YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram RSS Мобильная версия


Тарас Безубяк: Ответил Тихонову: «По субботам руки в штрафной не считаются» Член судейского комитета РФС, арбитр ФИФА — о «Смене», Давидсе и ВТБ

Тарас Безубяк
Фото:

Иногда жалеешь, что специфика работы редактора, ежедневно в стенах редакции бьющегося за выпуск газеты или загрузку интернет-сайта, практически не оставляет времени пообщаться с достойными людьми. Так получилось, что я готовил интервью к 50-летию Тараса Безубяка, и с того момента виделись мы лишь отрывочно, на каких-то футбольных матчах. Пролетело— промчалось десять лет. Известный питерский арбитр уже разменял седьмой десяток. Повод! Не простил бы себе, если бы вновь обстоятельно не пообщался с Безубяком.

Тарас Михайлович пригласил к себе в директорский кабинет Малоохтинского колледжа. «Педагогика — это призвание», — уверен герой нашей рубрики. Не сомневаюсь, судейство — тоже! Выпили по кружке зеленого чая, начали с прошлого — Лобановский и Бесков, Лемешко и машина ассенизатора, град камней в Ереване — так и добрели до наших дней.

В «Футбольном обозрении» назвали Миляускасом

— Родился я на Украине. В дет­стве, как и все мальчишки, гонял мяч во дворе, участвовал в различных турнирах. Болел за киевское «Динамо», — вспоминает Тарас Михайлович. — Позже даже получил приглашение в юношескую команду «Буковина» (Черновцы). Однако в 1973-м меня призвали служить в Кронштадт. Флот дал закалку — дисциплина, порядок, ответственность. Демобилизовавшись, решил остаться в Ленинграде.

— Полюбили город или нарисовалась карьерная перспектива?
— Ленинград, Санкт-Петербург всегда притягивал сильных личностей. Не все в нашем городе приживаются, в основном творческие люди. Наверное, я один из них.

 

— При каких обстоятельствах в вашей жизни появился судейский свисток?
— Окончил педагогический институт имени Герцена. Играл в футбол в городских соревнованиях. Защищал цвета «Севкабеля», который тренировал… мой будущий коллега Алексей Румянцев. Один раз мы даже выиграли межрайонное первенство города на Неве. И судейскую карьеру начал именно с матчей чемпионата Ленинграда, а уже в 1982 году получил рекомендацию обслуживать игры второй лиги чемпионата СССР.

 

— Своим учителем вы называли ленинградского арбитра Германа Галикова. Кстати, можно ли сравнить критерии отбора молодых судей в начале 1980-х и в нынешний период?
— Я начинал работать у Галикова в бригаде, видел уровень практического судейства Германа Георгиевича. Насчет отбора молодых арбитров? Действительно, принципы заметно отличаются. Раньше перспективных судей замечали еще по играм второй лиги и плавно подводили к элите. Между прочим, чтобы оказаться в списке арбитров высшей лиги, нужно было набрать 41 балл, то есть получать от инспекторов оценки отлично или хорошо. Тройки не засчитывались.

 

— Советская вторая лига, особенно Кавказ, Средняя Азия не отличались чистотой футбола?
— Вспоминаю матч «Нефтяник» (Фергана) — «Океан» (Находка). Болельщики, будем откровенны, в тех регионах не всегда были адекватными. Прилетели в Фергану на матч, и не знаем, куда ехать. Пришлось добираться на такси. Благодаря таким играм зарабатывал репутацию. И через год уже судил первую лигу.

 

— Там тоже были командочки…
— Но какой уровень футбола! Судил в Волгограде матч «Ротор» — «Гурия». На стадионе — 45 тысяч болельщиков. 2:2 сыграли, я по два пенальти в обе стороны назначил. Расслабиться некогда. Как в баскетболе — атака на атаку, ты постоянно в динамике находишься.

 

— Пресловутый материальный фактор менялся?
— От десяти рублей до семнадцати с половиной. Это были деньги! Билет на самолет от Питера до Москвы стоил 18 рублей.

