YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram YouTube ВКонтакте Facebook Twitter Instagram RSS Мобильная версия


Леонид Туфрин: Пытался организовать договорной матч за 4,5 тысячи дойчемарок!

Леонид Туфрин
Фото: «Спорт день за днем»

Их было шестеро! Президентов клуба в его новейшей истории. Каждый сыграл свою роль. Леонид Туфрин «президентствовал» недолго — какой-то год, однако именно тогда, в 1993-м, перед клубом стоял гамлетовский вопрос: «Быть или не быть?!»

Депутаты просили «отблагодарить»

— При каких обстоятельствах вы появились в «Зените»?
— Клуб возглавлял Владислав Гусев. Наступил период, когда Влади­слав Алексеевич понял, что «Зениту» нужно двигаться, развиваться. Тогда-то появились новые люди. Мне было интересно, хотя понимал, что никаких денег в футболе не заработаешь. Я пришел на позицию директора по строительству и развитию. Шел июль 1991-го. У клуба ничего своего не было, все принадлежало ЛОМО. Начал с поиска помещения для клуба. Тогда Владимир Яковлев, который позже стал губернатором Петербурга, возглавлял жилищное агентство, мы были хорошо знакомы еще с 1975 года. Я его попросил помочь подобрать. Планировали помимо офиса создать музей, отвести какое-то помещение для работы ветеранов. Вплоть до гостиничных номеров.

— Для приема судей?
— Была такая задумка. Ведь раньше судейский корпус принимали в служебной квартире на Невском. Продолжу. Яковлев дал несколько адресов. Один из них — фабрика-кухня на Васильевском острове. Там огромная площадь постройки 1930-х годов. Реконструировать на тот момент не было возможности. Потом возник вариант на улице Герцена (ныне — Большая Морская) напротив арки Главного штаба. Туда даже электричество невозможно было подвести, дом этот долго стоял, пока город не отдал его на капремонт. Одним словом, идея провалилась. Тем не менее старались облагородить базу в Удельной, поля. Когда вскрыли грунт, обнаружили натуральную помойку. Хотели на дальнем — в то время гаревом — поле построить крытый манеж с газовым подогревом, где можно было бы круглый год тренироваться. Идея эта родилась, когда мы побывали в Финляндии по приглашению клуба «МюПа», где играл в то время Михаил Бирюков.

— Во всех документах вы назывались и. о. президента клуба. Почему?
— У Владислава Гусева возникли серьезные проблемы с руковод­ством, ему пришлось уйти. Клуб тогда курировал заместитель председателя горисполкома Алексей Большаков. Мы переговорили. Не знаю, почему выбор пал на меня. Кресло президента могли занять Станислав Завидонов или Лев Бурчалкин — легенды «Зенита». Возможно, директор ЛОМО Дмитрий Сергеев подсказал, хотя мы особо не были знакомы. Но это, подчеркну, всего лишь мое предположение.

— «Зенит» тогда благополучно вылетел из высшей лиги. Судьба клуба, команды висела на волоске?
— Ситуация была критическая. Межсезонье. Команда ждала расчета, нужно было организовывать сборы, закупать форму, заниматься заявкой. Мне тогда удалось пробиться на прием в Смольный к вице-мэру по социальным вопросам Виталию Мутко.

— Вы были знакомы?
— Нет! Но поговорили очень конструктивно. Виталий Леонтьевич проникся идеей спасти «Зенит». Решили получить кредит от города. Другого варианта не было.

— Сколько просили?
— Двести миллионов рублей! Я уже не помню, какой в то время был курс, цены росли буквально каждую неделю. Мы же хотели расплатиться по долгам плюс какую-то часть пустить на бизнес, чтобы клуб начал зарабатывать сам.

— Сколько раз заходили в Петросовет?
— Четыре. И сумму нам сбили до пятидесяти миллионов. В четыре раза меньше! Представляете? Но за это решение должны были проголосовать депутаты. А они постоянно прокатывали «Зенит».

— Не хотели помочь символу города?
— У каждого были свои интересы (улыбается). Офис клуба размещался на Конногвардейском бульваре в крохотном помещении в двух шагах от Мариинского дворца, где располагался Петросовет (сейчас — Законодательное собрание). И вот приходит один из депутатов. Я даже фамилии его сегодня не вспомню. «Чего ты мучаешься, — говорит. — Собрать-то нужно каких-то двадцать два голоса в Малом совете. Я тебе гарантирую, но и для нас нужно что-то собрать…» И протягивает список — поименно! Там были фамилии четырех или пяти депутатов. Кому-то телевизор доставали «Радуга-716», кому-то спортивный костюм, кому-то комплект зенитовской формы. Не сумасшедшие вроде бы затраты, но для нас и этого мало не показалось.

— Собрали?
— А выхода не было. Оперативно «отблагодарили» депутатов, свои голоса получили, и решение было принято. На бумаге. Но ведь у города тоже с деньгами был коллапс. Я бросился к вице-мэру, председателю Комитета по экономике и финансам при мэрии Алексею Кудрину (в будущем министр финансов РФ. — «Спорт День за Днем»). Принял. Прошу перевести деньги на счет клуба в максимально короткий срок. «Да вы что? — удивился Кудрин. — Пока мы получим решение Петросовета, пока согласуем. Минимум — месяц». Какой месяц?! Ждать мы не могли. Уже начался 1993 год, старт чемпионата на носу. Алексей Леонидович обещал помочь. И через неделю деньги мы получили. Это был такой праздник! По сути, Кудрин участвовал в спасении «Зенита».

