqQ5Gb4UZYbSdTZTqeA0TzKKuApaFc0kjaXTgaLOfuWBTDFe-qtttW1TJdxLx-WE72Lt3v8f9qeDIJvw.jpg

    Поступил звонок с одного большого холдинга, и сказали: «надо помочь»

    – С чего началась деятельность вашей компании?
    – «Идеей-фикс» организации нашей компании послужил очень большой холдинг в Санкт-Петербурге, у которого были очень большие проблемы с медиками и организацией медицины. Так мы и открыли центр экстренной медицинской помощи и специальных эвакуаций. Под вторым подразумевается эвакуация больных, их перевозка и помощь государственным органам. Нужно было набрать штат высоко квалифицированных специалистов, реаниматологов, для транспортировки и эвакуации больных из дальних районов – Дальний Восток, деревенские поселения.

    – То есть изначально география деятельности «Бастиона» приобрела всероссийский масштаб?
    – Да. Но зарождалось это все в Санкт-Петербурге, в прошлом году, и в очень скомканном виде. У меня изначально была идея создать что-то свое, полезное.

     

    Я изначально связан с медициной: занимался реабилитацией больных ДЦП, у меня есть свои разработки по псориазу, изучал все это на базе генетики. Я хотел даже уйти в науку, но тут однажды мне поступил звонок с одного большого холдинга, и сказали: «надо помочь». В свое время я занимался серьезными эвакуациями иностранных граждан из Сирии, помогал гражданскому населению получить квалифицированную медицинскую помощь.

    Вот так мы и решили открыть фирму. Обозвали ее «Центр экстренной медицинской помощи», купили машину скорой помощи. Инвестором выступил мой друг. Я к нему пришел и сказал: «Илья, дай мне денег» (смеется). У нас с ним настолько дружеские отношения, что он даже не высчитывал сумму, сказал: «говори, сколько надо? Буду вкладываться». Естественно, открытие скорой помощи вылилось в многомиллионный проект, и он финансировал буквально каждый наш шаг. И финансирует до сих пор. Вкладывается в зарплаты и развитие проекта, без обязательств.

    Когда позвонили из холдинга, мне сказали: «мы даем тебе возможность зарабатывать».
    – А как называется холдинг?
    – К сожалению, я не могу озвучить названия компаний. Это конфиденциальная информация. Одна единственная компания, которую я могу назвать – Renaissance Heavy Industries. Это крупнейший турецкий холдинг, который строит все крупные объекты в России. RHI имеет отношение к созданию «Бастиона». Непосредственно управляющие лица компании принимали решения, давали условия для работы и сами стали нашими клиентами. По сути, мы являемся генеральными подрядчиками по созданию медицины всего холдинга.

    Официально у меня – два больших медпункта: один – в Ленинградской области, другой – в Забайкальском крае. Всеми договорами, финансовыми и бухгалтерскими делами занимается холдинг. Я не бухгалтер. Мое дело – лечить людей.

    WhatsApp Image 2022-07-18 at 18.02.42.jpeg

    Сотрудничество с «Балтийской Зарей», стажировки, методики «Милана»

    – И когда же началось ваше сотрудничество с «Балтийской Зарей»?
    – Это произошло в том же, 2021 году. К началу сезона к нам обратилась «Балтийская Заря», с дежурством скорой помощи. Они заявили, что им нужны медики, которые будут помогать. И не просто как скорая помощь, а как люди, которые разбираются в медицине, в том числе – спортивной.

    Я начал все это изучать. В ковидные времена, с учетом всех ограничений, была проделана очень колоссальная работа. Все-таки спортсмены – это особая каста.

    – До этого у вас уже был опыт работы со спортсменами?
    – Да. Я и начал работать именно со спортом. Одна медицинская компания в Санкт-Петербурге, которой я очень благодарен, дала мне возможность работать на крупных спортивных мероприятиях. Я был на матчах «Зенита», на «Игора драйв» – там вообще сумасшедший травматизм. На этих мероприятиях я впитывал опыт. Поэтому к «Балтийской Заре» я уже подошел подготовленным.