 

— Первый матч, когда вы оказались в центре внимания футбольной общественности?
— Считаю, матчи высшей лиги чемпионата СССР — это нынешний уровень Лиги чемпионов. В 1989 году судил игру динамовских команд Киева и Москвы. Мне только исполнилось 34 года. Еще молодой совсем! Страсти подогревались принципиальным соперничеством Валерия Лобановского и Анатолия Бышовца. Во втором тайме я не назначил в ворота киевлян пенальти, чем, естественно, прогневал руководство москвичей. Большой резонанс тот эпизод вызвал и на Центральном телевидении. Правда, в передаче «Футбольное обозрение» меня назвали арбитром… Миляускасом! Помимо всего, телевизионная картинка напрочь исказила суть эпизода. Да, защитник киевлян Горилый фолил против москвича Склярова. Но никто не видел мяча! А он тем временем уже покинул пределы поля. Это существенная разница!

 

Подали бумагу на имя генерального прокурора СССР

«Товарищ судья, почему вы не показали желтую карточку Гаврилову, который снял футболку и демонстративно начал ее отжимать?» — «Жарко ведь было».

— Вы застали мэтров — Лобановского и Константина Бескова. Как складывались отношения с футболистами и тренерами?
— В этот список можно добавить Нодара Ахалкаци, Беньяминаса Зелькявичюса, Виктора Носова из донецкого «Шахтера», которые запомнились мне порядочными, интеллигентными людьми. Но Бесков и Лобановский, конечно, стояли особняком. В 1985-м судил игру дублирующих составов «Факел» (Воронеж) — «Спартак». Бесков отправил в дубль группу опытных игроков — Гаврилова, Шавло, Сочнова, а сам расположился на трибуне. Встреча закончилась, мы получили отличные оценки, и вдруг в судейской появляется Константин Иванович. Все просто обомлели. Бесков обращается ко мне: «Товарищ судья, почему вы не показали желтую карточку Гаврилову, который снял футболку и демонстративно начал ее отжимать?» На что я ответил: «Константин Иванович, жарко ведь было». В игре должен незримо присутствовать треугольник: футболист — тренер — судья. Мы то и дело акцентируем внимание на неназначенных пенальти, голах, отмененных из-за положения «вне игры». Но важнее, когда нарушается один из пунктов правил игры: недисциплинированность футболиста на поле.

 

— Тяжелая для судей была команда «Спартак»? «Прессовали» арбитров?
— Не в этом дело. Футбол у них был очень быстрый, постоянные «стеночки». Я же начинал в высшей лиге работать на линии. Чуть опоздал и неправильно свистнул вне игры на Сергее Родионове. Он только развел руками: «Тарас…» Спартаковцы и киевляне меня всегда по имени называли. Я ему жестом дал понять — ошибся: «Извини, Сергей».

 


— Вы вспомнили киевлян. Попасть в немилость к Лобановскому могло означать конец карьеры.
— Кто вам такое сказал?! В киевском «Динамо» великолепно работала научная бригада, которую подбирал Лобановский, вечная ему память. Команды только уходили на перерыв, а Валерий Васильевич мог в корректной форме указать арбитру, на какой именно минуте тот допустил ошибку и в чем заключалась его оплошность.

 

— А с игроками? С Блохиным, например? Телевизионная камера постоянно выхватывала Олега Владимировича, когда он «пихал» судьям.
— Опять промахнулись. У меня с Олегом были прекрасные отношения, никаких проблем. Видели бы вы, с какой радостью мы встретились, когда Блохин год работал в России. Обнялись, расцеловались.

 

— Тренеры советской закалки употребляли крепкое словцо?
— Да, но делали это красиво. Обслуживаем матч «Торпедо» — «Металлист» в «Лужниках». На трибунах болельщиков раз-два и обчелся. Акустика прекрасная. И выходят к бровке покойный Валентин Иванов — с одной стороны, и Евгений Лемешко — с другой. Это надо было слышать! Анекдоты, подколы, стихотворная рифма в адрес игроков. Просто наслаждаешься. И ведь эффект присутствия у бровки ощущался по всему полю. Как и у Юрия Семина. Они педагоги с большой буквы. А хотите историю про Евгения Филипповича?

