• Русская Пятерка, изменившая хоккейный мир

    Легендарная Русская Пятерка «Детройта» покорила Америку и Канаду

    19.12.15 02:18

    Русская Пятерка, изменившая хоккейный мир - фото

    «Их фамилии — Фетисов, Ларионов, Козлов, Константинов и Федоров. Хоккейные болельщики в Детройте считают, что это лучшее, что когда-либо экспортировала Россия, если не считать водки».

    Отчет агентства АР, 1997 год

    Двадцать пять лет назад, в конце октября 1995 года, в Северной Америке появилась новая пятерка, которая изменила лицо не только НХЛ, но и всего мирового хоккея. На площадку в составе «Детройта» вышли пять русских хоккеистов: защитники Вячеслав Фетисов и Владимир Константинов, нападающие Сергей Федоров — Игорь Ларионов — Вячеслав Козлов. Все они прошли школу знаменитого ЦСКА, но в историю вошли как Русская Пятерка (Russian Five).

    Советская идея — на американскую землю

    Хотя первые хоккеисты из СССР появились в НХЛ еще в 1989 году, еще долго местные специалисты муссировали тему: способны ли «пришельцы» решать судьбу Кубка Стэнли? Хватает ли им мастерства и воли, чтобы биться в изнуряющем марафоне — выигрывать четыре серии, два месяца находясь на пике формы? И хотя заветным перстнем уже владел не один российский игрок (и Зелепукин, и Немчинов, и Зубов, и Ковалев, и Карповцев), но именно успех Русской Пятерки в «Детройте» доказал, что отечественная школа хоккея может котироваться на том же уровне, что и заокеанская.

    О магии игры этого звена можно говорить долго, но понять ее до конца никто так и не смог. Даже наставник «Детройта» легендарный Скотти Боумэн, считавший себя учеником Анатолия Тарасова, часто подходил к своим подопечным и спрашивал: «Я все вижу, но все равно не могу понять, как вы играете?» Что уж тут говорить про простых смертных.

    Именно Боумэну, руководившему «Красными Крыльями», пришло в голову объединить российских хоккеистов в одно звено. В Советском Союзе целые пятерки — распространенная практика, но в Северной Америке обычно играют тройками — трио нападающих выходит на площадку с разными парами защитников.

    Другое ноу-хау заключалось в том, что Русская Пятерка часто выходила на лед вместе не в начале матча, а во втором или третьем периоде — когда требовалось дожать соперника. И противник просто оказывался не готовым к тому, что по ходу матча нужно было перестраиваться и обороняться против комбинационной игры россиян.

    В то время большинство клубов НХЛ действовали по простому принципу: вбросить шайбу в зону и постараться накрыть соперника в его зоне. Россияне же предпочитали действовать в пас, задействуя всю пятерку. Кроме того, крайние форварды — Федоров и Козлов — часто менялись флангами, дезориентируя защитников.

     

    — Оппоненты просто не знали, как бороться с ними, — вспоминает генеральный менеджер «Красных Крыльев» Кен Холланд. — Я помню, как Ларионов и его партнеры говорили: «Тот, у кого шайба, и контролирует игру». У них была одна хоккейная школа, и они идеально понимали друг друга.

    Профессор надоумил Боумэна

    Идея Боумэна оказалась гениальной: россияне демонстрировали потрясающий хоккей, а на родине в те годы вся страна следила за великолепной пятеркой и неистово болела за команду из «Хоккейтауна».

    Боумэн, приняв «Детройт» в 1993 году, достаточно быстро превратил его в фаворита лиги, но для завоевания Кубка Стэнли требовалось нечто большее, чем просто сильный состав. И вот 27 октября 1995 года решение было найдено: в матче против «Калгари» пятеро россиян были объединены в одно звено в одном клубе НХЛ. Этот шаг стал возможен после перехода в команду из «Сан-Хосе» Игоря Ларионова — он уже успел навести шороху на всю Америку в паре с бывшим партнером по ЦСКА Сергеем Макаровым. Кстати, в тот момент руководству «Детройта» сильно досталось за приобретение 34-летнего Ларионова — его обменяли на форварда «Ред Уингз» Рэя Шеппарда, который за четыре сезона забросил 150 шайб. «Акулы» тогда предложили большой список игроков, которых они были готовы отдать за Шеппарда. Но Боумэн принял решение заполучить Профессора и создать Русскую Пятерку.

    — Первоначально не все были настроены оптимистично, — вспоминал позже Боумэн. — Скажем, Федоров был недоволен этим решением. Возможно, он ревновал к Ларионову, потому что хотел играть в центре. Я пробовал его уговаривать, но поначалу он категорически отказался переходить на фланг.

    Эксперимент оказался успешным, в дебютном матче «Калгари» было обыграно 3:0 благодаря голам Козлова и Ларионова.