    – Сколько времени у вас ушло на эту подготовку?
    – Полтора года. С начала 2020-го по середину 2021-го. Пришлось изучить массу литературы, аудиокниг. Пришлось даже выковырять все кандидатские и докторские работы по спортивной медицине – без знания этих работ в спортивной медицине делать нечего.

    – Насколько отличается специфика изучения спортивной медицины от базовой?
    – Опыт, полученный коллегами, который я изучал, – его нельзя отнести к базовому. Каждый организм – это что-то индивидуальное. На здоровье спортсмена может влиять даже обыкновенный насморк. Заложенность носа – недополучение кислорода – неправильное, сбитое дыхание, и все – результаты падают очень сильно. Я отслеживал это все в динамике, в таблицах, и перекладывал опыт коллег на свою работу. Например, замер сердечного ритма спортсмена, который постоянно бегает, и всего остального, давал возможность скорректировать работу спортсмена в команде здесь и сейчас.

    – «Балтийская Заря» – ваш первый полноценный клуб, в котором вы работаете?
    – Да.

    – А у кого-то проходили стажировку? Кто давал вам возможность сделать первые шаги в спортивной медицине?
    – Конкретных клубов у меня не было. Были просто одиночные соревнования. На легкоатлетических соревнованиях, некогда проходивших в нашем спортивном манеже, я первый раз столкнулся с допинг-контролем, и даже с тем, что нужно было даже отдельно подбирать препараты, чтобы спортсмена потом не отстранили из-за допинга. Потом проходил швейцарский чемпионат по велоспорту, и там я уже окунулся с головой в спортивную медицину. Даже если у спортсмена болит голова, вместо того, чтобы просто дать какой-то препарат, я должен был провести какой-то сумасшедший опрос, измерения, и все это согласовать с допинг-контролем. На Saint-Petersburg Open в «СИБУР Арене» я закрепил свои знания. Работа с теннисистами дала мне конкретные практические знания. Теннис – это и про порванные связки, разбитые коленки, и множество других нюансов.

    RDNpHsYs2TLaJD4zrPA9arrWmqr1C5G7kkyZVi_Et8wt9cg3MAxpemcT_AHGhhB6q0NwZarZqJlwd5gR5j0NwUpQ.jpg

    – Чем вас заинтересовала работа в «Балтийской Заре»?
    – Во-первых, доступ конкретно к спортсменам. Об этом мы общались с Ириной Кудеровой. Под доступом подразумеваю сбор и аналитику данных спортсменов. Тем более, что в составе – молодые спортсменки, организм которых еще только развивается. Отслеживание спортивных достижений в динамике, с учетом медицинских показателей, – это, конечно, больше научная деятельность, но при этом – бесценный опыт, который ты больше нигде не получишь. Становление команды и накладывание на это всех медицинских показателей. В плане прохождения той же диспансеризации – возможность отслеживания всех анализов, их изменений.

    В начале 2000-х в футбольном клубе «Милан» был создан университет спортивной медицины, и я брал зацепку именно оттуда, опирался на их опыт. Я хотел создать это у нас, здесь. И сейчас есть возможность создать на этапе становления клуба. В дальнейшем сделать это было бы тяжелее, а именно сейчас можно получать тот опыт, который в будущем ты можешь передавать другим клубам. Это целая научная деятельность. Да, это сухие цифры и данные, но от них зависит дальнейшее благополучие спортсмена. А в женских сборных доходит вплоть до отслеживания психоэмоционального состояния и его влияния на достижение результата.

    – Вы упомянули медицинский опыт «Милана». Какие конкретные методики вы подчерпнули оттуда для применения их в женском гандболе?
    – Методики абсолютно одинаковые – будь то гандбол или футбол. От них я в первую очередь позаимствовал исследование психоэмоционального состояния. С научной точки зрения исследование построено на еженедельном анализе крови. Таким образом отслеживалось состояние организма, под которое потом для спортсмена уже можно выбрать ту или иную методику тренировок. Допустим, сегодня он пробежал 500 метров – нагрузка одна; завтра пробежал 1000 метров – нагрузка другая.