 

— Разумеется!
— «Металлист» находился на сборах и добирался из Леселидзе в Сочи. Горная дорога, узкая. И машина ассенизатора пыталась проскочить. Вот они стоят друг напротив друга. Лемешко дверь приоткрыл и спрашивает: «Чего везешь-то, так торопишься?» — «Как чего? — удивляется водитель. — Фекалии». — «Понятно, значит, коллеги». (Смеется.)

 

Обеспечивать порядок на стадионе «Раздан» было некому. Болельщики этим воспользовались и пронесли по три-четыре булыжника за пазухой.

— На закате чемпионатов СССР вы оказались в серьезной переделке. Местный «Арарат» принимал ЦСКА летом 1991-го. Армейцы выиграли — 1:0, а затем два с лишним часа сидели взаперти в раздевалке, спасаясь от бушевавшей «снаружи» толпы.
— В чемпионате была пауза. «Арарат» слетал в турне по Америке. Вернулись с корабля на бал. Как и наша бригада. В Ереван из Питера мы (с Алексеем Румянцевым) добирались очень тяжело. Рейс задерживали. Всю ночь просидели в Пулково и прилетели в столицу Армении лишь за час до игры! В машине переоделись и выбежали на поле. ЦСКА играл намного сильнее. Олег Сергеев забил чистейший гол. Никаких вопросов к нашей бригаде даже быть не могло. Игра заканчивается. И полетел град камней. Оказывается, вся милиция из Еревана направилась в Нагорный Карабах, где шли боевые действия. Обеспечивать порядок на стадионе «Раздан» было некому. Болельщики этим воспользовались и пронесли по три-четыре булыжника за пазухой.

 

— Предпосылка к такой развязке существовала?
— Год назад ЦСКА крупно проиграл в Ереване. И после игры Павел Федорович Садырин высказался в таком духе, что болельщики «Арарата» проникали в номера к футболистам в гостинице, угрожали, кричали под окнами, мешали отдыхать перед игрой. Армянам это не понравилось. Обиделись. Решили отомстить.

 

— Досталось и Садырину, и вам?
— От камнеграда так просто не укрыться. Эмоции руководителей армянского клуба вышли за рамки дозволенного. Признаться, впервые испугался за свою жизнь. Даже получил удар от тренера «Арарата». Мы подали бумагу на имя генерального прокурора СССР Тяжельникова, разумеется, дело было на контроле Федерации футбола СССР. После долгого разбирательства виновных наказали, а к нашей судейской бригаде не было абсолютно никаких претензий.

 

— Как удалось выбраться из Еревана?
— Нас приютил знакомый судья из Армении. Утром приехали в аэропорт. Взяли билет до Воронежа и покинули город.

 

— Хотя бы элементарные извинения получили?
— Союз вскоре распался, с «Араратом» мы больше не пересекались. Но в 1994 году получил назначение на отборочный матч чемпионата Европы Армения — Дания! Вновь увидел «знакомые лица» (улыбается). Армяне, надо отдать им должное, извинились. Мы нормально пообщались.

 

— Официальные матчи «Зенита» вы не обслуживали, но наверняка с игроками общались?
— Я бы приравнял матчи турнира породненных городов к официальным, хотя и проходили они в подготовительный период. Болельщики в возрасте должны помнить. Тогда дрезденское «Динамо» приезжало, «Тракия» из Пловдива, французский «Гавр», «Динамо» из Загреба. Все матчи в СКК обслуживали питерские бригады. Это был колоссальный опыт! Мы и по сей день дружим с футболистами «Зенита-84». Недавно открывали футбольное поле. Вышла команда директоров системы среднего профессионального образования и ребята-чемпионы. Мы проиграли 8:4. Магия цифр (смеется).

