• Сергей Наталушко: Когда играли договорняки, нравственных терзаний не было

    Футбол. Гость на выходные

    27.04.18 10:35

    Сергей Наталушко: Когда играли договорняки, нравственных терзаний не было - фото

    «Спорт День за Днем» пообщался с «российским Раванелли» из 90-х. Не имея за плечами серьезной футбольной школы, Сергей Наталушко, носитель самой пышной седой шевелюры андеграундного футбола России 90-х, до сих пор владеет двумя рекордами российских чемпионатов — как самый возрастной автор хет-трика в чемпионате России (в возрасте 38 лет и 216 дней), а также как автор самого «позднего» (39 лет и 247 дней) гола. Рекордсмен-ветеран до сих пор в полном здравии и играет в родном Николаевске, городке в Волгоградской области, готовя себя к очередному сезону. В 57 лет.

    «У меня сейчас вес такой же, как в Раменском в 2000-м»

    — О! Чего это обо мне вспомнили? Я же герой уже прошедшего времени, — смеется Наталушко.

    — Нечасто обращаются журналисты к рекордсмену чемпионата России?
    — Местные иногда звонят. Кстати, приезжал тут в Волгоград Сергей Белоголовцев, известный ведущий, со своей передачей «Страна футбольная», перед чемпионатом мира. Сказали — надо поговорить! 20 минут ему рассказывал про себя, про футбол, про жен своих многочисленных, про то, что шампанское люблю.

    — Отлично же.
    — А в итоге оставили в программе лишь одну фразу: «Приходите на футбол, на чемпионат мира в Волгограде!» (Смеется.) А приехал на передачу за свои деньги, попросили знакомые журналисты. Зачем, спрашивается?

    — А чем сейчас живете?
    — Детей потихоньку тренирую в родном городе Николаевске. Мэр города, мой знакомый, сказал: «Сергей, ну что ты будешь болтаться в этом Камышине, давай хоть опыт свой передашь детям». И вот лет пять уже этим занимаюсь. Хотя и сам на первенство области еще играю.

    — Вы как-то говорили, что тренировать детей — не ваше.
    — Нет. Просто были какие-то жизненные обстоятельства, новая жена, уезжал в Камышин. Но в целом да, я спокойно отношусь к этой работе. Стараюсь, а как получается — не знаю. Дети вырастут — расскажут.

    — Дети знают, кто их тренирует?
    — Я-то особо не распространяюсь, они сами где-то в Интернете узнают. Один подошел недавно: «Сергей Владимирович, вы легенда?» «Да», — отвечаю, а самому-то неудобно, не привык про себя лишний раз рассказывать. Я к себе спокойно отношусь и как к футболисту, и как к человеку. Тараканов своих хватает.

    — Вы же пять раз были женаты.
    — У вас устаревшая информация! Уже шесть. Так и не остепенился. В том году развелся. Не знаю, почему так получается. Непостоянен я.

     

    — Вы же одно время и продавцом работали.
    — Да, бывшая жена предложила открыть магазин. Так я и продавцом, и товароведом, и грузчиком — всем занимался. Перестал в футбол играть за «Текстильщик» во второй лиге. Местные говорили: «магазин Наталушко». Но это был не бизнес, а способ существования.

    — Играть в 57 лет, даже на первенство области, — это как вообще?
    — Да, пылю так же в нападении. Последние два года у меня неполноценные сезоны были — травмы мешали. Если не болею, то выхожу в основном составе. Картины не порчу, держусь на уровне. В прошлом году забил один гол, в поза­прошлом два. В 55 лет стал одним из лучших бомбардиров команды. Там 13 или 14 мячей удалось забить. Молодые с иронией спрашивают: «Вы куда готовитесь, где играть?»

    — А вы?
    — Отшучиваюсь: «На тот свет!» Тренируюсь, готовлюсь.

    — Называют по имени-отчеству?
    — Серегой уже стесняются. По­этому просто — Сергей. Я вам честно скажу, на 57 лет не чувствую себя.

    — На сколько же?
    — Лет на сорок. Стараюсь каждый день тренироваться. У меня сейчас вес такой же, как был, когда я в Раменском играл. В физическом плане все нормально. Вот только с судьями у меня все сложно, особенно в последние годы.

    — Как так?
    — Представляете, я в прошлом году, стыдно признаться, даже ударил одного. Дисквалифицировали. Хотя в высшей лиге таких моментов никогда не было.

