За бронзу СКА 1987 года могли поплатиться жизнью

Исповедь армейского фаната

Никогда не скажешь, что мужчина вполне респектабельной внешности, лет за сорок может быть яростным хоккейным фанатом. Но Денис Войтов относится именно к такой болельщицкой субкультуре. Он прекрасно разбирается в винах, искусстве, литературе. По-питерски интеллигентен.

Однако именно он входил в число 15 избранных фанатов СКА, которые лично «салютовали» бронзе питерского клуба 1987 года, завоеванной в Риге. Именно тогда Преферансу (прозвище Дениса) со товарищи пришлось уворачиваться от цепей рижских гопников и прятаться в купе армейцев…

С тех пор к хоккею не охладел. И сейчас в Казани поддерживает команду, которая прошла через всю его жизнь. Мы встретились в небольшом ресторане, чтобы вспомнить былое и пригубить по бокальчику красного вина.

В Риге нас спасла команда

— Вы ведь очевидец событий, что называется, «на Лысой горе». При вас СКА завоевал бронзу 1987 года? — спрашиваю Дениса.

— Среди тех, кто приехал с нами сейчас в Казань, только двое очевидцев тех исторических событий: Машинист — Андрей Назаров и ваш покорный слуга. Кстати, именно в тот год у СКА появились свои фанаты. И такой термин закрепился. Болельщиком же питерской команды я стал немного раньше. У меня не так много выездов, но те в 1987 году, считаю, можно приравнять к золотым. Пробивались такие сложные города, как, например, Воскресенск.

— Чем сложный?

— Тогда фанаты считались неформалами — неформальной молодежной культурой. И все, что было с эти связано, тяжело давалось. Официальные власти в Советском Союзе фанатское движение не признавали. Плюс против нас всегда были настроены местные болельщики. Особенно в отдаленных городах. И на выезде можно было схлопотать по полной программе… Но меня больше всего удивило другое. Как к нам относились игроки СКА… Вспоминаю Ригу… Возвращаясь на поезде после игры, мы (а мне тогда не было и 15 лет) оказались в местном привокзальном тоннеле. И нас с двух сторон окружили местные — болельщиками их назвать сложно, скорее гопники. До этого мы бывали в более цивилизованных республиках Советского Союза.

— А тут вы столкнулись с рижскими гопниками?

— Именно. Они были с цепями, арматурой. Все как положено. Мы встали кольцом… Не помню, кто — может, Машинист, может, Ара — Дмитрий Жвания…

— У всех прозвища в фанатском движении? Ваше какое?

— Мое Преферанс — картежник. Обычно прозвища дают окружающие. Я свое себе сам придумал. Оно изначально звучало как Проферанс — от слова «профи».

— Вернемся к моменту, когда вас окружили рижские гопники.

— Нам удалось отбиться от них, и мы побежали к поезду Рига — Ленинград. Нас спасла команда. Ни у кого из ребят не было билетов. И тогда игроки взяли нас к себе. Мы спали у них в купе на полу.

— Как это?

— Представьте себе — купе стандартное: четыре места и между столиком и дверью место на полу. Армейцы так и повезли, распределив по разным купе. Под голову клали что придется, накрывались куртками.

После камбэка над ЦСКА показалось, что жизнь прожита не зря

— С кем в купе ехали вы?

— На тот момент я думал, что с братьями, (хотя они просто однофамильцы) Андреевыми — Андреем и Александром, еще Лавров, кажется, был. Всего нас таких «зайцев» было человек пятнадцать. Из памяти стерлось, как мы к ним напросились. Но матч был драйвовый по-настоящему, это я точно запомнил. А если бы мы не сели в обратный поезд, это был бы конец. Либо уезжаем, либо можем за эту бронзу поплатиться жизнями. Помню, мне кто-то из игроков клюшку подарил. Но память ненадежная вещь. Не помню кто — хоть убей... Еще помню эпизод. Мне, мальчишке, доверили нести рюкзак с пивом. Когда его снимал, то сделал это так неудачно, что разбил все бутылки. Вы представляете, что это такое?

— Догадываюсь…

— Тогда же вообще был дефицит алкоголя в стране. Помню, увидел реакцию Димы — Ары. Мне казалось, он меня убьет. Но он сдержался, приобнял меня и сказал: «Ну что ты переживаешь? Мы ведь одна команда, мы вместе».

— Что вы чувствовали тогда, после завоевания СКА в 1987 году бронзовых медалей?

— Прежде всего то, что Ленинград получил такой праздник. «Зенит» тогда играл так себе. И баскетбольный «Спартак» тоже. Меня удивило одно: нас не принимали за своих и считали «конями». Помню, наступило лето. У меня были друзья — болельщики «Зенита». И я подумал, почему бы не поехать с ними на выезд. И такая возможность представилась. У «Зенита» был тройной выезд: Ереван — Тбилиси — Майкоп. И поехал я туда один. И вдруг встречаю своих — зенитовских, а они мне говорят: «Здравствуй, Конь!» Ты представляешь? Мне было непонятно. Я не «конь», я ленинградец! Как можно разделять Пучкова, Морозова и Кондрашина? Они прежде всего все — ленинградцы. У меня нет предубеждений, я болею и за «Зенит» тоже. Не только за армейские команды.

— Сейчас в Казань прилетело два самолета с болельщиками! И все это организовал клуб СКА!

— Мы очень благодарны клубу. И за то, что они не забывают старую гвардию фанатов. Мы уже взрослые и не так часто ездим на выезды, а они нам так помогли увидеть это чудо — финал Кубка Гагарина. Огромная благодарность. Просто представьте: 450 человек на трибуне в Казани, это просто фантастика! То, о чем мы раньше и мечтать не могли. Тогда на выезд приезжало не больше 20 человек. И это были энтузиасты, одержимые люди.

— Что вы чувствуете сейчас?

— Мурашки по коже. После победы над ЦСКА говорю: вот теперь я могу умереть спокойно. Когда мы выиграли в седьмом матче, у меня, что называется, навернулась скупая мужская слеза. Мне казалось, прожил жизнь не зря. Моя любимая команда совершила подвиг, и можно ею гордиться.

Казань

Источники

Автор фото: ХК СКА

Теги

Хоккей