 

Четыре человека с битами налетели

— Как начиналась для вас карьера рефери ФИФА?
— В 1992-м меня направили на централизованные сборы международных судей. Я благодарен городскому спорткомитету, питерской федерации футбола за то, что выдвинули мою кандидатуру. С годами же я осознал, что у арбитра должен быть собственный менеджер, который будет представлять его интересы в ФИФА и УЕФА. В любом случае судейство международных матчей оставило у меня массу впечатлений, помогло опубликовать ряд методических пособий. Удалось пообщаться с зарубежными коллегами.

 

— Почему не смогли отобраться на финальные раунды чемпионатов мира или Европы?
— У меня не было такой конечной цели.

 

— Хорошо. Спрошу прямым текстом: помешала история на чемпионате Европы U19, когда в матче за третье место Голландия — Греция вы не удалили игрока греческой сборной за грубый фол против Эдгара Давидса?
— Накануне турнира нам раздали циркуляры на английском. Наверное, не слишком глубокое знание языка не позволило досконально его (циркуляр) изучить. Формулировку: «Любая опасная игра, с прямой ногой, с угрозой нанесения травмы карается красной карточкой». 20 лет назад проводился такой эксперимент, сейчас уже нет столь жестких трактовок.

 

— Попали под раздачу?
— В какой-то мере. Хотя и по сей день уверен, что нарушение против Давидса тянуло только на желтую карточку. Однако эпизод случился напротив vip-трибуны. Мне выставили оценку — 3,9.

 

— Вы читали мемуары вашего коллеги Сергея Хусаинова «Люди в черном. Непридуманные истории о судействе начистоту»?
— Нет, даже не слышал, что Сергей издал книгу!

 

— На страницах этой книги он обстоятельно рассказал, как судьям предлагали взятки, угрожали. События происходили в 1990-е…
— Я не знаю историй Хусаинова, его книгу не читал. Но со мной ничего подобного не происходило. Президент ПФЛ Николай Толстых просто не позволил бы.

 

— Разве история с нападением в подъезде собственного дома — не того поля ягода?
— Моя биография чиста. Никакого сговора у меня не было с этой группировкой. Шло долгое судебное разбирательство. Проводились следственные эксперименты. Видимо, такова была политика влияния на арбитров? Хорошо, что остался жив. День. После шести вечера. Входил в подъезд. Четыре человека налетели с битами, удалось вырваться, даже бросился в погоню за двумя. Дети остановили, увидели — кровь хлыщет. Отвезли в Военно-медицинскую академию. Мне очень помогли люди из ПФЛ, Николай Толстых психологически поддержал. Такое время было. Еще окна в квартире разбивали.

 

— Правда, что при Толстых наши судьи были третьими по оплате в Европе?
— Абсолютная! Больше нас зарабатывали только арбитры из Германии и Англии. Это полностью заслуга Николая Александровича.

 

Озеров заходил в судейскую за бутылочкой

— Вы вспомнили Блохина, Гаврилова, а со звездами 1990-х как складывались отношения?
— Не забыть диалоги с Андреем Тихоновым. «Рука?», — кричит спартаковец. «А какой сегодня день недели?». «Суббота». «По субботам не считаются руки в штрафной». Посмеялись и побежали дальше.

 

— Приходилось удалять с поля знаковых фигур?
— Сергею Кирьякову оставалось провести несколько матчей за московское «Динамо», на руках у форварда контракт с немецким «Карлсруэ». Играли в Находке. В «Океане» был такой Сергей Бондаренко, бывший зенитовец, кстати, он потерял мяч. Кирьяков уверен, что я покажу на угловой. Показываю — свободный удар. Кирьяков начинает ругаться и плюет в сторону Бондаренко — капитана команды. Представляете, если бы я такое умолчал?!

 

— История очень напоминает чемпионат мира 1990 года, когда голландец Райкаард плюнул в немца Феллера.
— Вот и наши насмотрелись.

 

— Чем же закончилось «дело Кирьякова»?
— Получил дисквалификацию и не смог попрощаться со своими болельщиками. И что думаете?! Мы встретились с Сергеем спустя пару лет, он извинился, поблагодарил за урок. «Ты знаешь, — говорит. — Я всегда с судьями сцеплялся, но после Находки понял, что в Германии не буду играть, если не изменю поведение».

