Нападающий сборной России Константин Горовиков: После гола Ковальчука память отключилась

Нападающий сборной России и СКА Константин Горовиков буквально вскочил в последний вагон уходящего в Квебек поезда. В начале сезона его не вызывали на сборы национальной команды, и из всех этапов Евротура он принял участие только в последнем — «Ческе Пойиштовны».

 Однако в последний момент Быков взял в Канаду именно его, оставив за бортом первенства самого Яшина. В беседе с корреспондентом «Спорта» свою золотую медаль хоккеист назвал не иначе как чудом.

— После победы над канадцами в финале чемпионата мира прошла неделя. Эмоции уже не такие яркие?
— Сейчас все в полном порядке. Стараюсь спокойно смотреть на вещи. Разумеется, был рад победе, но потерял самообладание лишь на короткий отрезок времени. Помню, как загорелся красный свет за воротами после гола Ковальчука, а дальше память отключилась.

— Цитируя «Джентльменов удачи»: «Тут помню, тут не помню. Так не бывает»…
— (Улыбается.) Такие сильные эмоции испытываешь не каждый день и поэтому просто не знаешь, как себя вести.

— То, что творилось на льду и в раздевалке, все видели, а как отмечали победу за пределами Ледового дворца?
— Ничего экстраординарного не было: посидели все вместе, отметили. Мы забыли, как выигрывать, но как отмечать победы — никто не забыл (смеется).

— Насколько мне известно, вы к спирт­ному равнодушны. Шампанское хоть пригубили?
— У меня свои взгляды на жизнь: действительно не выпиваю, и этот раз не стал исключением. Чисто символически пригубил шампанское из кубка.

— Весь мир облетели кадры, когда наши ребята в обнимку пели гимн России. Кто оказался самым голосистым?
— Все пели вроде под одну музыку, но каждый на свой лад. На таких эмоциях даже человек, обладающий идеальным слухом, не смог бы спеть как положено.

— Было ощущение, что совершили великое дело?
— Сначала ни о чем не думал, потом, когда уже переварил произошедшее, осознал, что это была важная для страны победа.

— И тем не менее в третьем периоде финального матча ваше звено тренер посадил на скамейку. Почему?
— Думаю, потому, что мы не справлялись с теми задачами, которые были поставлены перед нами на тот момент. Надо было побеждать, и тренер выбрал сильнейших игроков. Мы не попали в их число.

— Если говорить про чемпионат в целом, как можете оценить игру своего звена?
— Если не брать в расчет финальный матч, то в общем доволен. Мне кажется, наше звено приносило пользу команде.

— Удалось пообщаться с тренером СКА Барри Смитом?
— Знаю, что он был в Квебеке, но поговорить нам не удалось. А вот с Александром Ивановичем Медведевым поздравили друг друга. Мне очень нравится, что он по-настоящему любит хоккей. Приехал за тридевять земель и искренне радовался победе.

— В день финала автобус с игроками сборной не пустили на территорию Дворца спорта, и ребятам пришлось идти до арены пешком. Как это отразилось на эмоциональном состоянии хоккеистов?
— Дело было не в расстоянии, которое требовалось пройти: сто метров — не решающий фактор. Просто российские хоккеисты ­— народ суеверный. Многие стараются делать все одинаково, чтобы не сбивать фарт. Игрокам остальных сборных все равно, с какой стороны автобус подъехал и сколько метров прошли пешком.

— В свое время вы играли за «Оттаву», но закрепиться в «основе» не смогли. Победой над родоначальниками хоккея доказали, что вас недооценили?
— Вообще не думал об этом. Да и о какой мести может идти речь? При желании все можно исправить: «Подпиши контракт и играй»!

— А есть такое желание?
— Не знаю… На этот вопрос можно ответить, только когда есть конкретное предложение от конкретного ­клуба.

— Какое впечатление от Квебека?
— Город красивый, но мне не удалось нигде побывать. Холодно было: постоянно дул ледяной ветер. Да и мысли были заняты другим. Могу сказать только одно: местные жители очень любят хоккей, по телевизору постоянно показывают матчи…

— В том, что вы попали на чемпионат мира, есть доля везения?
— Это настоящее чудо. Впрочем, моя супруга постоянно говорила, что поеду в Канаду. И откуда она только знала? Меня ведь не брали ни на один сбор национальной команды.

— Почему не взяли ее с собой в ­Квебек?
— Посчитал, что не стоит им ехать. Во-первых, далеко, а во-вторых, у нас маленький ребенок. Не смог бы находиться рядом и не замечать их. Меня постоянно мучила бы мысль: покушали они или нет, как разместились...

— Говорят, для всех ребят на время чемпионата мира сборная стала единственной семьей.
— Нашу команду объединила единая цель. В итоге все срослось: мастерство исполнителей, их желание победить… И как результат — сама победа!

— На улице в вас узнавали русского хоккеиста?
— Однажды подошли в магазине, услышав русскую речь. Мы разговорились, и местный житель сказал, что желает нам сыграть в финале с канадцами, мол, этого ждет вся Канада.

— Было ощущение, что совершили великое дело?
— Сначала ни о чем не думал, потом, когда уже «переварил» произошедшее, понял, что это была важная для страны победа.