    От удачного сочетания Боумэн решил не отказываться и в дальнейшем. И, естественно, не прогадал. Русская Пятерка стала первым звеном и основной движущей силой «Ред Уингз».

    В том же сезоне клуб установил рекорд лиги, одержав 62 победы в «регулярке», лишь на один балл отстав от рекорда НХЛ по количеству набранных очков, — его установил «Монреаль» в чемпионате 1976/77. Правда, развить успех в плей-офф не удалось — Кубок Стэнли — 1996 достался «Колорадо», где блистали Руа, Сакик и Форсберг. Но волшебство Русской Пятерки околдовало уже весь Новый Свет.

    Козырная карта «Детройта»

    Мудрый Боумэн удивительно тонко почувствовал, что два разных поколения российских хоккеистов (Ларионов и Фетисов, с одной стороны, Константинов, Федоров и Козлов — с другой) способны удивительно эффективно играть вместе, прекрасно понимая и дополняя друг друга. Опыт ветеранов дополнялся скоростью и универсализмом Федорова, напористостью Козлова и мощью Константинова. Все это напоминало нашим болельщикам знаменитую советскую сборную или Красную Машину, как ее называли за океаном.

    — Мы играли в такой хоккей, который мы понимали, и наслаждались им, — говорит Федоров, недавно введенный в Зал славы НХЛ. — Помню, часто, когда мы находились на льду, проводили большую часть времени в зоне соперников. Мы доминировали, потому что этот стиль был необычен в то время и команды не знали, как защищаться против игроков, постоянно передвигавших шайбу по площадке.

    Техника, катание, комбинационный стиль, приправленные энергией и жесткостью, вскоре стали знаком качества не только российского звена, но и всего клуба в целом.

    Спустя год Город моторов ждал уже большой праздник, прервалась 42-летняя «засуха» — Кубок Стэнли вернулся в Детройт. В финале Западной конференции «Крылья» вновь встретились с «Колорадо», взяв реванш за прошлогоднее поражение. А в главном финале была обыграна «Филадельфия», знаменитая своим звеном «Легион Смерти»: Леклер — Линдрос — Ренберг. И Русская Пятерка оказалась главной ударной силой команды Боумэна в плей-офф. «Красные Крылья» выиграли все 16 матчей, где забивали наши хоккеисты, и уступили в тех четырех, где они «взяли паузу».

    Шесть дней: от триумфа до трагедии

    — Они играли в совершенно другой хоккей, который разительно отличался от действий всех остальных, — вспоминал Боумэн в 2010 году, когда отмечалось 15-летие образования Русской Пятерки. — Это было настолько удивительно, что защитник оборонительного плана Константинов мог оказаться с глазу на глаз с вратарем соперника. Хочу сказать, что я иногда ограничивал их игровое время, мне не хотелось, чтобы противники их травмировали или провоцировали на грубость и драки. Для меня Русская Пятерка была чем-то вроде козырной карты, которую я иногда использовал в третьем периоде. Но им самим я об этом никогда не говорил.

    Но долгого празднования после победы в Кубке Стэнли 1997 года не получилось. Уже спустя шесть дней после победы произошла трагедия. В страшное ДТП по вине водителя-наркомана с говорящей фамилией Гнида попали Фетисов, русский массажист Сергей Мнацаканов и Константинов (в тот сезон он был номинирован на «Норрис Трофи» — приз лучшему защитнику сезона). Травмы последнего оказались самыми тяжелыми. Повреждение головы, частичный паралич, долгая кома… Лишь в апреле 2013 года в состоянии Константинова последовали серьезные улучшения: он начал вставать с инвалидного кресла и самостоятельно ходить.

    С этой аварией, по сути, и завершилась история Русской Пятерки, которая стала яркой страницей не только в клубной истории «Детройта», но и НХЛ в целом.

    В 1998 году «Детройт» второй раз подряд взял главный заокеанский трофей. И игроки посвятили эту победу Константинову и Мнацаканову. А по ходу сезона в команде даже появилась Русская Пятерка — 2: был приобретен российский защитник Дмитрий Миронов. Правда, вместе они выходили на лед уже не часто. Федоров и Ларионов были на ключевых ролях в команде и в следующей победе в «Стэнли Кап» — в 2002 году. И самое главное, последние 20 лет стиль «Ред Уингз» ассоциируется с игрой в быстрый пас и контролем шайбы — чертами, привитыми Русской Пятеркой в далеком уже 1995-м.

    Дословно

    Скотти Боумэн:

    — Двадцать лет назад эти парни привнесли совершенно новый стиль игры в НХЛ. В наше время многие команды придерживаются такого стиля. Когда Русская Пятерка находилась на льду, тебе требовалось запасаться попкорном, потому что ты знал, что сейчас будешь получать удовольствие. Они не просто играли в хоккей, они создавали на льду шедевры.

    Проект реализован на средства гранта Санкт-Петербурга.


    Читайте Спорт день за днём в


    Новости партнёров