 

— С харизматичным Боссом из «Локомотива» пересекались?
— Была история. Похожая на кирьяковскую. Овчинников готовился уезжать в «Бенфику». Девяноста минут игры истекли и «Локомотив» убежал в острейшую атаку. Я смотрю на секундомер и даю свисток. Чувствую топот за спиной, на меня несется Босс. Разворачиваюсь, лезу в карман за карточкой. Сергей тормозит. На него подействовало.

 

— Золотой матч «Спартак» — «Алания» осенью 1996-го на «Петровском» — пик карьеры?
— Провел рядовой матч, но перед своей публикой. Это приятно.

 

— За назначение пришлось заочно бороться с Николаем Левниковым?
— Пришло назначение — я обрадовался. Но чтобы бороться… Такого не происходило никогда.

 

— Претензий со стороны Валерия Газзаева не было?
— Валерий Георгиевич всегда предъявлял претензии к судьям. Помните, как моего коллегу Сергея Анохина побили дубинками во Владикавказе. Но что касается «золотого матча», я не дал ни малейшего повода.

 

— Чемпионы России (красно-белые выиграли 2:1) пригласили на банкет?
— «Спартак» сразу улетел в Москву, «Алания» — во Владикавказ. Поэтому мы собрались своей бригадой, с Анатолием Ивановичем Ивановым, долгие годы возглавлявшим питерскую коллегию судей. Посидели, покушали.

 

— Как складывались ваши отношения с комментаторами, которые могли критиковать работу арбитров?
— Я пересекался с такими великими людьми, что грех жаловаться. Николай Озеров, Владимир Маслаченко, Владимир Перетурин, Геннадий Орлов! Николай Николаевич заходил к нам в судейскую за бутылочкой «Боржоми». Любил он этот напиток. «Ребята, я с вами», — говорил и убегал в комментаторскую.

 

— У вас были свои приметы?
— Садился в 39-й автобус, который шел от метро «Московская» до аэропорта Пулково. Счастливый билетик смотрел, номера автомобилей складывал.

 

— Процесс завершения карьеры арбитра прошел для вас безболезненно? Или еще по ночам снились матчи?
— Нет, такого не было. (Смеется.) Я всегда был самодостаточным человеком. В психологическом плане — никаких проблем. Скажу откровенно, пострадала лишь материальная сторона. Ежемесячные гонорары за обслуживание матчей премьер-лиги позволяли не задумываться, образно говоря, о хлебе насущном.

 

— Вы предвосхитили следующий вопрос…
— Мне кажется, жить одним футболом нельзя. Каждый арбитр должен выбрать для себя вторую профессию. Я начинал работать мастером производственного обучения, а в 1988 году меня выбрали на должность директора ПТУ. Думаю, умение работать с людьми — это призвание. Может показаться нескромным, но за 17 лет удалось многого добиться. Причем, работать приходилось с так называемыми трудными подростками, некоторые были осуждены за убийство. К нам в училище приезжали зарубежные представители по правам человека, и ни у кого не возникало вопросов — как по качеству обучения, так и по состоянию материально-технической базы.

 

— Футбольный арбитр — публичный человек?
— Безусловно, во всем мире профессия футбольного судьи — публичная. Это нужно четко усвоить всем начинающим рефери. Ты должен внимательным образом следить за своими поступками, высказываниями в прессе. От этого формируется, как сейчас модно говорить, имидж. А вот директор учебного учреждения — обычная профессия. Здесь во главу угла ставится желание работать на благо подрастающего поколения.

 

— Как удалось совмещать?
— Матчи в основном проходили на выходных. Я переключался. Если заниматься только судейством, можно быстро сгореть. У меня была ответственность перед педагогическим коллективном, учащимися. Выхожу на работу после какого-то матча, который транслировали по центральному каналу, а ребята меня спрашивают: «Почему штрафной назначили, гол из офсайда засчитали, карточку не показали?».

 

— Прямо на уроках дискутировали на футбольные темы?
— На уроках все-таки я пресекал подобные разговоры. На переменах, где-то в коридоре. Другое дело!