    — Живете игрой еще, значит.
    — Да, конечно. То, что я сейчас играю в футбол, — это странно, конечно. Без школы, без игры хоть на каком-то уровне до двадцати лет.

    — Сколько платят за игры на область?
    — Приплачивают. У нас ребята в основном из Волгограда играют, из Волжского. Пару тысяч премиальных платят. Неместным доплачивают еще тысячи три. За любовь к футболу.

    «В Николаевске работал в сантехнической бригаде»

    — У вас же нет футбольной школы.
    — Я до 13 лет вообще легкой атлетикой занимался! Был универсалом — прыжки в длину, бег, прыжки в высоту. Приходил на тренировки — играл в футбол. Тренеры за это не любили — выгнали в итоге меня из секции. Результатов не было, да и из-за характера тоже, подерзить я и тогда любил.

    — Футбол в итоге и перевесил?
    — Потом два раза в неделю приходил с мужиками по воротам попинать, в дыр-дыр поиграть. Это было где-то в шестнадцать лет. Брал у мужиков мяч, шел в коробку хоккейную и бил в борта, жонглировал постоянно. Развивал чувство мяча. Книги читал про футбол, телевизор смотрел. Желание попасть в команду было огромное. Начало у меня получаться и… поехал на Украину!

    — Зачем?
    — В футбол играть, конечно! А еще градирни строил на Ровненской АЭС!

    — Ого!
    — Да, по 150 метров высотой. Как-то залез на высоту 60 метров — голова закружилась, кошмар!

    — Как освоили такую профессию?
    — Вообще-то я плотник–бетонщик 4-го разряда (смеется). Да я еще в Николаевске работал в сантехнической бригаде, прокладывал трапы, трубопроводы, канализационные трубы. Там же работал и печатником, и резчиком бумаги. Такая «футбольная карьера» была в молодости!

    — А что за футбол у вас был на Украине?
    — Первенство Ровненской области. Там три зоны было — куча команд. Потом начал играть за команду КФК. Объездил всю Западную Украину. Сначала работал много, потом начал постоянно в футбол играть, и меня освободили — платили по среднему заработку. А деньги были приличные по тем временам — за 200 рублей! Поиграл месяца четыре на КФК — и выгнали оттуда.

    — За что?
    — Сказали, что я вношу разлад между украинцами и русскими. А я там был единственный русский (смеется). Нашли же повод! А я любитель всегда был прямо говорить — это меня преследовало всю жизнь. Что думаю — скажу в глаза. На Украине, кстати, и женился первый раз. По молодости, по глупости, наверное.

    «В наше время все было устаканено»

    — Как вас свела судьба с Сергеем Павловым?
    — Мы играли на первенство области. И Павлов как-то оказался на нашем матче. Помню, что проиграли, но после матча подошел, сказал: «Давай, хочу тебя видеть в нашей команде». Подумал. Посмотрел игры «Текстильщика»: не понравилось. Не поехал.

    — Как же так?
    — Да вот такого мнения был о себе высокого (смеется). Вернулся работать в типографию, снова работал печатником, играл за Николаевск. Потом Павлов все-таки уговорил — зарплату больше предложил, да и работать уже не надо было. Тут я и соблазнился. Месяц тренировался — устраивался на работу в комбинат. В один кабинет, во второй — замучился бумаги заносить, чтобы взяли на работу! Думаю, чего так долго не берут? Потом играем товарищескую игру — забиваю два гола головой. Пришел заместитель генерального директора — устроил за два дня. И так в 22 года началась моя карьера в «Текстильщике».

    — Самый запоминающийся разговор с Павловым?
    — В 1991 году мы играли еще в первой союзной лиге. Вызывает к себе: «Сергей, ну как так? Я твой тренер, воспитал тебя, а ты так неважно выглядишь». А я ему: «Вырос я, может быть, в вашей команде, но воспитал себя сам». Какому тренеру такой ответ будет по душе? Это как приговор себе подписать. И когда мы после развала Союза попали в высшую лигу чемпионата России, я в состав уже не попадал. Пришлось в 32 года доказывать, что умею играть в футбол. С Павловым постоянно мы ругались. Я тоже не подарок. Были определенные моменты. Выпить мог.

    — Но в 90-е это же было нормально.
    — Да, в то время, как говорится, это было «устаканено» (смеется).