Горюнов приезжал в Москву с икрой и водкой

— Как футболисты переносили ­невзгоды?
— С командой рассчитались. Мальчишки удивлялись, когда зарплату им стали выдавать с вычетами. «Какие еще налоги?» — слышали мы недовольство. Приходилось объяснять, что так принято в цивилизованном мире и что такое налоги с физических лиц. Конечно, они многого тогда не понимали. Это сейчас футболисты занимаются бизнесом, а в начале 1990-х абсолютно не были приспособлены к обычной жизни.

Начали оформлять заявку. Для меня дело абсолютно новое. Поехал в Москву на Совет ПФЛ, познакомился с Николаем Толстых (президентом ПФЛ. — «Спорт День за Днем»), потерся в стенах РФС. Во всем разобрался. Конечно, многие ребята хотели уходить. «Ротор» увел вратаря Андрея Мананникова.

— Мананников в интервью нашему изданию иначе интерпретировал свой переход: «Я просил у ’’Зенита’’ квартиру. У меня было двое детей и жена, так что по-любому нужна была ’’трешка’’. Но мне ответили: ’’Служебную квартиру дать не можем, она находится в собственности Кировского завода. А город квартир не дает’’. В конце 1992 года подъехал Горюнов из ’’Ротора’’, дал мне трехкомнатную квартиру, дом моим старикам. У меня тогда еще брат умер, остались невестка и четверо детей. Им тоже дал дом. Плюс подъемные и машину. Как я мог отказаться от перехода?»
— Рассказываю. В 1992-м Андрей приехал в Петербург из душанбинского «Памира», тащил команду, хотя с режимом не очень дружил. Мы ставили задачу за год вернуться в «вышку», поэтому опытного вратаря хотели сохранить. Да, он требовал квартиру. Я обратился я к Сергею Никешину — главе строительной компании «ХХ трест». Выделили трехкомнатную в Приморском районе, подчеркиваю! Мананников мог остаться в команде, но решил переехать в Волгоград. Там условия у Владимира Горюнова были просто сказочными на тот момент. База, свой колхоз. Я пару лет назад Горюнова в приемной Мутко встретил. Поздоровались. Считаю, все то, что сейчас происходит с «Ротором», целиком на его совести.

— Что в итоге стало с квартирой?
— Она досталась Сергею Варфоломееву. На тот момент едва ли не самому опытному игроку (25 лет. — «Спорт День за Днем»). У него уже была семья, двое детей.

— Были на тот момент высокооплачиваемые игроки?
— Да вы что! Все одинаково зарабатывали. Никто особо и не требовал. Предел мечтаний — получить свое!

— Как в такой ситуации тренеры мотивировали ­команду?
— Вячеслав Мельников — тренер-демократ. Достаточно мягкий, особенно если сравнивать с Юрием Морозовым. Находил со всеми общий язык. К тому же ребята совсем молодые были, не избалованные деньгами.

Буквально за день до старта чемпионата удалось приобрести новенькую форму. Закупали в Финляндии. Знаете, кто нам помог? Николай Аксененко. В то время он был зам начальника ОЖД. Примерно 30 тысяч долларов потратили. Ребята просто обалдели! Футболочки и белые, и синие, с длинными рукавами, короткими, теплые… Евгений Шейнин (директор СДЮШОР «Зенит». — «Спорт День за Днем») за одну ночь помог нанести эмблему клуба и номера. На первый матч сезона ребята вышли как с иголочки (правда, старт чемпионата в первой лиге зоны «Центр» получился смазанным, «Зенит» не сумел обыграть московскую команду «Интеррос» — 0:0. — «Спорт День за Днем»).

— Вскоре пришлось решать еще одну проблему: где играть? Стадионы имени Кирова и Ленина (будущий — «Петровский») закрыли на реконструкцию перед Играми доброй воли.
— Мы бы в любом случае уехали со стадиона имени Кирова.

— ?
— Они нам выставили высокую арендную плату, просто неподъемную. Директор стадиона Николай Некрасов не хотел уступать. Начали прорабатывать варианты. Оказалось, что качественных полей в городе нет! Съездил на «Обуховец». Директор спортивного клуба пообещал обеспечить все условия. Распространяли билеты, хотя территория там огромная, много лазеек, через которые болельщики могли проникнуть, но какая-то выручка собиралась. Немного сельский вариант, конечно. Главное — народ пошел.

— Мест для VIP-гостей не предполагалось?
— Я вспоминаю, как на матч с «Шинником» приехал Владимир Шумейко — председатель Совета Федерации. До игры появились люди в штатском, прощупали территорию, посмотрели даже, чем будем кормить гостей. А куда его посадить? С болельщиками?! Пришлось на скамейку запасных. Я и сам вместе с тренерами располагался («Зенит» вел 2:1, а после приезда Шумейко пропустил два мяча и проиграл 2:3. — «Спорт День за Днем»).

— С тем составом можно было решать задачу по возвращению в высшую лигу?
— Командочка была классная. Мельникову досталось прекрасное наследство от Юрия Андреевича Морозова, вечная ему память. У нас человек семь вызывались в молодежную и юниорские сборные России — Владимир Кулик, Алексей Наумов, Артур Белоцерковец, Максим Боков, Олег Дмитриев, Игорь Зазулин, Евгений Зезин. Еще был такой полузащитник Юрий Мамонтьев. Талантище! Из «Большевика» («Обуховца». — «Спорт День за Днем») пришел. Но с режимом, к сожалению, не дружил, поэтому и не стал большим игроком.

— Околофутбольные моменты начала 1990-х стали для вас откровением?
— Более чем! Многое решалось вне футбольного поля. Когда тот же Горюнов приезжал в Москву, за его спиной шли охранники с чемоданами. В одном — черная икра, в другом — красная, в третьем — водка. Все раздавалось нужным людям. Плюс еще какую-то копейку давали… Тренер просто выводил одиннадцать человек, остальное решали судьи. Нижегородский «Локомотив» и сочинская «Жемчужина» были апологетами подобных дел в высшей лиге. Я же оказался настолько наивен! Мне сразу объяснили, что можно влиять на составление календаря, назвали кон­кретных людей, с кем можно решать вопросы. Объяснили, как работать с судьями.