 

— Еще вы организовывали празднования 100-летия российского футбола в Петербурге.
— Федерация футбола Санкт-Петербурга назначила меня ответственным за проведение праздника. Написали сценарий. Вместе с известным питерским историком Юрием Лукосяком открыли памятник на могиле Дюперрона на Смоленском кладбище (Георгий Дюперрон — основатель российского футбола и Олимпийского движения в России. — «Спорт День за Днем»). Нашли первое поле — в академии тыла и транспорта. На «Петровском» сыграли сборные Москвы и Петербурга. Официальная часть проходила в театре.

 

— Финансирование шло из бюджета города?
— Да. Спасибо председатель финансового комитета Игорю Артемьеву и губернатору Владимиру Яковлеву. Время было непростое. Артемьев сказал: «Радуйтесь, что деньги дошли до адресата».

 

— Много ветеранов отечественного футбола в Петербург пожаловало?
— Петра Тимофеевича Дементьева последний раз увидели живым. Всех нужно было разместить. Договорились с «Прибалтийской». Едем от Московского вокзала в сопровождении ГАИ. «Тарас, какая у нас программа?», — спрашивает Константин Иванович Бесков. «Сразу на кладбище едем, к могиле Дюперрона», — отвечаю. «Нет, хотя бы на 15 минут нужно заехать в гостинцу. Я не могу ехать на мероприятие не бритым». Бесков — эстет, педант, следил за собой. Праздник получился. Но… за это время нажил себя немало врагов.

 

— Врагов?! Почему?
— Наверное, потому что хорошо провели. Вот только фамилии называть не буду. Даже не просите. (смеется).

 

Столяр приходил без инструмента и рубля в кармане

— Следующая тема не самая приятная для вас. Но если мы ее обойдем, у читателей появятся вопросы, возникнет недосказанность. Летом 2005-го вы возглавили СДЮСШОР «Смена», но уже весной 2006-го со скандалом покинули школу. Что же произошло?
— Могу показаться нескромным, но должен был появиться промежуточный человек, который встряхнет все это хозяйство. И направит в другое русло. Давайте посмотрим в сегодняшний день. Кто работает тренерами в академии «Зенита»? Достаточно молодые, поигравшие в футбол на серьезном уровне. Возможно, им пока не хватает педагогических знаний. Идем дальше. Команды передаются от одного тренера к другому. Именно я начал этот процесс, который взбудоражил почему-то тренеров «Смены» десять лет назад. И еще. Специалист, приглашенный мной на должность главного инженера, и по сей день работает в школе, вернее — уже в академии «Зенита».

 

— Двигали вами благие намерения. Почему же все-таки быстро закончилось?
— Я понимаю сейчас, что совершил ошибку, что согласился пойти в «Смену».

 

— В чем была суть ваших претензий?
— Практически во всем. Вроде бы топовая школа, а гвозди из пола торчали. Вместо того чтобы готовить будущих Желудковых, Саленко или Аршавиных, приходилось искать столяра, который приходил без инструмента и рубля в кармане.

 

— По тренерскому процессу?
— В это дело я не влезал. Пригласил методиста (заслуженного тренера России, Казахстана и Узбекистана Леонида Остроушко. — «Спорт День за Днем»), он посмотрел конспекты. Они устарели, как можно было заниматься по такому направлению?!

 

— Тренерский коллектив «Смены» написал письмо в ЗакС Петербурга, что вы с ними грубо общались?
— Ну как я мог грубо общаться, к примеру, с Вильде? Он заслуженный человек. Выполнял свои обязанности. Начинается тренировка в 15.20. Пришел, провел, уехал. Но для того чтобы поднять материально-техническую базу, тренировочный процесс, на тот момент нужно было делать нечто большее. Требовались другие люди.

 

— Какую роль в развитии школы играл ФК «Зенит», соучредитель «Смены»?
— Я работал с председателем совета директоров Давидом Трактовенко. И могу сказать о нем только самые добрые слова. «Зенит» делал все возможное. Ворота нам купили. Впервые мы поставили в спортзал настоящие ворота!