    Гандбол – резкий спорт, который подразумевает очень быстрый старт спортсмена. В женском организме очень много особенностей. Отслеживая все эти состояния, можно даже разработать план индивидуальных тренировок, которые скажутся на игре.

    – То есть эти методы анализа из «Милана» уже внедрены в систему подготовки «Балтийской Зари», и в том числе позволяют предупреждать о травмах?
    – Конечно. Я изучал несколько методик:

    У нас очень много используется заморозки. Важно правильно использовать ее. В ряде случаев, когда спортсменка потянула мышцу, лучше не замораживать, а просто на две минуты посадить на скамейку, дать отдохнуть, нежели испортить ей связки заморозкой. А кто-то напротив, очень хорошо переносит заморозку.

    Также, по объему легких: во время перерыва, когда спортсменка побегала, можно дозировано давать кислород – кровь насыщается кислородом, и этого спортсмену может быть достаточно, чтобы хорошо отыграть второй тайм. А если он этого не получит, то в организме произойдет ряд биохимических процессов, которые не дадут ему доиграть в полную силу.

    UOuDGln-_bKX8WT7lpSJ09FODGMb0Rvf0GE3eEHzZx5FeGVCbAfheUCBBrmAQJQxcbSrUIhjzcEUDqMYbqtCa6AJ.jpg

    – За время вашего пребывания в команде уже успели провести полноценный анализ здоровья спортсменок?
    – Еще нет. Я как раз собираю данные. Мы уже идем всей командой на диспансеризацию, вместе со мной.

    – Какие предсезонные мероприятия предстоят у «Балтийской Зари» по медицинской части?
    – В первую очередь, диспансеризация. Со сдачей всех анализов, со всеми обследованиями (кровь, УЗИ, флюрография, ЭКГ). Начинаем все с нуля: я завожу медицинскую картотеку – на каждого игрока будет создана своя карта, со всеми необходимыми данными. Уже от них буду отталкиваться – это будет «отправная точка». Потом эти данные я буду уже сравнивать на игре – необходимое оборудование для этого есть. Диспансер даст нам исходные данные, а дальше я уже буду отслеживать состояние каждой спортсменки и вести данные.

    У нас есть договоренности со стационаром, поэтому по ходу сезона, если возникнут какие-то травмы во время тренировок или матчей, спортсменки смогут там обследоваться. Медицинский центр готов предоставить все свои площади, палаты. Центр расположен в Калиниснком районе, но там есть специалисты, рентген-аппарат. Когда были ковидные ограничения в 2021 году, то это все было очень тяжело, но сейчас уже будем работать с клубом в новом качестве.

    – Думаю, этот непростой год только закалил вас.
    – Да. Сейчас гораздо проще. Все ограничения сказались в плане того, что ты с учетом этой инфекции смотришь на все остальное. Поэтому морально я готов к любым потенциально возможным ограничениям в будущем, и даже с этим учетом соответствующим образом выстраиваю работу. Вплоть до написания командных рекомендаций.

    – А в обычное время имеется какой-то перечень рекомендаций? Из чего он состоит?
    – Конечно. В первую очередь, нужно отслеживать свое питание. С учетом полученных результатов анализа крови и других исследований, я буду составлять определенные рекомендации. Даже лишние 500 грамм веса нельзя быстро сбросить без риска для организма. Также будут рекомендации по поводу потребления воды. Также будут определенные «профилактики», с учетом особенностей женского организма в определенные периоды. От этого будет зависеть режим приема необходимых препаратов, потому что иногда они дают побочные эффекты.