— И что же?
— Некоторые неудачные попытки были, я этого не скрываю. Но в определенный момент я понял всю бессмысленность этого занятия. Мы с тренерами поговорили. Решили не заниматься этим грязным и бесперспективным делом.

— Почему?
— Судьи брали с двух сторон. Для них — ситуация беспроигрышная. А нам-то какой смысл платить? Дома «прибил» ты, а на выезде — тебя. Да и денег на эту работу негде было взять. Иногда мне помогали друзья, дававшие на нужды «Зенита» из собственного кармана.

Как увидел, аж плохо стало — качки, короткостриженые, с очень «добрыми» лицами

— 1993 год. Первая лига. «Зенит» был включен в зону «Центр». Доводилось слышать, что это была ваша работа. Ведь «Запад» считался посильнее — новороссийский «Черноморец», «Балтика», «Кубань», питерская «Смена-Сатурн». Пришлось заносить в РФС, ПФЛ?
— Обошлось без этого, славу богу (смеется). Решение приняли из уважения к «Зениту», все-таки в первой лиге это была самая титулованная команда, чемпион Союза. Жаль, перевод в «Центр» нам не помог.

— Все потому, что там оказалась тольяттинская «Лада», которую спонсировал тогда могущественный «АвтоВАЗ»?
— Все понимали: инструмент у них был запущен отнюдь не футбольный. В «Ладе» же работал Александр Гармашов. Матч в Петербурге во втором круге превратился в настоящий детектив, Гармашов пытался запугать наших ребят. Я вынужден был их защищать. Играли мы на «Обуховце». Охранных предприятий тогда еще не было, пришлось обратиться к «другим структурам». Объяснил ситуацию: «Помогите отвести угрозу от ребят. Сколько это будет стоить?» — «Для ’’Зенита’’ — нисколько!» Для меня было такое откровение, что «Зенит» уважают в криминальной среде.

— Действительно, сюжет, по которому можно сценарий «Бандитского Петербурга» или «Ментов» писать!
— Если помните, на «Обуховце» от раздевалок до футбольного поля большое расстояние. Наши футболисты выходили сквозь строй настоящих бойцов. Я их как увидел, аж плохо стало — качки, короткостриженые, «скрученные» уши, носы, очень «добрые» лица. Точно из фильмов 1990-х, только не в малиновых пиджаках, а в спортивных костюмах. Но мне гарантировали, что это совершенно управляемые люди. Проходит какое-то время, приезжает Мутко: «Это кто такие?» Я объясняю ситуацию. «Ну ты даешь! Я всего этого не видел» (смеется).

— Подействовало?
— Да, команду мы обезопасили. Еще накануне игры «наша охрана» приехала к Гармашову в гостиницу «Октябрьская» и предупредила: «Если с наших ребят хоть волосок упадет — у тебя будут проблемы». Он это понял. И 2:0 мы выиграли, но в отличие от «Лады» не могли влиять на турнир в целом.

— Как говорится, с волками жить… По части судей все понятно, а не пытались стимулировать соперников?
— Что греха таить, один раз попытались. На финише полетели в Казань, очка на два отставали от «Лады», победа нужна была как воздух. Летели, кстати, самолетом Ан-24. С транспортом нам часто помогал Анатолий Турчак — директор «Ленинца» (ныне — вице-президент РФС, глава федераций футбола Петербурга и Северо-Запада. — «Спорт День за Днем»). Встретились с руководством «Рубина». Они спрашивают: «Какие ваши условия?» А какие у нас могут быть условия? 4,5 тысячи дойчемарок мне дали знакомые — все, что они могли предложить! Взяли казанцы. Начали разрабатывать сценарий. Президент «Рубина» говорит: «У меня капитан команды крайний защитник, я с ним переговорю, и будет конкретика».

— Конкретика?
— Решили в первом тайме обменяться голами, а во втором тайме мы должны были «вырвать» победу. Деньги закрыли в сейфе на стадионе.

— Но игра в Казани закончилась вничью — 2:2. Сценарий не сработал?
— Все вроде бы шло нормально. Кулик счет открыл, хозяева сравняли, в начале второго тайма Леша Наумов вывел «Зенит» вперед. Однако Казань опять забивает. Бодались до финального свистка, пошел еще мелкий снежок (игра проходила 27 сентября. — «Спорт День за Днем»). Матч заканчивается. Я абсолютно ничего не понимаю. Подхожу к президенту. Говорю: «Возвращай деньги!» Он в отказ: мол, очко вам позволили заработать. «Какое очко, — говорю уже на повышенных тонах. — Оно нам на фиг не нужно. Мы договаривались о победе!»

— Вернули деньги?
— С большим трудом забрал. Это была единственная и очень бездарная попытка организовать договорной матч. Впрочем, история имела продолжение. Кулик и вратарь Юра Окрошидзе признались, что накануне игры им угрожали в гостинице: «Выиграете — живыми отсюда не улетите». Я сразу позвонил президенту «Рубина». Он утверждал, что не имеет к угрозам никого отношения.

— Гастролеры из Тольятти?
— Не знаю… Доказательств у меня не было. А вот нервотрепка продолжилась. Нам не давали вылет из аэропорта Казани, требовали взять на борт еще несколько пассажиров. Мы и так двоих фанатов забрали. У нас же не рейсовый самолет, как я могу еще кого-то взять?! Мобильников тогда не было, пошел к дежурному по аэропорту, звоню домой вице-мэру Валерию Малышеву. Время, наверное, часов одиннадцать вечера. Объясняю ситуацию. «Ты раньше не мог позвонить? — говорит Валерий Иванович. — Ладно, сейчас буду решать». Время идет, мы сидим в самолете. Позже я узнал, что Малышев дозвонился до мэра Казани. Тот дал распоряжение, пока дошло до дежурного по аэропорту… В итоге в Петербург мы улетели только в половине второго!

