• Отец Екатерины Юрловой-Перхт: У дочери нет спонсоров из России

    Большое интервью с личным тренером чемпионки мира-2015

    16.01.20 15:28

    Отец Екатерины Юрловой-Перхт: У дочери нет спонсоров из России - фото

    Фото: EPA


    В Петербурге нет снега. Вообще нигде. Даже в УТЦ «Кавголово», где тренируются лыжники и биатлонисты. Мы видели это своими глазами, когда гуляли в токсовском лесопарке с Виктором Юрловым, отцом и личным тренером Екатерины Юрловой. 

    – Трасса здесь историческая. Институт Лесгафта открылся в 1905 году, а базу построили перед войной. Здесь формировались отряды из спортсменов, которые уходили на белофинскую войну, а потом Великую Отечественную, – вспомнил наш собеседник. Рядом пробегали лыжники с палками: – Биатлон поинтереснее, чем просто лыжные гонки, – улыбнулся Юрлов. Спорить не стали. Перешли к делам его дочери.

    – Катя собирается продолжать карьеру до 2023 года, поскольку постолимпийский сезон получается у нее успешным. Это реально?

    – Может, это и реально, но ситуация выглядит немного не так. Мы с ней так договорились: будет показывать хорошие результаты – продолжим выступать.

    – Какой результат считаете хорошим на чемпионате мира?

    – Только медаль, конечно. Какой смысл тренироваться, если нет наград? (Улыбается.)

    – Екатерина – мама трехлетней дочери. Приходится оставлять ребенка, когда она уезжает на соревнования...

    – Кате, наверное, тяжело, но дочка уже подрастает. Она сама говорит: «Мама, я хочу тебя смотреть по телевизору». Дочка Кати в основном живет с нами в Петербурге, ею занимается бабушка, моя жена. 

    – В биатлон собираетесь отдавать?

    – О биатлоне еще рано говорить, но на лыжах она ходит.

    – Ничего себе.

    – Мы уже в годик ее поставили на лыжи.

    – В России люди быстро забывают хорошее. Вас задевает, когда в социальных сетях пишут: «Какая Юрлова – лидер сборной? Посмотрите на ее результаты в этом сезоне».

    – Сейчас я уже это не читаю. Стало неинтересно. Обижает ли меня? Я к этому равнодушно отношусь.

    – А Катю задевает?

    – Катя тоже обычно это не читает.

    – На семи последних чемпионатах мира у сборной России всего два золота. С чем вы это связываете?

    – Когда в команде несколько лидеров, ей проще выступать. Спортсмены тянутся друг за дружкой. А у нас из лидеров осталась только Катя. Сейчас, правда, девчонки подтягиваются: Светлана Миронова, Лариса Куклина.

    – Исходя из вашего опыта, можно Миронову научить стрелять?

    – Можно, но это все кроется в голове. Только психология.

    – Вы привлекали психолога для работы с Катей?

    – Она сама спортивный психолог (смеется). Когда президентом СБР был Михаил Прохоров, они привлекали очень квалифицированных специалистов.

    – Помогали?

    – Думаю, да. Тогда и результат был.

    – Сейчас у СБР стало сложнее с деньгами. Мы слышали, что у Кати нет своих личных спонсоров.

    – Немного помогает австрийское хлебобулочное предприятие. 

    – А почему российские не помогают?

    – К нам никто не обращался.

    – Австрийцы дают деньги или привозят хлеб?

    – Мы заключаем договор. Если хорошо выступаешь, допустим, второе место на последнем чемпионате мира, идут призовые.  Ничего не показал – в этом случае оговорена небольшая призовая сумма.

    – Выступление на Кубке мира дает хорошие призовые?

    – В основном только чемпионат мира.

    – Мы приехали в Токсово. У вас тоже нет снега. Как вы тренируетесь?

    – Проводим имитационные тренировки: прыжковые упражнения, бег в гору.

    – А за снегом куда ехать?

    – У нас есть труба (улыбается). Там можно круглый год стоять на лыжах. Температура – минус четыре. Есть рельеф: 900 метров в одну и другую сторону. Девять установок на стрельбище. Мы с Катей тоже там тренируемся.

    – Чья была идея построить эту трубу?

    –  Она пришла из Министерства спорта. Это единственная труба в России, но в Хантах и Тюмени вроде нет проблем со снегом (смеется).

    – Екатерина Юрлова готовится к сезону отдельно от команды, под вашим руководством...

    – Да, но мы плотно работаем с Виталием Норицыным (старшим тренером женской сборной России. – «Спорт День за Днем»). В этом году все было цивилизованно. Что с президентом СБР, что с тренерским штабом. Катя живет в Австрии на высоте 850 метров, где находятся очень хорошие спортивные объекты. Зачем искать что-то другое? Можно сказать, что высота тренирует человека (смеется).