    – В этом сезоне «Балтийская Заря» впервые в своей истории выступит в российской Суперлиге. Класс команд – значительно выше, борьбы на площадке, очевидно, будет больше, а вместе с этим – риски получить травму. Какие личные рекомендации вы бы дали гандболисткам, так скажем, «вне регламента», для поддержания их физического состояния?
    – Вот отсюда у нас и приходит бесценный опыт нашего футбольного клуба «Милан». Во-первых, правильная, удобная обувь. Заминки, растяжки – работа на связки, суставы. Важно работать не только на тренировках, но и проводить какие-то занятия дома. Когда организм будет в тонусе, будет меньше травматизма на площадке, и это позитивно скажется на результатах команды. Это обезопасит от риска получить травму на тренировке.

    Еще важно научить игроков команды правильно падать. Падений в гандболе бывает очень много, особенно при бросках вперед.

    hKJhPPMIrrO83XyO8EmayMA7J_Ia49og0BhgTQyeJrQCYmEAij9-WcEN430Ns8cpl3PzGHx9iEGRXAw5XsvgZOJU.jpg

    – Даже трудно представить сходу эту тренировку визуально! Как это будет происходить?
    – Здесь акцент будет сделан на физику, анатомию и реакцию – какие мышцы, кости, суставы задействованы при падении; как быстро погасить скорость в падении. А ведь еще нужно и бросок сделать. Честно говоря, я сам только начинаю изучение этих процессов, составляю себе все это по пунктам. Изучение я начал аж с того, какая обувка у спортсмена. Почему? Стельки, строение стопы – все это сказывается.

    – Учитывая тот факт, что на данном этапе карьеры вы тоже учитесь вместе с тем, чтобы учить игроков, это позволяет вам проще доносить информацию до спортсменок, или же в силу опыта это будет сложнее?
    – Пока не пробовал. Сейчас прошли только первые тренировки. Подобных разговоров внутри команды еще не было. Очень тяжело перевести медицинский язык на простой. Все будет постигаться в процессе.

    – Вы уже понимаете для себя, как подать эту информацию?
    – Это будет импровизация. И я к тому, что каждая спортсменка не может заранее предугадать, как она упадет. Нужно будет сначала пронаблюдать за ходом тренировочного процесса.

    – Я имел в виду не столько ситуации, сколько языковой способ подачи. Есть же медицинская терминология, а есть русский, разговорный язык.
    – На словах надо просто будет подходить к спортсменке и объяснять. И опять же, все равно это будет и с помощью каких-то ситуативных примеров. По-другому никак.

    Благотворительность, медицинский штаб команды

    – В рамках сотрудничества с «Балтийской Зарей» у вас также запланировано регулярное освещение деятельности центра и социально-благотворительных мероприятий. В чем это будет заключаться?
    – Здесь мы забежим немножко вперед. Моя компания занимается благотворительностью не только в плане спорта, но и в отношении нуждающихся в этом людей, пенсионеров. Не все могут оплатить частную скорую помощь для перевозки больного. А мы как раз это осуществляем в рамках благотворительных акций. Есть люди, которые к нам обращаются и просто просят помощи. Перевести человека из одного города в другой, бывает, очень затратно. Мы анализируем, объявляем благотворительный сбор, и эти деньги уходят на помощь людям. Мы отправляем свою же машину, заправляем ее, отправляем докторов, препараты, согласовываем все с больницами. Если человек нам позвонил, значит ему действительно нужна, и ему уже некуда звонить.

    WhatsApp Image 2022-07-18 at 18.03.07.jpeg

    – Вам поступают прямые звонки, или по согласованию через больницы?
    – Бывает, что коллеги из больниц звонят и просят помощи. Например, прошлая зима показала катастрофу: очень много пенсионеров падало, были переломы. Наша машина оборудована специальными вертолетными носилками, которые позволяют эвакуировать человека из любого жилого помещения. Городская скорая помощь работала буквально на износ, особенно в ковидные времена.

    – И им вы тоже помогали?
    – Да. Они, например, просили хотя бы привести человека в больницу. Мы ехали. Ну а что сделаешь? Бабушке 92 года, у нее передом шейки бедра, она весит почти 80-90 килограмм. А больше не к кому обратиться. Мы собирались, ехали и привозили.