    — Самая задушевная посиделка?
    — Я вообще с футболистами выпивать не любил. Приезжал домой, неподалеку от дома был гараж, спускался туда и с простыми парнями, с рабочими мог посидеть, выпить, поговорить.

    — Вы покуривали, выпить любили и держали себя в форме. За счет чего?
    — Я мог выпить вечером, а утром вставал и тренировался, темповая зарядка. Чтобы пропотеть. И так постоянно. Я и сейчас знаю: даже если в футбол играть не буду, тренироваться все равно пойду — это точно.

    — Колорит футбольных 90-х вспоминаете?
    — Помню, играли во второй лиге в Баксане, южном городишке. Нам надо выигрывать — а нас так убивали, причем не только судейством. Я вышел с поля — у меня трусы в клочья порваны, столько поджопников в жизни не получал (смеется). Судье говорю: «Куда ты смотришь?» Он в ответ: «Ничего не знаю — сам боюсь отсюда не уехать!» Представляете?

    — Как сыграли в итоге?
    — Смех. Выиграть мы честно не могли. На поле проиграли, но наш начальник договорился с коллегой из Баксана, он был по совместительству местным главой МВД. И они выпустили незаявленного игрока. Победу присудили нам. Это 90-е!

    — В договорняках участвовали?
    — Конечно. Но говорить об этом не буду, все-таки это не только моя история, там и другие люди участвовали. Не потому что я боюсь, бояться мне нечего. Могу сказать — участвовал в них.

    — Каково нападающему играть в матче, заранее зная, что голы забивать нельзя?
    — Как бы правильно вам сказать. У меня не было нравственных терзаний. Сама обстановка тех времен была такая. Да она и сейчас такая же. В наше время продать игру можно было за 100 000 долларов. Сейчас ребята рассказывали, что 400 000 долларов могут дать. Кстати, посмотрел вчера матч «Урал» — «Локомотив». Уж очень легко два гола первые залетели. И что-то мне показалось, что сдача. Обычно «Урал» бьется, а тут…

    — Павлов всегда был эмоционален. Вспомните самую большую взбучку от него.
    — Играем с «Бекешчабой» в Москве на Кубок УЕФА. А игра была 13 сентября, как раз у меня день рождения. Павлов вызывает: «Ну что, готов сыграть?» Я говорю: «Может, и готов, но вы же мне не доверяете, фавориты у вас другие». И меня даже в заявке не оказалось на матч! Потом игра с «Нантом», перед которой у нас было много травмированных нападающих. Вызывает и при всей команде говорит: «Вот Сергей Наталушко, я его не ставил, не ставил, а он своей работой доказал, что может играть в футбол!» Все травмировались, а я доказал! (Смеется.)

    — За счет чего в начале 90-х «Текстильщик» так взлетел?
    — Это же был огромнейший комбинат! Один из крупнейших в Европе. 14 000 человек там работало. Мощности были сумасшедшие. Довелось туда попасть в 2010 году. И эта махина пуста! И мне так жалко стало, такое предприятие погубили...

    «Болельщики — от слова ''больные''»

    — Когда у вас появилась первая седина?
    — Где-то в 22–23 года. А сейчас же вы видите, я просто белый! У меня есть детская фотография, там у меня такого же цвета волосы.

    — Не смущались своей седины в молодости?
    — Честно, не обращал внимания. Сравнивали с Раванелли. Думаю, ну сравнивают и сравнивают.

    — Тяжело ухаживать за таким объемом?
    — Да ничего тяжелого. Намочил, рукой махнул — и все! Они же кудрявые, с ними легче.

    — Вратарь Евгений Корнюхин рассказывал про настойки на чесноке, которыми вы лечились.
    — Ой, да ладно. Ну вычитал где-то, что чеснок в спирте помочить можно — народный рецепт. Проверял себя. Я по-разному над собой экспериментировать любил.

    — Как?
    — Ну например, мясо мог не есть. Но вы же понимаете, что это неправильно.

    — Правда, что вы не пользовались услугами массажистов?
    — Правда. Мне казалось, что им так трудно это все дается, что лишний раз нагружать их неохота было. Я им как-то сказал: «Массаж надо делать с любовью, а вы мучаетесь!» Массаж сам себе делал и делаю до сих пор.

    — И как?
    — Нормальная тема, помогает. Последние года три каждое утро стараюсь полчаса этому уделять. Начинаю от ног и поднимаюсь выше: брюшной пресс, позвоночник, заканчиваю головой.