    – Норицын присылает конспекты тренировок или все отдают вам на откуп?

    – Почему? Мы согласовываем с ним весь тренировочный процесс.

    – В декабре российские биатлонисты чуть не устроили бунт по поводу плохо едущих лыж. Действительно все обстоит так неважно? Это больше вопрос денег или людей?

    – Скорее технологий. Не все же рассказывают о своих разработках. Во-первых, у нас в команде всего четыре сервисера (с января 2020 года появилась еще одна вакансия и взяли пятого сервисера. – «Спорт День за Днем»).

    – А у норвежцев сколько?

    – Девять человек. Естественно, нашим сервисерам тяжело. Лыжи надо постоянно катать. У каждого спортсмена по пять пар на определенную погоду. У норвежцев есть шлифт-машина, которая наносит структуру на лыжи, но это дорого. И еще нужен специалист, который будет на ней работать. 

    – Вы умеете?

    – Нет, я могу сделать только ручную накатку. Это немного не то. У машины качество гораздо выше.

    – В сборной России работают четыре сервисера. У Екатерины Юрловой свой личный специалист?

    – Выделены ребята, кто отвечает за Катю, Матвея, Сашу Логинова. Но в любом случае четыре человека – это мало. Сейчас они вроде взяли еще двух сервисеров (появился еще один сервисмен и Александр Печерский, который будет заниматься шлифт-машиной. – «Спорт День за Днем»). 

    – Как выдумаете, если сборная России провалится на чемпионате мира, возможны какие-то резкие перемены?

    – Мне кажется, что за два года до Олимпиады в Пекине резких шагов не будет. Дадут людям доработать (улыбается).

    – Вас не смущает, что главному тренеру Анатолию Хованцеву уже за семьдесят?

    – Я его хорошо знаю. Опытный тренер. В любом случае он не лишний человек, но, конечно, молодежь тоже надо подтягивать.

    – Вам никогда не предлагали поработать старшим тренером женской сборной России? 

    – Разговоры всегда были (улыбается), но я никогда к этому не стремился.

    – Консультантом на чемпионат мира поедете?

    – Если все будет в порядке, то да. Может, чем-то помогу. А так в сборной России работают нормальные специалисты. Зачем им мешать?

    – После завершения карьеры Катя будет заниматься семьей,  бизнесом, станет тренером или пойдет в депутаты, как Антон Шипулин?

    – Политика – наверное, вряд ли, это не ее. Она учится в Москве на спортивного менеджера.

    – Возможно, лет через семь-восемь новый президент СБР.

    – (Смеется.) Это уж громко сказано! Хотя она девчонка с головой. 

    – В 2015 году Екатерина была на приеме у губернатора Петербурга и подарила ему книгу своих стихов. 

    – Сейчас она их уже не пишет.

    – Почему?

    – Думаю, что нет времени. Да и стихи – это состояние души.

    – Ушло вдохновение?

    – Может, и так.

    – Недавно мы узнали, что в России проблемы с патронами. Их не хватает. Тяжело тренироваться.

    – Есть фирма «Лапуа», чьими патронами стреляет практически весь мир, а у нас качественные патроны делает Климовский завод. Это, например, «Олимп». Я не скажу, что эти патроны хуже. Просто «Олимп» больше подходит к ижевским стволам, а «Лапуа» – к немецким стволам «Аншютц».

    – Катя из какого стреляет?

    – Немецкого «Аншютц». С ижевскими винтовками люди тоже бегают. Тот же Евгений Гараничев.

    – Сколько всего спортсменов занимается на вашей базе?

    – Поток большой – несколько тысяч человек. Летом еще приезжают различные сборные. Желающих заниматься у нас много, но не забывайте, что у нас технический вид, оружие.

    Родители боятся отдавать детей?

    – Не из-за этого. Просто на каждого ребенка не найдешь винтовку. Но сейчас еще развивается пневматическое оружие. Это хороший выход. 

    – Кстати, в биатлон во сколько лет берут?

    – У нас школа высшего спортивного мастерства. Мы можем взять в группу начальной подготовки ребят с пятого класса. 

    – Не поздно?

    – Раньше не можем. 

    – IBU сертифицировало ваше стрельбище. Чтобы провести этап Кубка IBU, надо только достроить трибуну? 

    – Ее можно поставить. Трасса и стрельбище есть. Все стандарты выполнены. Можно проводить этап Кубка IBU. Но пока допинговые истории не закончатся, нам ничего не дадут. Да и уже все забито на четыре года вперед. Лет через пять, не раньше… Наши конкуренты – Тюмень, Ханты, еще есть центр в Чайковском.

    Фото: Biathlonspb.ru

    Читайте также


    Загрузка...

    Комментариев: 0

    , чтобы оставить комментарий