 

— С отцом-основателем «Смены» Дмитрием Бесовым после тех событий общались?
— Нет. Заслуженный человек, уважаемый. Я его ничем не обидел. Дмитрию Николаевичу оставили должность — заместитель директора по общим вопросам… Знаете, в чем моя главная ошибка: в «Смене» я оказался абсолютно один, без команды! И когда старожилы почувствовали, что грядут перемены… как бы сказать корректно… сыграли на опережение. Прошло почти десять лет, я ни о чем не жалею. Значит, так было нужно.

 

Представьте, завтра Руни возьмет в руки свисток

— Отрицательный результат — тоже результат?
— Комитет по образованию нашел возможность предоставить мне работу в Малоохтинском колледже. Здесь я оказался в своей тарелке. У нас дети сыты, обуты, и помимо учебы занимаемся внеклассной работой. Футбол — на первом месте. Сборная нашего колледжа недавно ездила на Спартакиаду в Анапу.

 

— Год назад вы вошли в состав судейского комитета РФС. Обозначьте основные проблемы российских судей.
— Кадровая, пожалуй. На-гора не выдают регионы. Сейчас разработана стратегия. Нужно создать конвейер по выпуску молодых арбитров. Судья должен учиться не за партой, а на практике. Должен видеть пример.

 

— Еще бытует мнение, что в судейст­во должны обязательно приходить бывшие футболисты.
— Возьмите англичан. Они практически не рассматривают бывших игроков.

 

— Почему?
— Считают, что профессионал не может получить качественного образования. Арбитр должен быть высокоразвитой, интеллектуальной личностью. Он должен защищать правила! Представьте, завтра условный Руни возьмет в руки свиток и вдруг услышит недовольную публику. И кто Руни будет после этого? Из красивого футбольного имени превратится в посмешище. И у нас многие бывшие футболисты шли в судейство.

 

В судействе надо делать все самому. Ездить на Московскую заставу или в Колпино. Побегать по огородам.

— Но до вершины не добирались.
— Правильно. Это очень тяжелый путь. Нужно ломать себя, пропускать мимо оскорбления футболистов. Плюс они привыкли, что в клубах за них все делают — транспорт организовывают, форму погладят, бутсы начистят. Только выходи и радуй зрителей. В судействе надо делать все самому. Ездить на Московскую заставу или в Колпино. Побегать по огородам.

 

— И материальный фактор остался, даже стал более жестким.
— Они должны видеть жезл маршала! Однако нужно пройти все этапы. И четко знать, что на каждом этапе тебя ждет. Если арбитр добирается до премьер-лиги, получает категорию ФИФА — приходят и деньги. Судья может зарабатывать в месяц на уровне ведущего банкира.

 

— Во многом нужно себя ограничивать?
— А как же?! Твои друзья после окончания трудовой недели в пятницу собираются на шашлыки, а ты берешь чемоданчик, садишься на поезд и едешь судить, а в понедельник выходишь на работу. Не все могут выдержать такой график. Только настоящие фанатики.

 

— Сколько времени уходит на подготовку арбитра от второго дивизиона до премьер-лиги?
— Пять лет. При современных информационных, коммуникационных технологиях это возможно.

 

Было у отца три сына

— Ровно десять лет назад мы с вами готовили юбилейное интервью. Позволю процитировать вас: «Многие люди в моем возрасте решают дилемму: «Еще 50 или уже 50?!» Уверен, в моем случае еще 50! Есть энергия, желание, появился определенный опыт, я бы сказал — житейская мудрость». Пролетела еще «десятка»! Какую же дилемму решают люди в 60?!
— Годы действительно летят! Но 60… это оценка в фигурном катании — «6,0». Физически чувствую себя хорошо. Посещаю тренажерный зал, теннис, в футбол играю за сборную директоров.

 

— Давление измеряете?
— Обхожусь без этого пока (смеется).

 

— Было у отца три сына. Это про вас, Тарас Михайлович?
— Старшему, Владиславу, — 36. Он держит две команды ВТБ. Играет в любительской лиге, забивает по 40—50 мячей, как в детских и юношеских командах СДЮСШОР «Зенит» у Владимира Голубева. И вообще зенитовская школа, тренерский коллектив во главе с директором Евгением Шейниным заложили сыну фундамент. Не только футбольный, прежде всего — общечеловеческий.