— Вы были с командой на всех выезд­ных матчах?
— Отнюдь. Слетать в Казань меня попросил Мельников. Что-то он был не очень уверен в составе. Я сразу сказал: «Слава, ты тренер, тебе решать. Я не буду вмешиваться в эту кухню».

Слава — очень хороший специалист и человек просто золотой! Я к нему относился и отношусь с огромным уважением. Но… уверенности ему не хватало. Где-то он был мягковат. Не самая хорошая черта для тренера.

Чемодан долларов за Дмитриева. Двести тысяч — за Наумова

— В 1993-м впервые в истории на свет появился фарм-клуб — «Зенит»-2.
— По большому счету это была наша авантюра. Главную команду было не на что содержать, а тут еще надо думать о второй. Впрочем, усилия не пропали даром. Сохранили игроков — Александра Панова, Дмитрия Давыдова, Дениса Угарова. Школа ведь была тоже в ужасном состоянии. Мы договорились с Шейниным: чем куда-то отдавать ребят, лучше сделаем свою команду. Первенства дублирующих составов, если помните, тогда не проводили. Еще хотели создать команду ветеранов. Я говорил Толстых: «Нам нужен профсоюз футболистов». Ведь раньше футболисты выбрасывались на улицу, не было социальной защищенности.

— Панов сразу засверкал?
— Не сказал бы. Меня Евгений Наумович Шейнин предупредил: «Талантливый парень, но из десяти моментов реализует два». Тем не менее он вырос в большого игрока. Когда он уезжал во Францию, мы пообщались. «Саша, ты делаешь большую ошибку, — говорю. — Тебе нужно оставаться в ’’Зените’’. Тебя будут здесь на руках носить, как Бурчалкина, Казаченка или Желудкова в свое время». Не послушал, затем вернулся, когда за границей ничего не получилось, пришел ко мне: «Да, Леонид Зигмундович, вы были правы!»

— Помимо «Зенита»-2 Панов еще на рынке приторговывал, пропадал…
— Режимным парнем он никогда не был. Позже, когда со всем этим завязал, занялся бизнесом. Просил меня помочь. «Хочу открыть свой салон связи», — говорил. «Саша, ты немного опоздал. К тому же этим должны заниматься профессионалы». Думаю, Панов себя не полностью реализовал. Поэтому он сегодня такие острые интервью дает, «Зенит» постоянно критикует.

— Не только Панова, но и других питерских воспитанников в 1993-м удалось сохранить в «Зените». Предложения были? Говорили, киевское «Динамо» приглашало Артура Белоцерковца?
— Такого точно не было. Он трудяга, пахарь, выгрызал каждый метр, но не игрок уровня киевского «Динамо». Мельников его даже не всегда в состав ставил. Конкретные предложения были по Олегу Дмитреву и Наумову. От финской «МюПы».

— Расскажите.
— Миша Бирюков договорился, и мы отправились в Финляндию — я, Мельников, Кулик, Наумов и Дмитриев. На служебных «жигулях». С приключениями добрались до финской границы. Тогда же не было летней и зимней резины. На перегоне от Выборга меня крутануло пару раз, слава богу, не было ни встречного движения, ни сзади. Уперся в снежный бруствер.

— Футболисты паниковали?
— Спали! (Смеется). Никто не проснулся! Как только пересекли границу — сразу хорошая дорога, чистенько. Там ребята тренировались вместе с командой «МюПа», и по договоренности они нашу тройку заявили на зимний турнир финских команд. После чего начали просить оставить Наумова, хотя готовы были и Кулика с Дмитриевым подписать. Лешка играл последнего защитника, у него был фантастический пас — метров на сорок, разгонял атаки, через всю среднюю линию.

— Готовы были рассматривать?
— Посоветовались с Мельниковым. Назвали сумму — двести тысяч долларов! Они обалдели, говорили, что таких трансферов отродясь в Финляндии не совершалось. Не больше 50–60 тысяч предлагали. Попросили взять Наумова на Кипр, где «МюПа» играла еще в одном турнире. Вернулись, они снова нас «трамбовать». Но я не отступил: «Цена вопроса — двести тысяч!»

— По Олегу Дмитриеву?
— Об этом тогда писали в газетах. «Ротор» его очень хотел. Горюнов давал Олегу ключи от новенькой «Волги». Мы с ним потом пересекались в Москве. «Давай подписывай контракт», — говорил Горюнов и приоткрыл чемодан, а там аккуратненько пачки долларов уложены. Я четко дал понять: Дмитриев не продается. Мы с Олегом переговорили. Он решил остаться в «Зените».

— Еще уехал в Германию Юрий Гусаков — сегодня он администратор в «Зените», а в 1993-м даже не играл в основном составе.
— Не вспомню уже, как на нас клуб «Вормс» вышел. Поехал в Германию на переговоры, не владея немецким. Договорились. Юра только восстановился после перелома, поэтому он за «Зенит»-2 играл, и тут ломает уже другую ногу. Что делать? Мы немцам ничего не сказали.

— И за трансфер с них взяли?
— Нет. Денег не просили. Договорились, что проведем сборы и выставочные игры. С «Вормсом» Гусаков первый тайм отыграл за нас, второй — за них. Потом — дружеский ужин. Для «Зенита» это был большой прорыв — просто выехать за границу. У половины ребят даже загранпаспортов не имелось. Кстати, тогда впервые мы заказали для команды классические костюмы. На фабрике Володарского. Начинаем примерку, наши все маленькие. Из 46-го размера вываливались (смеется). Подгоняли пиджаки, брюки от разных размеров, ушивали. Но выглядели все солидно, и тренерский штаб, кстати, тоже.