    — Болельщики вас любили?
    — Мое мнение, может, оно кому-то и не понравится, — из ста процентов пришедших на футбол девяносто не разбираются в футболе. Приходят просто поорать, покричать, выпить, расслабиться. Не то чтобы я негативно к ним относился, но в Камышине мог и послать на три буквы, если меня вывели. Как говорил Павлов: «Болельщики — от слов ''больные люди''».

    — Вы автор рекорда чемпионата России — самый поздний ветеранский хет-трик в высшем дивизионе чемпионата России.
    — Там ситуация была такая. Все сборы я провел со второй командой после очередного недопонимания с Павловым. И перед сезоном он меня неожиданно снова ставит в состав. И вот вторая игра чемпионата, с «Жемчужиной». А холодок в отношениях с Павловым все равно есть. Да и нападающего молодого купили, Медведева, как раз «под меня». Идет первый тайм, у нас перепалка с тренером, и я его, каюсь, послал на три буквы. Смотрю боковым зрением: Медведев начал разминаться. И тут раз — гол забиваю. Потом — еще. В итоге три гола за один тайм. Медведев вышел во втором тайме. Кстати, я в том матче мог голов пять забить — простили тогда «Жемчужину».

    — Первый матч с «Нантом» вспоминаете?
    — Конечно, тем более на мне пенальти смешной поставили: я выпрыгиваю из-под Карамбе — судья ставит на точку! Но они тогда посильнее были точно, там несколько игроков из сборной Франции играло. Мы же никогда не играли при 40 000 зрителей, в пяти метрах ничего не слышно. Не готовы оказались.

    — Как вы, постоянно ругаясь со своим тренером, все равно оставались в команде с Павловым?
    — Почти каждый год заканчивал карьеру! Ругался с ним действительно часто. Меня как-то спросили про седину, так я и ответил: «А вы поработайте с Павловым двадцать лет — поймете, откуда она взялась!» Вообще я всегда искренне относился к футболу, переживал за результат. Когда «Текстильщик» проигрывал, я день-два не мог выйти из дома — было стыдно и обидно. Да и вообще я эгоист.

    — Почему?
    — Да когда моя команда выигрывала и меня не было в составе, я еще больше расстраивался. Представляете? Вот такой эгоизм. Но когда был на поле и проигрывали — корил себя еще больше. В футбол надо играть — либо отдаваться, либо нет. Просто так играть за деньги нель­зя. Мне кажется, я мог бы деньги зарабатывать вообще по-другому, может, и больше, чем футболом.

    — Как вы сами оцениваете свой феномен?
    — Мне сложно понять, как я из первенства области начал в 90-е играть в высшей лиге. До сих пор считаю, что в футбол играть не умею. Честно. Мне сам Павлов говорил: «Я вообще не понимаю, как ты играешь в футбол. Ни скорости, ни удара, ни дриблинга». Мне в каждой игре приходилось доказывать, что я что-то могу. Я до сих пор делаю это. Даже в 57 лет.

    Личное дело

    Сергей Наталушко

    Родился 13 сентября 1960 года в Николаевске (Сталинградская область, РСФСР, СССР)

    Амплуа: нападающий

    Карьера игрока: «Автомобилист» Николаевск (1975–1980); «Текстильщик» Камышин (1983–1988); «Авангард» Камышин (1989); «Текстильщик» Камышин (1989–1992); «Авангард» Камышин (1992–1993); «Текстильщик» Камышин (1993–1997); «Металлург» Липецк (1997); «Сатурн» Раменское (1998–2000); «Нефтехимик» Нижнекамск (2000); «Текстильщик» Камышин (2002–2005); «Динамо» Николаевск (2009); «Текстильщик» Камышин (2010); «Динамо» Николаевск (2011–2012); «Динамо-Колос» Николаевск (2013)

    Карьера тренера: «Динамо» Николаевск (2011)

    17 апреля 1999 года в возрасте 38 лет и 216 дней стал самым возрастным автором хет-трика в чемпионате России.

    17 мая 2000 года забил гол в ворота «Локомотива», оборвав рекордную «сухую» серию Руслана Нигматуллина (939 минут), и стал самым возрастным футболистом, забивавшим в высшем дивизионе чемпионата России. На тот момент Наталушко было 39 лет и 247 дней.


    Читайте «Спорт день за днём» в
    Подпишитесь на рассылку лучших материалов «Спорт день за днём»


    Новости партнёров