 

— ВТБ — это банк?
— Вовсе нет. Это аббревиатура — Владислав Тарасович Безубяк. Главное, что Влад стал успешным человеком. Окончил юридический. Служба тяжелая, но достойная. Выслуга лет идет.

 

— А ведь мог пойти по судейству?
— Невзлюбил свисток после одного из матчей «Севмаша» (Владислав Безубяк играл за команду из Северодвинска. — «Спорт День за Днем»).

 

— Десять лет назад средний сын подавал надежды в «Смене».
— К сожалению, Виталику вскоре пришлось уйти. После моего увольнения из школы один из тренеров начал издеваться над сыном, пытаясь отомстить мне. Сейчас при академии президента обучается.

 

— Профиль?
— Экономическая безопасность. И занимается демонстрацией мужской одежды. Сам выходит на подиум. Месяц уже в Италии.

 

— Ну и самый маленький?
— Никитке семь лет, осенью пойдет в первый класс, но уже занимается спортивной гимнастикой и футболом, в СДЮСШОР «Зенит» в группе у Виталия Лебедева. Мы недавно ездили на море отдыхать. Обыграли ребят из «Спартака» 2001 года рождения, четыре на четыре: два папы и два сына. Но взрослые не забивали, а мой малыш десять положил (улыбается).

 

Личное дело

Тарас Михайлович Безубяк

Родился 25 июля 1955 года в городе Чортков Тернопольской области

Окончил Ленинградский государственный педагогический институт имени Герцена

Судейством занимается с 1977 года

Судья всесоюзной категории (1988), международной (1992)

Первый матч: 18 апреля 1988 года. Чемпионат СССР (высшая лига). «Динамо» (Москва) — «Нефтчи» (Баку) — 1:0

Последний матч: 16 октября 2003 года. Чемпионат России (премьер-лига). «Локомотив» (Москва) — «Шинник» (Ярославль) — 6:1

Всего обслуживал 360 матчей (312 — главный судья, 48 — лайнсмен), из них — 199 матчей чемпионатов страны (высшая лига/высший дивизион/премьер—лига)

В списках лучших судей сезона: 1988, 1991, 1992, 1993, 1994, 1995, 1996, 1998, 1999, 2000

Директор ПТУ № 2 в Металлострое (1988—2005), директор СДЮСШОР «Смена» (2005—2006)

С 2006 года директор Малоохтинского колледжа

Почетный работник системы профессионального образования России

Инспектирует матчи чемпионата России (с 2004-го)

Член судейского комитета РФС (с 2013-го)

|Цифры

36 городов принимали игры, которые обслуживал Тарас Безубяк. Чаще всего питерский арбитр работал в Москве — 84 матча, в Волгограде и Ростове-на-Дону — по 10… И только один матч Безубяк судил в Петербурге — «Спартак» — «Алания» на «Петровском» в 1996-м.

43 команды пересекались с Безубяком на футбольном поле. «Спартак» — 38 раз, «Динамо» — 37, «Торпедо» — 36, «Локомотив» — 32; ЦСКА — 26…

52 пенальти назначил Тарас Михайлович в матчах чемпионатов СССР/России в элитном дивизионе. 38 пробивали хозяева, 14 — гости.

25 игроков удалил с поля питерский арбитр. Эти матчи пришлись на чемпионат России. 7 раз досрочно покидали поле хозяева, 18 — гости.

Оцените материал:
-
0
9
+
Поделиться: поделиться ВКонтакте поделиться Facebook поделиться Одноклассники
Загрузка...
0 комментариев
Написать комментарий
Для того, чтобы оставить комментарий к материалу Вам необходимо авторизоваться.
Войти по логину
sportsdaily.ru
У вас еще нет логина? Зарегистрируйтесь!
Зарегистрироваться по E-mail
Уже есть логин? Входите!
Восстановление пароля
Сообщение отправлено на ваш email адрес
Назад