После ухода Садырина долги зашкаливали

— Мельников, когда приходил к нам в редакцию, рассказывал, что порой зарплату предлагали натуральными продуктами — подсолнечным маслом. Реализуйте — получите деньги.
— Про масло не помню, не было такого. Вот с обувью ленвестовской — да. Мутко договорился. Я приехал, мне говорят: «Хочешь, возьми обувь для реализации». Куда? Если только для личного пользования. Это ж не десятью парами обуви зарплату выдавать.

— Известна история про футболиста Нечая, за трансфер которого «Ростсельмаш» расплатился с волгоградским «Ротором» не деньгами, а новеньким комбайном. Задействовались ли подобные схемы в трансферах «Зенита» тех лет?
— За трансфер Рафикова в КАМАЗ получили в придачу две машины «Ока». Одну реализовали, одну оставили в клубе. Для хозяйст­венных дел машина-то нужна. А как по-другому в те времена?!

— У футболистов были машины? Кулик вроде ездил не то на «копейке», не то на «пятерке»…
— Вообще самыми интеллигент­ными в том составе были Кулик и Окрошидзе. Едем куда-то на выезд — они всегда в костюмах, в рубашках, в галстуках. Как сейчас помню, приехали в Пермь, свободное время. Они пошли в магазин, купили шикарные пальто. Приходят — такие пальто! Темно-зеленого цвета, удлиненные, реглан, с кушаком. Красавцы! Мы с Мельниковым: «Где?» Пошли — тоже купили. В общем, эти двое были прагматичные. Денди, следили за собой. Понятно, что была возможность какие-то деньги копить. Первые автомобили появились у них.

— В Петербурге появилась в то время «Смена-Сатурн». Ощущали дыхание конкурента?
— Конечно! Шкебельский (Леонид Шкебельский — владелец и президент «Смены-Сатурна». — «Спорт День за Днем») прибрал к рукам школу «Смена», мы оттуда не могли вообще никого брать. У него были амбициозные планы. Хотел сделать «Смену-Сатурн» первой командой города. У нас такие зарубы были! Принципиальные!

— Проект Шкебельского очень скоро приказал долго жить…
— Нынешний клуб «Тосно» очень напоминает «Смену-Сатурн». Хочу, конечно, ошибиться. Но посмотрел на досуге, кто их хозяева… Если клуб зависит от одной компании, бизнеса, это не очень серьезно.

— В Петербурге и области в начале 1990-х команды плодились. Помимо «Сатурна» это и «Локомотив», «Прометей-Динамо», «Космос-Кировец», «Гатчина», «Галакс». Как с ними складывались отношения у «Зенита»?
— Никак! Не могу сказать, в силу каких обстоятельств. У них были амбиции — у руководителей и тренеров. Я считаю, что в «Зените» работали люди заслуженные, с именами в футболе — Мельников, Алексей Поликанов, Анатолий Зинченко, Алексей Стрепетов. В командах же, которые вы перечислили, не было людей такого масштаба, оттого амбиции… Но именно «Зенит» при всех трудностях выжил.

— Но уже без президента Туфрина. Почему в ноябре 1993-го ушли с должности президента?
— Появился «XX Трест». Как я говорил, еще когда мы занимались квартирой для Мананникова, познакомились с Никешиным. Понял: да, он деловой. И все же футбол для него был как бизнес-проект. Он и сам этого не скрывал.

— Никешин же депутат сейчас…
— Да, много лет уже. В общем, он взялся за «Зенит», чтобы получить кредит. У него была идея — уж не знаю, кто там ее поддержал, — построить башню Петра Великого на Васильевском острове. Он под это получил не то пять, не то шесть миллиардов рублей бешеного кредита — только за то, что поддерживал «Зенит». Как только он эти деньги получил, интерес к «Зениту» у него пропал. Он понимал, что это, в принципе, никогда доходным делом не будет, только одни затраты… Началась смена акционеров. Мутко стал подтягивать. Я тогда вернулся в телефонную сеть — меня пригласил Валерий Яшин (генеральный директор ОАО «Петербургская телефонная сеть». — «Спорт День за Днем»). По его просьбе я возглавил Некрасовский телефонный узел. Я познакомил Мутко с Яшиным. Мутко предложил ПТС стать акционером «Зенита» — «Давайте». У Лен­трансгаза было порядка 45 или 48 процентов акций, у нас — 26 процентов. Это много. Наша компания по тем временам жила достаточно хорошо. Была прибыль — понятно же, что только с прибыли можно было участвовать в содержании клуба. Все было прозрачно! Я уговорил Яшина вписаться в этот проект. Мы вдвоем с ним входили в совет директоров.

— И здесь тоже — сплошные затраты?
— Каждое заседание совета директоров — в соответствии с процентами акций тебе 5 миллионов перечислить клубу, тебе 10 миллионов, тебе еще столько-то. И вот так мы до определенного момента жили.

— Понятно, что сам клуб в то время не зарабатывал ничего.
— К сожалению. Мало того, когда после ухода Садырина стали разбираться (директором клуба тогда был Виктор Сидоров), долги зашкаливали.

— Официальные?
— И официальные тоже. Сумасшедшие деньги в долларовом эквиваленте. Когда мы увидели весь этот список, думали, что в течение года, максимум за полтора года мы с этими долгами рассчитаемся. В итоге потратили семь лет. Некоторые в силу обстоятельств не дождались возвращения долгов — ушли в мир иной.

