Нападающий «Зенита» Александр Кержаков: «Реализовали задумки»

3-й тур. «Динамо» — «Зенит» — 1:2

Защищавший цвета «Динамо» в прошлом году форвард Александр Кержаков ныне играет на острие атак «Зенита» и связывает помыслы только с этой командой. Его взгляд на матч был особенно интересен, поскольку он знает изнутри оба клуба.

— Какие впечатления оставил матч?
— В первом тайме мы полностью переиграли «Динамо». Забили два гола, хотя могли и больше. Во втором привезли себе ненужный пенальти, которого можно было избежать. Имели еще как минимум две возможности увеличить счет, но не получилось.

— Все ли задумки удалось воплотить в жизнь?
— Только в первом тайме, когда мы полностью контролировали игру. Во втором «Динамо» ушло от схемы 4-4-2, поэтому стало сложнее.

— Что было тактически самым важным, по мнению Спаллетти?
— Он просил нас использовать свободные зоны, которые «Динамо» оставит открытыми.

— Не удивило ли вас количество свободных зон, которые «Динамо» предоставляло вашей ­команде?
— Мы сами построили игру так, чтобы они появлялись и Данни мог вырываться на простор. А удивляться тут нечему, просто «Динамо» действует именно так.

— Насколько принципиальна для вас была встреча с «Динамо», учитывая, что московские болельщики вас не забыли и игра носила для них дополнительный подтекст?
— Мне сложно судить об отношении ко мне со стороны болельщиков. А лично для меня важна была победа. Начало сезона, плюс встречались две ­команды, претендующие на высокие места. К тому же «Динамо» хорошо стартовало, и у нас было одинаковое количество очков после первых туров.

— Соперник сильно обновил состав, и сложилось впечатление, что «Динамо» немного недооценило вашу команду или же не справилось с волнением.
— Мне сложно говорить о настроениях соперника, потому что для меня «Зенит» сейчас лучший клуб в чемпионате России. В первой половине встречи мы полностью переиграли хозяев, а во второй они перестроились, и при счете 2:0 в нашу пользу матч стал складываться по другому сценарию.

— Вы так весело общались после матча с Федором Смоловым, смеялись. О чем говорили?
— А что мне, грустить что ли?

Москва