    И «Балтийской Заре» тоже будем помогать. Я знаю медицину и, немножко, с другой стороны. Если у спортсменки что-то случилось, и ей нужно срочно пройти УЗИ или другие обследование, то нам проще будет сделать это по договоренности с каким-то медицинским центром, и компенсировать центру затраты на диагностику, но зато мы очень быстро получим результаты изменения организма спортсменки.

    – А что можете сказать по поводу численности медицинского штаба команды? У кого будут какие обязанности?
    – Штаб у нас не совсем большой. У нас есть доктор, терапевт-кардиолог, который будет закреплен за контролем общего здоровья спортсменок. Организация всех медицинских мероприятий будет лежать на мне. И еще шесть человек из медперсонала: лаборатория, врачи, отвечающие за анализы, два рентгенолога, которые будут заниматься отслеживанием изменений.

    – Увидим вас на матчах?
    – Конечно. Я буду на всех матчах.

    «По дороге у меня чудом оказался кислородный баллон. Случай на грани жизни и смерти»

    – За годы вашей медицинской практики и работы в «Бастионе» наверняка были какие-то наиболее частые и наиболее тяжелые случаи, с которыми вам приходилось сталкиваться. Как вам приходилось с ними справляться?
    – Наиболее частые – дорожно-транспортные происшествия. По мере возможности я оказываю первую помощь. При этом медики очень связаны уголовным кодексом, и после оказания медицинской помощи, к сожалению, что-то может «пойти не так», и медика могут арестовать. К сожалению, мы от этого не застрахованы. Хотя уже что-то подобное разрабатывается.

    Был случай (не по вызову): я ехал по кольцу, прямо передо мной случилось очень жесткое ДТП, и мне пришлось очень жестко и быстро оказать помощь семейной паре – человек очень сильно пострадал. Я передал его реанимационной бригаде уже приведенного в чувства. Это было в прошлом году. По дороге у меня чудом оказался кислородный баллон, который я просто не выложил. Случай оказался буквально на грани жизни и смерти.

    WhatsApp Image 2022-07-18 at 18.02.35.jpeg

    Второй случай произошел недавно на кингисеппской трассе. К сожалению, в одной из машин человек погиб, еще до момента оказания помощи, а семилетнюю девочку с сильными ушибами с пришлось вместе с мамой передать скорой помощи для отправки в больницу. К счастью, вовремя оказался в нужный момент.

    Из рабочих моментов: занимался эвакуацией, вез ребенка из нашего центра Алмазова в Москву на аппарате искусственного дыхания. Девочке четыре месяца, она еще не могла самостоятельно дышать. Эта поездка далась очень тяжело. По дороге мы заезжали во все больницы, в которые только могли.

    Из частных обращений: один очень известный человек в Санкт-Петербурге, медийная личность (не буду раскрывать, поскольку он не хотел где-либо засветиться). Он обратился ко мне. Я возил его ребенка, на аппарате искусственной вентиляции легких, на обследование. С врачами мы разрабатывали методику лечения. Сейчас, к очень большому счастью, ребенка перевели на собственное дыхание.

    P.S.

    «В свое время я также занимался реабилитациями детей и взрослых с ДЦП, постинсультными состояниями. Это опыт.

    С сентября я начинаю обучение в медико-социальном университете. Я стараюсь объединить специалистов в нашей команде медиков, чтобы перенять опыт. У каждого врача есть свой жизненный опыт, багаж знаний: студенческий опыт, ординатура, дальнейшая работа. И ты все это совмещаешь.

    Центр – это, некоего рода, сбор информации. На опыте какого-то случая, который произошел когда-то, ты можешь понять, что происходит с больным».

    Фото: пресс-служба ГК «Балтийская Заря», личный архив Максима Сташонка


    Читайте Спорт день за днём в


    Новости партнёров