Собственно говоря, поэтому тогда мы и приняли решение, что тренерский штаб надо менять. Как команда выходила в высшую лигу…

— Давайте не об уходе Садырина, а о его приглашении. Чья это была инициатива? В прессе тех времен ходила фраза Собчака: «Нынешним тренерам я денег не дам ни при каких обстоятельствах. Вернется Садырин — дам».
— Кто сейчас может проверить? Я этого не слышал, не знаю. Возможно, так и было. Не могу утверждать ни одного, ни другого. Конечно, по тем временам Садырин был для «Зенита» тренер номер один.

— Но ведь как получилось: вернулся Садырин — и «Зенит» сразу привлек человек десять игроков «под» возвращение в высшую лигу.
— Вы же помните, кого Садырин взял в команду, в тренерский штаб?

— Георгий Вьюн, естественно...
— Ну, Вьюн. Ну, Крысевич. Кто из них хорошо ушел? Никто. Но они «решали задачи». Определенным образом. Когда мы увидели эту ситуацию, было понятно: необходимо что-то менять. А кого надо было приглашать? Равнозначную фигуру, не менее значимую, чем Садырин. Тогда предложил Сердюков из Лентрансгаза: «Я готов переговорить с Бышовцем». Мотался в Москву.

— Как акционеры все это выдерживали? Вы же попали тогда под такой прессинг, вплоть до выступлений на Дворцовой площади!
— Мы же не могли, извините, рассказать всю правду. Принимали огонь. Говорили: «По разным причинам…» — и прочее, прочее. Кому расскажешь про огромные долги, которые надо было возвращать?

— А не было ли варианта под этим прессингом Садырина оставить?
— Однозначно нет. Никто, ни один не изменил своего мнения. Мутко — первый, кто был категорически против. Второй — Сердюков, естественно. Он же понимал, что львиная доля этих «возвратных» денег лежит на Лентрансгазе, на акционерах. Он давил — однозначно нет.

Бышовец заставлял Панова бегать по 20 раз до верхнего этажа и обратно

— Первые переговоры с Бышовцем вы провели?
— Сердюков попал в больницу. Мы его навещали. Он говорит: «С учетом того, что больше всех в футболе разбирается Туфрин, мы тебе поручаем провести с Бышовцем встречу. Вот тебе его телефон». Встретились мы с Бышовцем в фойе гостиницы «Астория». Что меня поразило — на первой же встрече он берет лист бумаги и давай по позициям. Вот здесь у вас такой игрок, вот сюда требуется усиление. Сюда я предлагаю такого-то игрока, он стоит 50 тысяч. Сюда приглашаю другого, он стоит 100 тысяч. Этот из Армении, этот с Украины, этот из Молдавии…»

Понимаю, что человек хочет выжать из нас максимум. Говорю: «Анатолий Федорович, если я вас правильно понимаю, это у вас получается сборная СССР. Вы гарантируете, что с этим составом мы займем первое место?» Он обалдел от вопроса: «Нет, вы же понимаете. Это же еще надо притереться. Я же не знаю, кого вы в итоге сможете купить». Тем не менее первая встреча состоялась, и надо отдать должное: практически всех, кого Бышовец хотел, он получил. В разное время, но тем не менее. И ведь смотрите, все заиграли на максимуме! Ребят начали в сборные привлекать. В сборную Украины — Максимюка, в сборную России — Кондрашова, Лепехина, Игонина Лешу, Сашу Панова. Все ведь заиграли!

Помню, когда Бышовца назначили и шла подготовка в межсезонье, нас пригласили в Германию на турнир по мини-футболу…

— Площадка с бортиками, классический межсезонный турнир…
— Классно! Мы поехали на этот турнир, я был руководителем делегации. Мы с Бышовцем уже были знакомы, и как же мне интересно было смотреть его установки! Мы поселились в гостинице — то ли семь, то ли восемь этажей. Я смотрел, как Анатолий Федорович проводил физзарядку утром. Воспитательные меры. Ему не понравилось, как отработал Панов: пришел позже, где-то плелся. Бышовец его подозвал: «Теперь, пожалуйста, 20 раз до верхнего этажа и обратно». Саша — туда-сюда. На следующий день первым на занятие бежал!

Или взять индивидуальные беседы. Бышовец как психолог — один из лучших. По крайней мере из той плеяды тренеров, с кем мне довелось общаться. Молодец! Да, у него сложный характер, но с точки зрения, как надавить на индивидуальные качества, он из каждого игрока выжимал максимум.

— Игроки вашей плеяды. По большому счету они не раскрылись. С чем вы это связываете? Поддерживаете ли сейчас контакт с кем-то из них?
— Игорь Зазулин периодически звонит, с Денисом Угаровым иногда видимся, с Лешей Игониным. Со Стрепетовым — постоянно на связи.

— Вы в курсе, чем сейчас занимаются те же Мамонтьев, Белоцерковец?
— Никто мне не может сказать, где Мамонтьев. Артур Белоцерковец одно время очень часто мне звонил, потом как-то неестественно пропал. Тогда же как? Приходил новый тренер, набирал свою команду. Кому-то они не подошли. Я считаю, что никто из них не реализовался, никто. Единственный — Наумов, который перенес такую операцию, был на грани — и вернулся, играл до 40 лет. Остальные… Даже те, кто постарше. Я приглашал Желудкова, когда ему было почти 35. Говорил: «Давай, может, сезон поиграешь». Тот уже не хотел. Тогда еще можно было — Толя Давыдов потом в высшей лиге в 43 года играл.

— Мы вспомнили Мельникова, Садырина, Бышовца. Какой контакт у вас был с Морозовым?
— Супер! Относились друг к другу с огромным уважением. С Морозовым мы общались до самой его кончины. Не знаю, почему сложились такие отношения. Вроде была разница в возрасте, в положении. Но он часто приходил ко мне на узел. С Бышовцем поддерживаю отношения и сейчас.

— А с Давыдовым?
— В меньшей степени. Знаете, я в своем мире, они в своем. Пересекались на футболе. И с Ломакиным пересекались. Мне жалко более старшее поколение зенитовских ветеранов, которых не так много и которые всегда с какой-то обидой к нынешнему руководству. Ссылаются на то, как построена работа с ветеранами в «Спартаке», как в ЦСКА. А тут у них какие-то подачки.

— Ветеранам «Спартака» выплачивают по тысяче долларов в месяц. Ветеранам «Зенита» — 5 тысяч рублей.
— А ведь Завидонов из «Зенита» играл в основном составе сборной… Не знаю, почему такая ситуация. Поколение, которое сейчас… Они не знают, наверное. Или не хотят. Это ведь копеечные затраты в бюджете клуба. Их там на пальцах одной руки осталось-то практически.

— Роль Виталия Леонтьевича в судьбе современного «Зенита». Много лет спустя в прессе утвердилась такая точка зрения: он спас, вытащил клуб, сделал из него какой-то бренд. А вам как кажется?
— Конечно, роль его велика! Я бы так сказал — под его руководством и при непосредственном участии. Спасали многие. И в первую очередь сами игроки, игравшие за копейки, и тренерский штаб, и футбольная школа «Зенит», и, конечно, акционеры. А бренд у «Зенита» был, есть и будет — с историей, традициями и всегда любимый болельщиками.

Если говорить о РФС, то считаю, что Мутко лучший после Колоскова президент этой организации. Особенно если сравнивать с теми, кто пришел Виталию Леонтьевичу на смену. Понимаете, Колю Толстых я всегда ценил за его бескомпромиссность и неподкупность. Я думаю, он таким и остался. Видимо, и Мутко его тогда поддерживал, понимал. Но Толстых не самый сильный администратор. А тут же представлять Россию надо. Ты на виду! Никто же не смотрит, кто возглавляет федерацию гандбола или конькобежного спорта. А вот футбол, хотя мы ничего и не добиваемся, всех волнует.

— С тех пор как ПТС ушла из состава акционеров «Зенита», вы за все эти годы никогда не рассматривали вариант вернуться в футбол в каком-либо качестве?
— Когда я возглавил ОАО «Петербургская телефонная сеть», естественно, пошли ходоки. Борис Вахрушев приходил с Володей Казаченком. Петербургское «Динамо» намеривались возрождать. Казаченок рассказывал, как в высшую лигу с «Химками» выходил. Но это все затратные проекты. Я мог оказать спонсорскую помощь разово. Зная футбол изнутри, я понимал, что это не те проекты, которые могут принести деньги, а постоянно куда-то вкладывать — затратно.

— «Зенит» вам делает какой-то абонемент на домашние матчи?
— Хожу болеть в VIP-ложу. Но это делает не столько «Зенит», сколько горспорткомитет.

8–10 тысяч евро в день, 365 дней в году! И на всем готовом

— Сам собой напрашивается вопрос о том «Зените» и об этом. Выросли курсы валют, и зарплаты игроков автоматически увеличились чуть ли не в два раза. Это такая же тяжелая финансовая ситуация, какая была тогда, во времена вашего президентства?
— Сравнивать нельзя. Здесь все закормленные, а тогда не было легионеров. Понятия такого не было — «легионер». Как правило, играли питерские ребята и несколько приезжих, как Рафиков, Мананников. Сейчас другой футбол. Смотришь зарубежные чемпионаты: в английской команде — два англичанина. Какие финансовые проблемы? Сейчас футболист, если голова есть на плечах, зарабатывает за сезон столько, сколько уже не заработаешь в современном бизнесе. Главное — правильно вложить, так ведь у многих не хватает на это ни опыта, ни знаний. Вы же знаете, сколько из них потеряли деньги. Работают не с теми, и жизнь их ничему не учит. Они умеют только играть в футбол, а жизнь заставляет: надо заниматься чем-то еще. Они же ни к чему не приспособлены. Малафеев, знаю, сейчас что-то пытается сделать с агентством недвижимости.

— Он ведь чуть ли не больше всех в «Зените» пострадал от финансовых пирамид…
— Никто не знает, кто и насколько пострадал. Слава мужик неглупый — решит свои проблемы!

Деньги надо зарабатывать, а не получать. Чувствуете разницу? Заработать за свой труд! А когда контракт 3–4 миллиона евро в год? Это же как надо вкалывать ежедневно?! 8–10 тысяч евро в день, 365 дней в году! И на всем готовом.

Таких зарплат, как в России, нашим футболистам больше нигде не предложат. Они остаются здесь и деградируют. Дзагоевым интересовался «Реал», а сейчас я его в основном составе ЦСКА не всегда вижу. В «Зените» есть Шейдаев, Ходжаниязов. Если не дать им шанс сейчас, будет та же история. А играет Рондон! У него же на лице написано, что ему все это по барабану. Легионеры? Я анализировал ситуацию. Почти все игроки, которых мы покупаем за большие деньги, в скором времени деградируют. Никто не поднимается на ступеньку выше. И тренеры, к слову, тоже. А вот Бышовец вытаскивал максимум из каждого, кого приглашал, или того, кто достался в наследство. В моем понимании тренер — это в первую очередь психолог и тактик. А учить играть в футбол… его учили в школе, в футбольной академии. Поэтому и играют одни в больших клубах и лигах, другие в клубах и лигах рангом ниже. Все в соответствии с тем, чему тебя научили, и, конечно, талантом! А таланту не учат!

Да, полей нет. Но взять те же стадионы. Разве будет заполняться стадион на 60 тысяч?

— Его еще построить надо.
— Будем считать, что построили. Я был там недавно. Никакой инфраструктуры же не создается. Как туда приезжать? Как добираться? Эти кассовые павильоны, которым 60 лет, как стояли там, так и стоят!

В прошлом году я выбирался с женой в Мадрид. Попали на «Сантьяго Бернабеу», «Реал» — «Барселона». Они играли 23 марта. К вечеру — страшнейший колотун, а мы были так легко одеты. За 10 минут до начала чувствую: откуда-то тепло. Они включают электроподогрев. До верхнего козырька, наверное, метров 30, очень высоко. Но ведь дошло! А до этого, когда смотрел по телевизору, не понимал, почему они в Испании глубокой осенью в пиджаках сидят… 87 тысяч на «Эль Класико» — через пять минут после игры как будто ничего и не было. Стадион втиснут между четырьмя улицами, но никакого движения транспорта не перекрывают. Мы с женой уехали на метро, а у нас метро после футбола закрывают.

— На нашу почву это можно перенести?
— Одного не могу понять. Зачем дали стадионы ЧМ-2018 Сочи, Калининграду? Что, «Балтика» будет играть в премьер-лиге? Или у нас хотят в футболе развитие, как в КХЛ? За день создаем команду, заявляемся, даем финансовые гарантии — и завтра мы в премьер-лиге? Или взять баскетбол. Играет ­команда «Зенит» — а весь зал в красном цвете (паркет, кресла). Я понимаю, что вы строили эту площадку под баскетбольный «Спартак». Так, ребята, сохраните «Спартак»! С кондрашинскими традициями! Вы угробили «Спартак» и купили эту подмосковную команду без традиций и любви к городу и питерским болельщикам.

|Личное дело

Леонид Зигмундович Туфрин

Родился 26 марта 1947 года в городе Полярный Мурманской области

Окончил Ленинградский электромеханический техникум (1966), механический факультет Северо-Западного заочного политехнического института (1978)

Более 40 лет — в «Петербургской телефонной сети»

В «Зените»:

директор по строительству и развитию (1991–1992)

и. о. президента клуба (1993)

член совета директоров клуба (1995–2000)

В настоящее время — президент группы компаний «Техноком»

Награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» II степени (2009)

|Слова

Вячеслав Мельников, главный тренер «Зенита» — 1992–1994:

— Безусловно, Туфрин был футбольным человеком. Он понимал все нюансы. Адекватный, очень доброжелательный, переживал душой за «Зенит», был в курсе всех событий. Считаю, что в той ситуации, когда в клубе отсутствовали деньги, Туфрин сумел сохранить «Зенит» на плаву, дать какое-то движение вперед. Мы очень часто общались в неформальной обстановке. Собирались даже в бане на клубной базе в Удельной. Решали насущные вопросы. Благодаря Туфрину была создана демократичная обстановка. Мне как тренеру очень комфортно работалось с президентом.

|В тему

Все президенты «Зенита»

1. Владислав Гусев, 1990 (август) — 1992 (ноябрь)

2. Леонид Туфрин, 1993

3. Виталий Мутко, 1994–2003*

4. Давид Трактовенко, 2003–2005**

5. Сергей Фурсенко, 2006–2008 (март)

6. Александр Дюков, 2008 (март) — …

*официально стал президентом летом 1996-го

**председатель совета директоров

Леонид Туфрин - Гость на выходные
Оцените материал:
-
0
7
+
Поделиться: поделиться ВКонтакте поделиться Facebook поделиться Одноклассники
Загрузка...
8 комментариев
Написать комментарий
Для того, чтобы оставить комментарий к материалу Вам необходимо авторизоваться.

Рапопорт – 14.02.2015 11:20

Интересно, Дюков сделал бы такие признания???)))

Александрович Виктор – 13.02.2015 21:33

Только один?!

Иван Жидков – 13.02.2015 20:49

Пожелаем и нынешнему президента такого же интервью! Понятно, без помощи бандитов-)

Змий – 13.02.2015 19:59

Спасибо огромное!!!

Максим Михалко – 13.02.2015 17:21

Тоже хорошо помню тот матч на рабоче-крестьянском "Большевике" - "Обуховце". Зуля сделал дубль, открыв счет с пенальти от штанги, а в конце вратаря "Лады" удалили за снос Дмитриева. ( Не того, кто давний друг СЯ и любимый эксперт Романа)
Это интервью показало насколько творчески-непредсказуемая у нас работа. Идейка о президентах преобразовалась в мини-бестселлер . Блеск!

Кирилл Легков – 13.02.2015 16:49

Да, помню тот матч. Солнечная погода. Ажиотаж людей, измученных перестройкой. Обыграли тогда "Ладу" по делу. Интересно, что в этом клубе работал Сережа Ломакин. Но обойти "Ладу" тогда было нереально. Просто по итогам сезона Володя Кулик, кажется, женился на сестре Артура Белоцерковца. Я еще тогда подумал: не футболом единым

rebezha – 13.02.2015 15:26

Александр, это гораздо лучше, чем ночной Спорт-Экспресс!! Вот Туфрин по-настоящему интересный получился! Спасибо получил удовольствие.

Александр Кавокин – 13.02.2015 15:23

Отличное интервью! Коллеги, респект за работу! Прочитал на одном дыхании. Настоятельно рекомендую всем тем, кто пришел на "Петровский" уже в 21 веке. Ребята, надо знать историю своего любимого "Зенита"! В ней были не только победы в еврокубках, но и борьба с "Ладой" (гда она сейчас) за выход в "вышку".

Войти по логину
sportsdaily.ru
У вас еще нет логина? Зарегистрируйтесь!
Зарегистрироваться по E-mail
Уже есть логин? Входите!
Восстановление пароля
Сообщение отправлено на ваш email адрес
Назад